Как понять, что слово существует?

Можно утверждать, что сленговые слова, например,«hangry», «defriend» и «adorkable» заполняют важнейшие пробелы в английском языке, даже если они не зафиксированы в словаре. В конце концов, кто на самом деле решает, какие слова необходимо занести в словарь? В этой очаровательной речи специалист по истории английского зыка Энн Курзан рассказывает о людях, которые трудятся над словарями, и о выборе, который им приходится постоянно делать.

Мне стоит начать с небольшого рассказа

о моей светской жизни.

Я знаю, это может показаться неуместным,

но это не так.

Когда люди встречают меня на вечеринках

и узнают,
что я преподаватель английского языка,

изучающий языкознание,

они обычно реагируют двумя способами.

Одни выглядят испуганными.
(Смех)

Они часто говорят что-то в духе:

«Ой, нужно следить за тем, как я говорю.

Вы точно услышите любую мою ошибку».

И тут же прекращают разговор.
(Смех)

Они ждут, когда я уйду,

чтобы заговорить с кем-то ещё.

Есть и другие,

их глаза загораются,

и они говорят:

«Вы именно та,
с кем я хочу поговорить».

А затем они начинают
говорить о проблемах,

которые, как они думают,
возникают в английском языке.

(Смех)

Несколько недель назад
я была на званом ужине,

и мужчина, сидящий справа от меня,

начал рассказывать,

как английский язык
деградирует из-за Интернета.

Он открыл Facebook и спросил:

«Defriend? Разве есть такое слово?»

Я хочу остановиться на вопросе:

Как понять, что слово существует?

Мы с моим собеседником понимали,

что значит глагол «defriend»
[убрать из друзей],

но когда новое слово как «defriend»

начинает существовать?

Между прочим, кто имеет право принимать

подобные решения о существовании слов?

Именно об этом
я хотела сегодня поговорить.

Я думаю, что когда люди говорят,
что слово не существует,

они на самом деле имеют в виду,

что его нет в словаре.

Конечно, из-за этого
возникает целый ряд вопросов,

и один из них: кто составляет словари?

Прежде чем продолжить,

я поясню свою роль во всём этом.

Я не составляю словари.

Однако я собираю новые слова,

совсем, как редакторы словарей,

и самое замечательное в том,

что я историк английского языка, —

возможность называть это
«исследованием».

Во время курса
истории английского языка,

я прошу студентов научить меня

двум новым словам на сленге
до начала лекции.

На протяжении нескольких лет

я выучила несколько замечательных слов,

включая слово «hangry».

(Аплодисменты)

Это значит, что вы сердитый [cranky]
или злой [angry],

потому что голодный [hungry].

А также слово «adorkable»,

которое значит, что вы
очаровательны [adorable],

но выглядите странновато [dorky].

Совершенно потрясающие слова,

заполняющие важные пробелы
английского языка.

(Смех)

Но существуют ли они,

если изначально
мы используем их как сленг,

и они пока не зафиксированы в словарях?

Давайте обратимся к словарям.

Я хочу, чтобы подняли руку те,

кто до сих пор регулярно обращается

к словарям, печатным или электронным?

Итак, кажется, большинство.

Теперь второй вопрос. Поднимите руки те,

кто когда-нибудь проверял,

кто именно редактор вашего словаря?

Хорошо, намного меньше.

В какой-то степени мы понимаем,

что за словари отвечают люди,

но мы не всегда уверены, кто именно.

Лично меня это приводит в восторг.

Даже самые щепетильные люди,

как правило,
не очень щепетильны со словарями,

не проводя между ними различия

и не задавая кучу вопросов о том,

кто редакторы этих словарей.

Вдумайтесь во фразу:

«Посмотрите в словаре»,

которая предполагает, что все словари

абсолютно одинаковы.

Вспомните библиотеку кампуса,

где в читальном зале

на постаменте —
месте особого почёта и уважения,

лежит открытый Большой словарь,

в который всегда можно заглянуть,

чтобы получить ответы.

Не поймите меня неправильно,

словари —
превосходные источники информации,

но они созданы людьми

и подвержены времени.

Как преподаватель, я была поражена,

что мы просим студентов
критически изучать

каждый прочитанный текст,
каждый посещённый сайт,

но не словари.

Мы склонны считать,
что у них нет авторов,

будто они появились из ниоткуда,
чтобы ответить,

что на самом деле значат слова.

Дело вот в чём: если вы
спросите словарных редакторов,

то они скажут вам,

что стараются идти в ногу с нами,

когда мы меняем язык.

Они следят за тем,
что мы говорим и как пишем,

и пытаются понять,
что приживётся в языке,

а что — нет.

Им приходится рисковать,

потому что они хотят следовать моде

и фиксировать такие современные слова,

как «LOL» [ржу не могу].

Однако они не хотят показаться чудаками,

включив временно модные слова.

Мне кажется, сейчас они
наблюдают за словом

«YOLO», you only live once
[вы живёте лишь раз].

Я общаюсь с редакторами словарей,

и вас, наверное, удивит

одно из мест, где мы встречаемся.

