Моя тема на сегодня — обучение.
В духе обучения, я хочу задать вам вопрос.
Готовы?
Когда начинается обучение?
Пока вы думаете над этим вопросом,
возможно вы задумаетесь о первом дне
подготовительной школы или детского сада,
когда дети первый раз оказываются в классе с учителем.
А может быть, вам вспоминаются малыши,
которые учатся ходить, говорить
и пользоваться вилкой.
Возможно вы знакомы с движением «От нуля до трёх»,
которое утверждает, что самые важные годы для обучения —
самые ранние.
И поэтому вы ответите:
Обучение начинается в момент рождения.
Что ж, сегодня я хочу представить вам идею,
которая может показаться неожиданной
или даже невероятной,
но которая опирается на последние исследования
в психологии и биологии.
Часть самого важного обучения всей нашей жизни
происходит до рождения,
пока мы в утробе матери.
Я — научный журналист.
Я пишу книги и журнальные статьи.
А также я — мама.
И обе эти роли соединились в моей книге
под названием «Истоки».
«Истоки» — отчёт о захватывающей
области передовой науки,
изучающей истоки плода.
Истоки плода — научная дисциплина,
которая появилась примерно двадцать лет назад.
Она основана на теории,
утверждающей, что наше здоровье и благополучие
в течение всей жизни сильно зависят
от 9 месяцев, проведённых в матке.
Эта теория не была для меня простым интеллектуальным интересом.
Я была беременна,
пока проводила исследования для книги.
Одним из самых поразительных открытий,
сделанных мной в процессе работы
явилось то, что все мы изучаем мир
ещё до своего появления в нём.
Когда мы держим детей в первый раз,
мы думаем, что они — чистый лист,
неисписанный жизнью,
а на самом деле, им уже придали форму
мы сами и окружающий нас мир.
Сегодня я хочу поделиться с вами поразительными фактами,
которые открыты учёными
о том, что изучает плод
находясь в животе у матери.
В первую очередь,
он запоминает звук голоса матери.
Звукам окружающего мира нужно пройти
сквозь ткани живота матери
и сквозь околоплодные воды,
и поэтому звуки, которые слышит плод,
начиная примерно с 4-го месяца беременности,
приглушены и ослаблены.
Один исследователь утверждает что, наверное
они звучат как голос учителя Чарли Брауна
из старого мультика “Peanuts”.
Однако собственный голос беременной женщины,
отражаясь, проходит сквозь её тело,
достигая плода намного легче.
А из-за того, что плод с ней всегда,
он часто слышит её голос.
После рождения ребёнок распознаёт её голос
и предпочитает её голос
любому другому.
Откуда мы это знаем?
Новорожденные умеют мало, но одна вещь,
где они мастера — это сосание.
Исследователи использовали этот факт,
сделав два резиновых соска таким образом,
что когда ребёнок сосёт один,
он слышит запись голоса матери,
через наушники,
а если он сосёт второй сосок,
то слышит запись незнакомой женщины.
Дети быстро отдавали своё предпочтение
выбирая первый сосок.
Учёные также использовали тот факт,
что дети замедляют сосание,
когда что-то привлекает их внимание,
и возобновляют быстрое сосание,
когда им скучно.
Именно так исследователи обнаружили,
что новорожденные распознавали параграф
сказки Доктора Сьюза «Кот в шляпе»,
который их мать регулярно читала вслух
во время беременности.
Мой любимый эксперимент подобного рода показал,
что дети женщин,
смотревших определённый сериал,
каждый день во время беременности,
распознавали лейтмотив этого сериала
после своего рождения.
Плод даже изучает
конкретный язык,
на котором говорят вокруг.
Прошлогоднее исследование обнаружило,
что с самого рождения
ребёнок плачет с акцентом
родного языка матери.
Плач французских детей заканчивается на восходящей ноте,
а немецких — на нисходящей ноте,
подражая мелодичности
этих языков.
Почему полезно обучение
на стадии развития плода?
Возможно оно увеличивает шанс ребёнка на выживание.
С момента рождения
ребёнок лучше отзывается на голос человека,
который наиболее вероятно будет за ним ухаживать —
на голос матери.
Ребёнок даже плачет
голосом матери,
помогая ей ещё больше полюбить его,
и давая ему преимущество
в наиважнейшей задаче
изучения и понимания
своего родного языка.
Однако плод в матке изучает
не только звуки,
а также вкусы и запахи.
К седьмому месяцу беременности,
вкусовые рецепторы плода полностью развиты
и его обонятельная система
уже функционирует.
