Абигайль Девилль: "Нет прогресса без борьбы".
"Те, кто исповедует свободу, но осуждают её голос, -"
"это люди, которые хотят получить урожай, не вспахав землю,"
"которые хотят дождя без грома и молнии,"
"которые хотят океана без ужасного рёва его волн".
Фредерик Дуглас, 4-е августа, 1857 г.
[Абигайль Девилль: "Свет свободы"]
[Парк Мэдисон сквер] [Нью-Йорк]
Началось с того, что я познакомилась со словами Фредерика Дугласа,
и это как раз то, о чем я думала,
пытаясь быстро сформулировать то, что происходило этим летом.
Думаю, это были образы, которые он нарисовал.
Я просто продолжала думать о накатывающихся волнах,
и просто о волнах людей которые сцепились руками,
и протестовали перед лицом, возможной смерти,
во время этой пандемии,
чтобы бороться за то, на что эта нация на самом деле претендует,
то есть, для чего она была основана и основывается.
Это память о протестах движения Black Lives Matter,
и о том, что черные живут на этом континенте уже 400 лет.
Пока я сидела сложа руки,
думая о том, что можно было сделать, чтобы все было по-совсем по-другому,
что были возможности и моменты, которые упускались
периодически в истории Нью-Йорка и в истории страны в целом:
моменты для прогресса,
или моменты, которые потенциально могли выровнить ситуацию на игровом поле.
В четвертом классе у меня была потрясающая учительница,
ее звали Миссис Хаммонд.
Она была потрясающей.
Она по-настоящему оживляла для нас историю.
Она ставила нам пластинку с речью Мартина Лютера Кинга "У меня есть мечта",
в классе стояла гробовая тишина.
Я только помню, как все это время под партой сжимала руку лучшей подруги,
будучи так тронута его словами,
и силой этих слов.
Она заронил зерно, несомненно,
для размышлений о том, как мы участвуем в истории.
Глядя на фотографии факела в руке статуи в парке,
я просто решила: "Все, теперь я могу не смотреть".
"Так и есть."
"Это все, о чем я думала -"
"все, о чем я хотела говорить".
Факел в руке Статуи Свободы,
стоявший в этом парке шесть лет с 1876 по 1882 гг,
пока собирали деньги для пьедестала
самой статуи.
Я люблю строительные леса.
Они в Нью-Йорке повсеместно.
Постоянно что-то строится и разбирается.
Эта идея свободы постоянно достраивается
и перестраивается -
из поколения в поколение.
Думаю о том, что колокола - это еще один символ свободы,
которые затем были заключены в этот факел,
который не может произвести ни звука.
Это также и масло в факеле,
и голубой огонь, самый жаркий огонь, который есть.
Общество пыталось разделить нас, или различать нас по цвету кожи,
или по месту жительства,
или социальному положению, образованию, - всему.
И как тогда нам всем соединить руки
и отстоять что-либо еще?
Я думаю, делать эту работу
было как молиться или надеяться
на что-то в будущем,
чтобы принести имена прошлого в настоящее.
А затем продолжить спуск,
чтобы передать эстафету в честь общества.