Я нейрохирург,
и сегодня хочу рассказать вам, что люди, подобные мне, нуждаются в вашей помощи.
Позже я расскажу вам в чём именно.
Но для начала разрешите мне рассказать о моей пациентке.
Это была женщина за 50.
В целом она обладала хорошим здоровьем,
но посещала больницу несколько раз
из-за радикального лечения рака молочной железы.
У неё случился пролапс шейного межпозвоночного диска,
вызывавший у неё распространяющуюся боль, которая отдавала
в правую руку.
Просмотрев её МРТ перед консультацией,
я решил предложить операцию.
В настоящее время такие операции на шее регламентированы и выполняются быстро.
Но они несут определённый риск.
Делается разрез прямо здесь,
и осторожно делается разрез возле трахеи,
пищевода,
и надо постараться не порезать внутреннюю сонную артерию.
(Смех)
Затем приносят микроскоп,
и осторожно удаляют диск и пролапс
в канале нервного корешка
не повреждая мозг и нервный корешок,
находящихся в миллиметрах под ними.
Наихудший случай – это повреждение мозга,
которое может привести к параличу из-за сужения.
Когда я объяснил это пациентке, она смолкла.
И через несколько минут
она произнесла следующие решающие слова:
«Доктор, действительно ли это необходимо?»
(Смех)
И знаете, что я тогда осознал?
Необходимости нет.
На самом деле, когда меня посещают пациенты, как эта женщина,
я обычно не советую оперироваться.
Так почему же на этот раз я так решил?
Видите ли,
этот пролапс был таким тонким,
что я практически видел, как удаляю его с канала нервного корешка
до того, как она вошла в приёмную.
Я должен признать, что хотел сделать ей операцию.
Я был бы рад сделать ей операцию.
В конце концов, оперирование — это самая весёлая часть моей работы.
(Смех)
Я думаю, это чувство легко понять.
Мой сосед архитектор говорит, что он любит просто сидеть, чертить
и проектировать дома.
Он делал бы это весь день,
а не разговаривать с клиентом, который платит за проектирование дома
и может наложить какие-то свои ограничения на его работу.
Но как каждый архитектор,
каждому хирургу необходимо посмотреть в глаза пациенту
и вместе с ним
решить, что лучше для человека, которому делается операция.
И это может показаться легко.
Но давайте посмотрим на статистику.
Миндалины — это две припухлости на задней стенке горла.
Их можно удалить хирургическим путём,
и называется это тонзиллэктомией.
На этой таблице приведён показатель количества операций тонзиллэктомии
в разных регионах Норвегии.
Вас может поразить, что существует в два раза больше вероятности,
что вашему ребёнку, поскольку эта операция делается только детям,
сделают тонзиллэктомию в Финнмарке, нежели чем в Тронхейме.
Показатели в обоих регионах одинаковые.
Здесь не должно быть отличий, но они есть.
Вот ещё одна таблица.
Мениск стабилизирует коленный сустав,
но может надорваться или резко раздробиться,
чаще всего во время занятий спортом, например футболом.
Здесь вы видите показатель количества операций по этому фактору.
И вы видите, что показатель количества операции в Мё́ре-ог-Ро́мсдал
в пять раз больше, чем в Ставангере.
В пять раз.
Как так может получиться?
Играют ли футболисты в Мё́ре-ог-Ро́мсдал
в пять раз грязнее, чем где-либо в стране?
(Смех)
Вероятно, нет.
Я сейчас добавил немного информации.
Сейчас вы видите операции, сделанные
в госбольницах, которые выделены голубым цветом,
и операции в частных клиниках выделенные светло-зелёным цветом.
Довольно много операций в частных клиниках
в Мё́ре-ог-Ро́мсдал, не так ли?
Что это означает?
Вероятный экономический стимул лечить пациентов.
И даже больше.
Последние исследования показали, что в лечении
между обычной физиотерапией и операциями на колене
разницы нет.
Это означает, что большинство операций, выполненных
согласно этой таблице, которую я показал,
можно было избежать даже в Ставангере.
Что же я пытаюсь вам донести здесь?
Хоть и большинство показаний к лечению во всём мире
регламентированы,
есть много ненужных расхождений в выборе лечения,
особенно в Западной Европе.
Некоторые люди не получают лечение, которое им нужно,
но ещё больше из вас
подвергаются излишнему лечению.
«Доктор, действительно ли это необходимо?»
Я слышал этот вопрос всего лишь раз в своей карьере.
Мои коллеги говорят, что их пациенты никогда не задавали им такого вопроса.
С другой стороны,
насколько часто, по-вашему, вы услышите «нет» от доктора,
если зададите ему такой вопрос?
Исследователи выяснили,
что доктора отвечают «нет» с одинаковой вероятностью,
где бы это ни происходило.
И это в 30% случаев.
Это означает, что в трёх случаях из 10
ваш доктор назначит или предложит
то, что совершенно не нужно.