Вкус и запах еды, которую ест беременная женщина,
добираются до околоплодных вод,
которые непрерывно
глотает плод.
Дети запоминают и, после рождения,
предпочитают эти вкусы.
В одном эксперименте группу беременных женщин
попросили выпить большое количество морковного сока
в течение последнего триместра беременности,
а контрольная группа
пила только воду.
Шесть месяцев спустя, новорожденным предложили кашу,
смешанную с морковным соком,
и наблюдали за выражением их лиц во время еды.
Дети женщин, пивших морковный сок,
ели больше каши с морковным соком,
и по их виду,
она им нравилась больше.
Французская версия этого эксперимента
была проведена в Дижоне, во Франции,
где исследователи обнаружили,
что дети матерей, которые потребляли еду и напитки
со вкусом лакрицы в течение беременности
отдавали предпочтение анису
как в первый день жизни,
так и позднее,
на четвёртый день жизни.
Дети матерей, которые не ели анис в течение беременности,
показали реакцию, примерно переводимую как «гадость».
Это означает,
что мать обучает плод тому,
что безопасно и полезно есть.
Тем самым плод также обучается культуре,
частью которой он станет,
через одно из её самых сильных выражений —
еду.
Его знакомят со вкусами и специями,
характерными для кухни в его культуре,
ещё до рождения.
Но, оказывается, плод усваивает и большие уроки.
Однако сначала я хочу обсудить кое-что,
о чём вы, может быть, думаете.
Концепция обучающегося плода
может вызвать попытки развивать плод,
например, проигрывая Моцарта
через наушники на животе беременной.
Однако девятимесячный процесс формирования,
происходящий в матке,
намного глубже и важнее.
Многие факторы из повседневной жизни беременной женщины:
воздух, которым она дышит,
еда и напитки, которые она потребляет,
химикаты,
и даже эмоции, которые она испытывает —
все это, так или иначе, отражается на плоде.
Это составляет набор воздействий,
столь же индивидуальных и уникальных,
как и сама женщина.
Плод впитывает эти воздействия
в своё собственное тело,
делая их частью своей плоти и крови.
И зачастую происходит большее.
Плод трактует эти материнские вклады
как информацию,
которую я люблю называть
«биологическими открытками» из внешнего мира.
Так что плод не изучает в матке
«Волшебную флейту» Моцарта,
а получает ответы на вопросы, необходимые для выживания.
Будет ли окружающий его мир
изобилен или скуден?
Будет ли он в безопасности и защищён,
или ему будут сопутствовать постоянные угрозы?
Проживет ли он долгую и плодотворную
или краткую и сложную жизнь?
Питание, и особенно уровень стресса беременной женщины,
предоставляют важные подсказки об условиях снаружи,
также, как палец чувствует ветер.
Следующее из этого развитие
мозга и других органов плода
является частью
огромной человеческой гибкости:
наше умение процветать
в разнообразной среде,
на природе и в городе,
в тундре и в пустыне.
В завершение, я хочу рассказать две истории о том,
как матери знакомят детей с окружающим миром
задолго до их рождения.
Осенью 1944-го года,
в самые сложные дни Второй Мировой войны,
немецкие войска оцепили западную Голландию,
отрезав все поставки продовольствия.
Начало фашистской блокады совпало
с одной из самых жестоких зим за несколько десятков лет:
вода в каналах промерзала насквозь.
Еды не хватало,
многие голландцы выживали на 500 ккал в день —
четверть потребляемого до войны.
Недели лишений растягивались на месяцы,
некоторые даже начали есть луковицы тюльпанов.
В начале мая
тщательно поделенные запасы продовольствия страны
были полностью исчерпаны.
Замаячил призрак массового голода.
Затем, 5-го мая 1945-го года,
осада внезапно закончилась,
когда союзники
освободили Голландию.
«Голодная зима», как её потом назвали,
унесла жизни около 10 тысяч людей
и ослабила многие тысячи.
Однако есть и другая пострадавшая группа:
40 тысяч плодов,
находившихся во время блокады в утробах своих матерей.
Некоторые последствия голода во время беременности
были очевидны сразу:
высокий процент мертворожденных,
врожденные пороки, новорожденные с малым весом
и детская смертность.
Другие последствия не проявлялись многие годы.
Через десятилетия после «Голодной зимы»
исследователи установили что люди,
чьи матери были беременны во время блокады,
больше страдали ожирением, диабетом
и болезнью сердца позднее в жизни,
чем люди, выношенные в нормальных условиях.
