Представьте себе устройство,
способное записывать мои мысли,
мои мечты, мои идеи,
и передавать их прямо вам в мозг.
Это была бы революционная технология, не так ли?
На самом деле она уже существует —
это межличностная коммуникация
и умение увлекательно рассказывать.
Чтобы понять, как работает методика,
мы посмотрим, как устроен наш мозг,
и сформулируем вопрос несколько иначе.
Мы зададим его так:
«Как нейронные связи в моём мозгу,
содержащие мои воспоминания и идеи,
переносятся в ваш мозг?»
Мы считаем, что есть два главных фактора общения.
Первый: ваш мозг воспринимает звуковые волны,
которые я ему посылаю.
Второй: у нас с вами есть общий понятный нам языковой протокол,
записанный в форме нейронных связей.
Как мы это выяснили?
В моей лаборатории в Принстоне
мы сканируем мозг людей с помощью аппарата для фМРТ,
пока они рассказывают или слушают истории.
Чтобы вы могли представить, что именно мы делаем,
давайте послушаем 20-секундный отрывок одной из этих историй
в исполнении очень талантливого расказчика
Джима О'Грэйди.
(Запись) Джим О'Грэйди: И я завожу свой рассказ. Я знаю, он крут,
но я начинаю делать его... круче,
(Смех)
добавляя особые элементы выразительности.
У журналистов это называется «заливать в уши»,
(Смех)
и они советуют в этом деле «не хватить лишнего».
Но я почувствовал, что «хватил» — где-то между боссом-священником
и убийством булкой, —
и, надо признать, остался доволен.
Ури Хассон: Ладно, теперь заглянем в ваш мозг
и посмотрим, что происходит, пока вы слушаете такие рассказы.
Начнём с простого: один слушатель, один участок мозга —
слуховая кора, которая отвечает за обработку слышимых звуков.
Как видите, именно в этой области
активность возрастает и снижается вместе с ходом сюжетной линии.
Мы можем взять эти показатели
и сопоставить с показателями активности того же участка мозга
у других слушателей.
Вы спросите:
«Что может быть общего в показателях разных людей?»
Вы видите показатели пяти слушателей.
Мы начали сканировать их мозг до того, как зазвучал рассказ,
пока они просто лежали в темноте и ждали начала эксперимента.
Как видите,
все графики скачут вверх-вниз,
но показатели разные,
асинхронные.
Но, как только начинает звучать запись,
происходит нечто невероятное.
(Запись) ДО: И я завожу свой рассказ. Я знаю, он крут,
но я начинаю делать его...»
УХ: Внезапно вы видите, как показатели всех испытуемых
синхронизируются
и начинают меняться одинаково
у всех слушателей.
На самом деле именно это сейчас и происходит у вас в голове,
пока вы слушаете меня.
Мы называем этот эффект «нейронная самосинхронизация».
Я объясню, в чём заключается её суть,
на примере самосинхронизации в физике.
Вы видите пять метрономов.
Представьте, что каждый из них — это мозг.
И, подобно мозгам слушателей до начала рассказа,
эти метрономы будут щёлкать
в разных ритмах.
(Метрономы щёлкают)
Теперь смотрите, что произойдёт, когда я соединю их,
поставив на два цилиндра.
(Метрономы щёлкают)
Цилиндры начинают кататься.
Импульс передаётся через доску
и синхронизирует все метрономы.
Послушайте, как они звучат теперь.
(Метрономы щёлкают синхронно)
Это и есть самосинхронизация в физике.
Теперь давайте вернёмся к мозгу и выясним,
что именно вызывает нейронную синхронизацию:
любые звуки, издаваемые оратором,
или только слова,
или, может быть, смысл, который он пытается передать?
Для этого мы провели небольшой эксперимент.
Сначала мы проиграли запись задом наперёд.
Таким образом, мы сохранили большинство звуковых нюансов,
но убрали смысл.
Звучало примерно так...
(Запись) ДО: (Нечленораздельный набор звуков)
Затем мы подсветили участки мозга двух испытуемых,
дающие схожий отклик.
Как видите,
звук вызвал синхронизацию, выровнял показатели
в слуховой коре, отвечающей за обработку звуков,
но на другие зоны мозга не повлиял.