Знаете, какую причину они называют?
Давление со стороны пациента.
Другими словами, от вас.
Вы хотите, чтобы вам что-то сделали.
Мой друг обратился ко мне за медицинским советом.
Он полон сил и энергии,
зимой много занимается лыжной гонкой,
а летом бегает.
В тот раз у него сильно болела спина, когда бы он ни бегал трусцой.
И ему пришлось прекратить заниматься.
Я обследовал его, подробно расспросив,
и обнаружил, что у него, скорее всего, образовался остеохондроз
нижней части позвоночника.
Каждый раз при растяжении он вызывал боль.
Он уже занимался плаванием вместо бега трусцой,
ничего нельзя было поделать.
Я сказал ему: «Не все упражнения подходят
для тренировок.
Некоторые полезны для тебя,
а некоторые нет».
Он ответил:
«Я хочу сделать МРТ спины».
«Зачем хочешь сделать МРТ?»
«Я могу его бесплатно пройти по страховке на работе».
«Да ладно тебе», — сказал я. В конце концов, он же мой друг.
«На это нет достаточной причины».
«Я думаю, будет полезно узнать, насколько всё плохо со спиной».
«Когда ты научился читать МРТ снимки?» — спросил я.
(Смех)
«Поверь мне.
Тебе этот снимок не понадобится».
«Ну, — сказал он,
и спустя немного времени продолжил: Это может быть рак».
(Смех)
Он, разумеется, получил снимок.
И через страховку на работе
пришёл на приём к одному из моих коллег,
рассказав об остеохондрозе,
что ничего нельзя поделать,
что надо продолжать заниматься плаванием и перестать бегать трусцой.
Когда мы увиделись,
он сказал мне:
«По крайней мере я знаю, что у меня».
Но позвольте мне у вас спросить.
Что, если у всех вас в этом помещении были такие же симптомы, как на МРТ снимке?
И что, если все люди в Норвегии
сделали бы МРТ снимок из-за нерегулярной боли в спине?
Список ожидающих очереди увеличился бы в четыре раза, а может и больше.
И вы бы заняли место на этом списке
вместо того, у кого и вправду рак.
Хороший доктор иногда говорит «нет»,
благоразумный пациент также иногда отвергает предложение
пройти диагностику или лечение.
«Доктор, действительно ли это необходимо?»
Я знаю, задавать такой вопрос может быть нелегко.
Если бы это было 50 лет назад,
такой вопрос звучал бы грубо.
(Смех)
Если бы доктор принял решение касательно вас,
то вы бы согласились.
Моя коллега, ныне врач общей практики,
когда была маленькой, была отправлена в туберкулезный санаторий
на шесть месяцев.
Её это страшно травмировало.
Позже, когда она выросла, выяснила,
что её тесты на туберкулёз всегда были отрицательны.
Доктор послал её по ошибочному подозрению.
Никто не посмел или даже не вздумал потребовать объяснений.
Даже её родители.
В настоящее время министр здравоохранения Норвегии
начал говорить об оказании медицинских услуг пациентам.
О том, что пациент должен получать рекомендации от доктора о том, что делать.
Это большой прогресс.
Но это также накладывает больше ответственности.
Необходимо сесть рядом с доктором
и начать обсуждать решения о дальнейших шагах.
Поэтому в следующий раз, когда вы окажетесь на приёме у доктора,
я хочу, чтобы вы задали вопрос:
«Доктор, действительно ли это необходимо?»
В моём случае с пациенткой,
ответ был бы «нет»,
хотя решение об операции тоже можно было бы обосновать.
«Доктора, какие риски связаны с этой операцией?»
У от 5 до 10% пациентов ухудшатся болевые симптомы.
У от 1 до 2% пациентов
будет инфекция в ране или даже повторное кровоизлияние,
для чего потребуется сделать повторную операцию.
Также 0.5% пациентов будет испытывать постоянную охриплость,
и немногие
будут испытывать пониженную работоспособность рук или даже ног.
«Доктор, есть ли другие варианты?»
Да, отдых и физиотерапия со временем
могут помочь как следует поправиться.
«А что произойдёт, если я ничего не стану делать?»
Это не рекомендуется,
но даже при этом есть небольшой шанс на поправку.
Четыре вопроса.
Простые вопросы.
Считайте это руководством для помощи.
Действительно ли это необходимо?
Какие есть риски?
Есть ли другие варианты?
Что произойдёт, если я ничего не стану делать?
Задайте эти вопросы доктору, когда он захочет вас отправить на МРТ-снимок,
когда он пропишет вам антибиотики
или предложит операцию.
Из исследований мы узнали,
что каждый пятый из нас, 20%,
поменяет мнение о дальнейшем действии.
Поступая таким образом, вы не только упрощаете себе жизнь
и, возможно, улучшаете её,
но также вся сфера здравоохранения
извлечёт пользу от вашего решения.
Спасибо.
(Аплодисменты)