Каждый январь мы собираемся

на ежегодной встрече
Американского общества диалектов,

где помимо всего прочего,

голосуем за слово года.

На встречу приходит
около 200-300 лингвистов,

наиболее известных в США.

Хочу, чтобы вы поняли смысл встречи:

голосование происходит
прямо перед фуршетом.

Любой пришедший может проголосовать.

Самое главное правило —

голосовать можно только одной рукой.

Некоторые победители прошлых лет:

«tweet» [твит] в 2009 году

и «hashtag» [хэштег] в 2012.

«Chad» [конфетти]
стало словом 2000 года,

потому что никто не знал,
что это значит до 2000 года,

и «WMD» [оружие массового поражения] —
в 2002.

Появились и другие
категории для голосования,

моя любимая —

самое изобретательное слово года.

Один из победителей в этой категории —

«recombobulation area» [зона комфорта],

располагающаяся сразу после
зоны досмотра в аэропорту Милуоки,

где вы можете привести себя
в порядок [recombobulate].

(Смех)

Там вы можете надеть обратно ремень,

положить компьютер назад в сумку.

Моё самое любимое
слово в этой категории —

«multi-slacking»
[притворяться работающим].

(Смех)

Это слово обозначает ситуацию,

когда у вас открыто
много окон на рабочем столе,

и создаётся впечатление,
будто вы работаете,

а на самом деле
развлекаетесь в интернете.

(Смех) (Аплодисменты)

Приживутся ли эти слова в языке?
Конечно же, нет.

Некоторые результаты были сомнительными,

например, в 2006 году

словом года стало слово «plutoed»,

что значит «понижен в должности».

(Смех)

Но некоторые из победителей прошлых лет

сегодня совершенно непримечательны:

например, «app» [приложение],

«е» в качестве префикса [электронный]

и «google» как глагол
[искать в Google, гуглить].

За несколько недель
до нашего голосования

государственный университет
Лейк Супериор

создал свой собственный список
надоевших слов года.

Поразительно то,

что очень часто
мы находим много совпадений

между их списком и нашим,
в который мы вносим

слова года,

и это происходит,
потому что мы замечаем одно и то же.

Мы замечаем слова,
которые становятся модными.

Вопрос лишь в отношении.

Обеспокоены ли вы
этими причудами и изменениями в языке

или же рассматриваете это,
как что-то интересное,

что-то достойное изучения,

как часть живого языка?

Список университета Лейк Супериор

продолжает довольно давнюю традицию

жаловаться на новые английские слова.

Дин Генри Алфорд в 1875 году

утверждал, что слово
«desirability» [желательность]

просто отвратительно.

В 1760 году Бенджамин Франклин

написал Дэвиду Юму письмо,

отказавшись от слова «colonize»
[колонизировать], как от неуместного.

На протяжении многих лет мы беспокоимся

и о новом произношении слов.

В 1855 году Сэмюэл Роджерс

был обеспокоен
модным произношением слов,

которое он считал оскорбительным,

утверждая, «что если cóntemplate
[созерцать] — достаточно ужасно,

то от bálcony [балкон]
меня просто воротит».

(Смех)

Слово заимствовано
из итальянского языка,

и произносилось как «балкóни».

Сегодня подобные жалобы
кажутся странными,

если не «очаровательно
чудны́ми» [adorkable]. (Смех)

Дело в том,

что мы до сих пор озабочены
изменениями в языке.

В моём офисе есть целое собрание

газетных статей,

в которых обсуждаются
неправильные слова,

которые не следовало включать в словари,

например, «LOL» [ржу не могу],

которое зафиксировано в словаре
Oxford English Dictionary,

а также «defriend» [убрать из друзей],

которое зафиксировано в словаре
Oxford American Dictionary.

У меня также есть статьи,
где рассматривается

слово «invite» [приглашать]
как существительное,

«impact» [воздействие] как глагол,

в английском так можно сказать
только о зубах [teeth can be impacted],

и где слово «incentivize»
[мотивировать] считалось

«ловкой, бюрократической оговоркой».

Сегодня словарные редакторы

не игнорируют такое отношение к словам.

Они стараются
проинформировать нас о том,

считают ли они слово
сленгом, разговорным

или оскорбительным,
делая стилистические пометки.

Они, в каком-то смысле, в тупике,

потому что стараются описать
то, что мы делаем,

они знают, что часто
мы используем словари,

чтобы получить информацию
о том, как использовать слово

правильно и грамотно.

Вслед за ними
словарь American Heritage Dictionary

включил узуальные пометки.

Они, как правило, появляются у слов,

которые, в каком-то смысле,
считаются трудными.

Одна из причин, по которой
они считаются трудными, —

они меняют значение.

Эти пометки включают
человеческие решения,

я считаю, что как люди,
пользующиеся словарём,

мы часто не задумываемся
об этих решениях,

хотя должны.

Чтобы понять, о чём идёт речь,

мы рассмотрим пример, но сначала

мне бы хотелось объяснить вам,
как словарные редакторы

пытаются справиться с этим
в узуальных пометках.

Рассмотрим слово «peruse»,

и как мы используем его.