Опыт внутриутробного голода у этих людей
очень сильно
изменил их тела.
Они страдают от повышенного давления,
нездорового уровня холестерина
и пониженной переносимости глюкозы —
предвестницы диабета.
Почему голод в утробе матери
влечёт за собой болезни позднее в жизни?
Мы объясняем это тем, что плод старается
извлечь лучшее из плохой ситуации.
При дефиците питания,
основные питательные вещества направляются к самому важному органу — мозгу,
обделяя при этом такие органы,
как сердце и печень.
Это обеспечивает краткосрочное выживание плода,
но расплата приходит позднее в жизни,
когда эти органы, изначально лишённые питания,
становятся более восприимчивыми к болезням.
Но это ещё не всё.
Похоже, что плод считывает информацию
внутриутробной среды
и физиологически подстраивается под нее.
Он готовит себя к тому миру,
который встретит его
по другую сторону матки.
Плод настраивает свой метаболизм
и другие физиологические процессы,
предугадывая среду, которая его ожидает.
В основе прогноза плода лежит то,
что ест его мать.
Пища, потребляемая беременной женщиной,
рассказывает историю:
сказку об изобилии
или ужасающие хроники лишений.
Эта история несёт в себе информацию,
которую плод использует
для организации своего тела и его систем:
приспособление к господствующим условиям,
которое облегчает выживание в будущем.
В условиях сильно ограниченных ресурсов,
у ребёнка меньшего размера с меньшим потреблением энергии
будут более высокие шансы
дожить до зрелости.
Однако проблема в том,
что беременная женщина может стать
ненадёжным рассказчиком,
когда плод ожидающий мир лишений,
вдруг попадает в мир изобилия.
Это и случилось с детьми голландской «Голодной зимы».
Результат:
более высокий процент ожирения,
диабета и болезни сердца.
Тела, которые выросли в режиме экономии калорий,
оказались в избытке калорий
послевоенного западного питания.
Мир, познанный в матке,
не был похож на мир,
в котором они родились.
А вот другая история.
11-го сентября 2001-го года, в 8:46
десятки тысяч людей находились
вблизи Всемирного торгового центра
в Нью-Йорке:
пассажиры, сходящие с поездов,
официантки, готовившие столы к утреннему наплыву людей,
брокеры, уже работавшие на Уолл-стрит.
1 700 из этих людей были беременными женщинами.
Когда самолёты нанесли удар и башни обрушились,
многие из этих женщин испытали такой же шок,
как и другие выжившие в этой катастрофе:
непомерный хаос и смятение,
накатывающиеся облака
потенциально токсичной пыли и мусора,
смертельный страх за свою жизнь.
Год спустя 11-го сентября,
учёные обследовали группу женщин,
которые были беременными и находились поблизости
в момент атаки на Всемирный торговый центр.
У детей этих женщин,
заработавших посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР)
вследствие этих суровых испытаний,
исследователи обнаружили биологическую
восприимчивость к ПТСР —
эффект, наиболее заметный у детей,
чьи матери пережили катастрофу
на третьем триместре беременности.
Другими словами,
матери с посттравматическим стрессовым расстройством
передали предрасположенность к этому расстройству своим детям
пока те были ещё в матке.
Подумайте об этом:
посттравматическое стрессовое расстройство
является чрезмерной реакцией на стресс,
и подвергает свои жертвы огромным ненужным страданиям.
Но можно думать о ПТСР по-другому.
То, что кажется патологией нам,
может быть полезной адаптацией
в определённых обстоятельствах.
В особо опасных условиях
типичные проявления ПТСР —
чрезвычайная бдительность,
моментальная реакция на опасность —
могут спасти чью-то жизнь.
Адаптивность предродовой предрасположенности к ПТСР
всё ещё гипотеза,
но я нахожу её довольно проницательной.
Это значит, что ещё до рождения
матери предупреждают детей
об опасном мире снаружи, говоря им:
«Будь осторожен».
Позвольте пояснить.
Исследование истоков плода не обвиняет женщин в том,
что происходит во время беременности.
Оно о том, как наилучшим образом способствовать
здоровью и благополучию следующего поколения.
Эти важные усилия должны включать в себя
акцент на том, что плод изучает
в течение 9 месяцев, проводимых в матке.
Обучение — одно из важнейших занятий в жизни
и оно начинается раньше,
чем мы когда-либо предполагали.
Спасибо.
(Аплодисменты)