А если мы соберём звуки в слова?
Мы вырезали из рассказа Джима О'Грэйди
список слов.
(Запись) ДО: ...животное... различные факты...
и прямо на... пирог, чувак... потенциально... мои рассказы
УХ: Как видите, слова вызвали синхронизацию
ещё в первичной речевой коре, но не более того.
Теперь возьмём слова и соберём в предложения.
(Запись) ДО: ...и они советуют в этом деле «не хватить лишнего».
Он говорит: «Джим, дружище, крутой рассказ. И отменные детали».
Неужели она о нём не только через меня знала?
УХ: Как видите, теперь показатели всех речевых зон,
отвечающих за обработку языка,
стали одинаковыми или схожими у всех слушателей.
Однако только полноценный, увлекательный, связный рассказ
распространяет активность глубже в мозг,
в отделы высших функций,
включающие в себя фронтальную кору и париетальную кору,
и синхронизирует их.
И мы считаем, что показатели отделов высших функций
растут и выравниваются
из-за смысла речи рассказчика,
а не из-за слов или звуков.
И, если мы правы, можно предположить,
что если я передам вам одну и ту же мысль,
но разными словами,
ваш мозг отреагирует одинаково.
Чтобы это проверить, мы провели у меня в лаборатории эксперимент.
Мы взяли рассказ на английском языке
и перевели его на русский.
В результате записи по-разному звучат, закодированы в разных языках,
но несут одинаковый смысл.
Мы включили английскую версию англоязычным слушателям,
а русскую — русскоязычным.
Теперь можно было сравнить их показатели.
Когда мы это сделали, мы увидели, что показатели активности слуховой коры
значительно отличаются,
потому что языки разные и звучат по-разному.
Но показатели отделов высших функций
остались одинаковыми у обеих групп.
Мы были уверены: причина в том, что они уловили один и тот же смысл.
И мы подтвердили это, проведя тест после окончания прослушивания.
Мы считаем, что самосинхронизация необходима для общения.
Например, как вы могли догадаться,
английский не мой родной язык.
Я вырос в среде другого языка,
как и многие другие присутствующие здесь.
Тем не менее мы понимаем друг друга.
Как так?
Мы считаем, что это возможно благодаря общей системе кодировки
смысловых сообщений в речи.
До сих пор я говорил только о том, что происходит в мозгу у слушателя,
в вашем мозгу, пока вы слушаете речь.
Но что происходит в мозгу у говорящего, у меня в мозгу,
пока я выступаю перед вами?
Чтобы изучить мозг говорящего,
мы поместили рассказчика в сканер,
просканировали его мозг
и сравнили с результатами сканирования мозга людей,
слушавших рассказ.
Напоминаю, что говорение и восприятие речи —
совершенно разные процессы.
Мы же хотим выяснить, есть ли сходства.
К нашему удивлению,
мы обнаружили, что сложные мозговые сигналы слушателей
зарождаются в мозгу рассказчика.
Выходит, процессы производства и восприятия речи на самом деле схожи.
Ещё мы выяснили,
что чем больше сходство показателей мозговой активности
у слушателя и рассказчика,
тем лучше общение.
Так что если я вас сейчас совсем запутал, —
а я надеюсь, что это не так, —
ваш мозг и мой работают асинхронно.
Но если вы меня хорошо понимаете,
то ваш мозг, и ваш, и ваш тоже
на одной волне с моим.
Как объединить всё сказанное
и применить для перемещения знаний
из моего мозга в ваш?
Мы провели ещё один эксперимент.
Мы предложили людям впервые в жизни посмотреть
эпизод телесериала BBC «Шерлок», тем временем сканируя их мозг.
Спустя время попросили их снова пройти сканирование,
но при этом пересказать увиденное человеку, который никогда не видел сериал.
Буду конкретнее.
Представьте себе сцену,
в которой Шерлок в Лондоне в такси,
а за рулём — убийца, которого он ищет.
У меня, как у зрителя,
возникает особая мозговая активность во время просмотра.
Я могу снова вызвать ту же активность в своём мозгу,
сказав три слова: «Шерлок, Лондон, убийца».
А когда я говорю эти слова вам,
вы воссоздаёте сцену в своём воображении.