Я считаю,
что многие подумали о значении

«пролистать», «пробежать глазами»,
«бегло прочитать».

Некоторые возможно подумали о ходьбе,

потому что мы
просматриваем полки в магазине

или что-то в этом роде.

Вы, наверное, удивитесь,

но если вы посмотрите
в любом обычном словаре,

то первое значение будет
«внимательно читать»

или «сосредоточено изучать».

Словарь American Heritage
даёт именно такое значение первым.

Вторым значением
они указывают «пролистать»

и рядом ставят пометку
«узуальная проблема».

(Смех)

Они делают узуальную пометку,

на которую стоит взглянуть.

В пометке написано:

«Peruse» долго использовалось
в значении «внимательно читать»…

Но слово часто используется более широко

в значении просто «читать».

Дальнейшее расширение значения
«пролистать, просмотреть»

традиционно рассматривалось как ошибка,

но результаты голосования показывают,

что это значение приживается.

Когда речь зашла о предложении

«У меня была минутка,
чтобы пролистать руководство»

66% группы Usage Panel

посчитали это ошибкой в 1988 году,

58% — в 1999,

48% — в 2011 году».

Ну да, группа Usage Panel,

надёжная группа авторитетных лингвистов,

которые относятся к этому
снисходительнее.

Я надеюсь,
что в данный момент вы подумали:

«Подождите, а кто собственно такая
группа Usage Panel?

И что мне делать с их заявлениями?»

Если вы прочитаете вступительную статью

словарей American Heritage Dictionaries,

то легко найдёте имена людей,

входящих в группу Usage Panel.

Но кто читает
вступительные статьи словарей?

В Usage Panel
состоит около 200 человек,

включая академиков,

журналистов, одарённых писателей,

а также судью Верховного суда

и несколько лингвистов.

А в 2005 году в этот список
включили и меня.

(Аплодисменты)

Вот что мы можем для вас сделать.

Мы можем предоставить вам ряд мнений

о рассматриваемых вариантах узуса слова.

Это есть и должна быть
степень нашей власти.

Мы не академия языка.

Раз в год я получаю опросник,

в котором отмечаю,
какой новый вариант узуса,

произношения и значения слов
я считаю приемлемым.

Для того чтобы заполнить опросник,

я слушаю, как говорят и пишут
другие люди.

Я не принимаю во внимание, что нравится

и не нравится мне в английском языке.

Скажу честно,

мне не нравится слово
«impactful» [впечатляющий].

Но это не имеет значения,

если мы говорим о том,
что слово становится приемлемым

и всё чаще употребляется в литературе.

Так, я стараюсь быть ответственной,

и поэтому проверяю узус слова.

Для этого я часто использую

электронные базы данных,
например, Google Books.

Если набрать в Google Books
слово «impactful»,

то вот, что вы обнаружите.

Действительно, кажется,
что слово «impactful»

всё чаще встречается

у определённого количества писателей

и всё более и более употребляется

за последние 20 лет.

В языке произойдёт много изменений,

которые мы так не любим.

Произойдут такие изменения,
о которых вы подумаете:

«Серьёзно?

Неужели такие изменения необходимы?»

Я хочу сказать,

не стоит торопиться утверждать,

что происходящие изменения ужасны.

Не стоит торопиться навязывать

своё мнение относительно слов
другим людям.

И не стоит утверждать,

что английский язык в беде.

Это не так. Это богатый,
живой и изобретательный язык

благодаря говорящим на нём людям.

Оглядываясь назад, мы понимаем
как это удивительно,

что слово «nice» [милый]
когда-то значило «глупый»

а слово «decimate» [уничтожать]

значило «убивать каждого десятого».

(Смех)

Мы думаем, что Бен Франклин
выглядел глупо, волнуясь,

что слово «notice» [замечать]
использовалось как глагол.

Знаете что?

Через сто лет мы будем
выглядеть довольно глупо,

волнуясь о том, что слово
«impact» используется как глагол,

а «invite» — как существительное.

Язык не будет меняться так быстро,

что мы не сможем поспевать за ним.

Язык не развивается таким образом.

Я надеюсь, что вы найдёте

изменения в языке не тревожными,

а интересными и любопытными,

совсем как словарные редакторы.

Я надеюсь,
что вы наслаждаетесь возможностью

быть часть процесса,
в ходе которого наш язык

постоянно трансформируется
и остаётся живым.

Почему же слово попадает в словарь?

Потому что мы используем слово

и продолжаем использовать его,

а словарные редакторы следят за этим.

Если вы думаете:
«Значит, мы можем решать,

что означает то или иное слово».

Я отвечу: «Да, можете.

И так было всегда».

Словари —
прекрасные источники информации,

но не существует
такого объективного словаря,

который бы давал
единственно верное значение слова.

Если сообщество говорящих людей
использует слово

и знает его значение,
значит, слово существует.

Слово может быть сленгом,

оно может быть разговорным,

вы можете даже думать, что слово

нелогичное или ненужное.

Но если мы используем слово,

значит, оно существует.

Спасибо.

(Аплодисменты)