Проще говоря, эта активность возникает в вашем мозгу.
К нашему удивлению, мы выяснили,
что активность в вашем мозгу,
пока вы слушаете описание сцены,
очень похожа на активность, которая была в моём мозгу, когда я смотрел сериал
несколько месяцев назад, находясь в сканере.
Становится понятно,
как именно мы передаём информацию через рассказы.
Например,
сейчас вы внимательно вслушиваетесь, пытаясь понять мою речь.
Я знаю, это нелегко.
Но я надеюсь, что в какой-то момент что-то щёлкнуло — и вы меня поняли.
И я думаю, что если через несколько часов, дней, месяцев
вы встретитесь с кем-нибудь на вечеринке
и расскажете об этой лекции,
он как будто внезапно окажется здесь, сейчас, вместе с нами.
Теперь вы понимаете, как можно
передавать воспоминания и знания другим людям.
Здорово, правда?
Но наше взаимопонимание зависит
от наличия схожего опыта.
Например,
если я использую исконно английское выражение
«наёмный экипаж» вместо «такси»,
то большинство из вас, я уверен, меня не поймёт.
Для синхронизации необходимо понимать
не только смысл самого слова,
но ещё и знать реалии, обладать схожими воспоминаниями
и разделять схожие убеждения.
Мы выяснили, что люди зачастую
воспринимают одну и ту же ситуацию совершенно по-разному.
Чтобы это проверить, мы провели эксперимент.
Мы взяли историю Дж. Д. Сэлинджера,
в которой муж теряет из виду свою жену на вечеринке,
звонит своему лучшему другу и спрашивает: «Где моя жена?»
Половине испытуемых
мы сказали, что у его жены была интрига с его лучшим другом.
Другой половине
мы сказали, что жена верная, а муж очень ревнивый.
Одного этого предложения перед началом
было достаточно, чтобы показатели
одной группы испытуемых
начали резко отличаться
от показателей другой группы.
И если одного предложения достаточно, чтобы заставить вас думать
синхронно с единомышленниками
и совершенно по-разному с инакомыслящими,
только представьте себе, что происходит с нами,
когда мы слушаем одни и те же новости —
день за днём, снова и снова —
преподносимые различными СМИ,
которые придерживаются абсолютно разных точек зрения.
Подведу итог.
Если всё прошло по плану,
я применил умение говорить, чтобы соединиться с вашим мозгом,
и использовал эту связь
для перенесения своих мыслей и идей
в ваш мозг.
Таким образом, я приоткрыл завесу тайны,
покрывающую механизмы нашего общения.
Мы уверены, что в будущем мы сможем
облегчить и улучшить процесс общения.
Но мы также выяснили,
как важно для общения иметь схожие убеждения.
И нам следует об этом помнить,
чтобы находить общий язык и не разучиться общаться с теми,
кто думает не так, как мы.
Это очень важно сейчас, когда крупные СМИ
говорят так громко,
что заглушают голос здравого смысла.
Я не знаю, как исправить ситуацию. Я всего лишь учёный.
Но, может быть, один из способов —
это вернуться к живому общению.
К диалогу,
в котором я не только говорю,
но общаюсь естественно —
и говорю, и слушаю, —
а вместе мы пытаемся найти общий язык и новые идеи.
В конце концов,
всех нас объединяет желание понять, кто мы такие,
а стремление чувствовать связь с другими людьми —
это естественное, врождённое желание каждого человека.
В заключение приведу пример из своей собственной жизни.
Я считаю, это прекрасный пример того, как связь с другими людьми
формирует нашу личность.
Это мой сын Йонатан, совсем ещё малыш.
Смотрите, как он играет, перекликаясь с мамой,
просто и искренне радуясь ощущению связи с другим человеком.
(Оба играют голосом)
(Смех)
А теперь постарайтесь осознать, как связь моего сына
с нами и с другими людьми в его жизни
повлияет на то, каким человеком он вырастет.
Подумайте о том, как вы меняетесь каждый день,
общаясь и формируя связи с разными людьми.
Продолжайте строить эти связи!
Распространяйте свои идеи,
ибо то целое, что мы формируем вместе,
есть нечто большее, чем просто сумма частей.
Спасибо.
(Аплодисменты)