Спасибо.
Последнее выступление было
об электронных технологиях и повышении потенциала мозга.
Моё же выступление — о старых средствах улучшения работы мозга;
о средствах, которые, конечно, все вы знаете и любите,
а называются они наркотики.
Но об этом чуть позже.
Начну я с разговора о мозге,
поскольку это самый сложный и совершенный элемент
во всей вселенной.
Вы здесь именно благодаря ему, и с его помощью позже доберётесь домой.
Даже мозг мыши обрабатывает больше информации,
чем все вместе компьютеры на земле.
А ваш мозг ещё совершеннее по крайней мере в миллион раз.
Но, к сожалению, иногда в нём происходят сбои.
В последние несколько лет
мы обнаружили весь масштаб проблем, связанных с расстройствами мозга.
Число болезней на почве расстройств мозга, а также урон обществу от них
в целом больше, чем от рака,
сердечно-сосудистых заболеваний и диабета вместе взятых.
Как показывает данный график,
этот урон оценивается почти в 800 миллиардов евро ежегодно.
Как если бы мы ежегодно погашали внешний долг Греции,
столько уходит на болезни, вызванные расстройствами мозга.
Мы знаем, что на лечение этих расстройств выделяется совсем недостаточно средств.
На графике слева изображён красный круг, показывающий, что расстройства мозга
находятся далеко за пределами предполагаемого финансирования.
Число данных расстройств самое высокое,
а средства, выделяемые на них, непропорционально малы.
Справа — одна из причин.
Здесь показан процент отсева препаратов
с момента открытия и до стадии разработки.
Взгляните на второй цилиндр вот здесь.
Видно, что из 200 разработанных препаратов для лечения Альцгеймера
к использованию допускается всего один.
Лечить мозг чрезвычайно сложно.
Почему в мозге происходят сбои?
Сбои случаются из-за внешних факторов:
недоедание остаётся серьёзной проблемой,
насилие со стороны родителей — физическое или психологическое —
злоупотребление токсинами, особенно алкоголем.
Эти снимки из моего исследования, на верхнем — мозг здорового человека,
а на нижнем — мозг с серьёзными повреждениями из-за употребления алкоголя.
Инфекции типа менингита и энцефалита совсем не редкость,
а также травмы являются огромной проблемой,
поскольку приводят к хроническим повреждениям мозга
особенно у подростков.
Кроме того, могут быть нарушения в самом развитии головного мозга,
вроде заболеваний, связанных с аутизмом.
А могут быть и приобретённые нарушения типа эпилепсии
или такие возрастные изменения, как старческий склероз.
Но главная тема моего выступления: то, как мозг сам на себя накладывает ограничения,
и то, как можно увеличить его возможности, избавившись от этих ограничений.
Наиболее пластичен мозг в детском возрасте.
Некоторые считают,
что образование направлено на то, чтобы лишить мозг пластичности
и заставить каждого из вас думать и вести себя одинаково.
Ведь важно добиться единообразия процесса,
что, конечно, целесообразно,
если вы учитесь говорить так же, как и другие люди,
и не совсем целесообразно,
если в результате ограничиваются ваши способности, например, решать проблемы.
Причём проблемы могут возникать из-за «сдерживающих» мозг факторов.
Если их недостаточно там, где должно быть,
то наблюдаются такие расстройства, как шизофрения и дефицит внимания.
А последствием их избытка
могут быть зависимость и навязчивые состояния.
Более того, случаются нарушения стрессоустойчивости мозга,
что приводит к таким расстройствам, как тревожность и депрессия.
Cуть моего выступления — поделиться знанием того,
как использование наркотиков влияет на ограничения,
накладываемые мозгом на сознание.
Данное исследование берёт начало в 1950-х
и основано на личном опыте Олдоса Хаксли,
использовавшего мескалин и ЛСД — то есть психоделики —
чтобы узнать о механизме своего сознания.
Об этом он написал в своей книге «Двери восприятия»,
где процитировал Уильяма Блейка,
чтобы описать действие наркотиков на собственное сознание.
Он писал: «Если бы двери восприятия были бы чисты,
всё предстало бы человеку таким, как оно есть, — бесконечным.
Ибо человек замуровал себя так,
что видит всё чрез узкие щели пещеры своей».
Хаксли осознал, что психоделики
нейтрализуют обнаруженный им феномен,
а именно: механизм «мозга как инструмента фокусирования ума».
Современная нейронаука доказала верность данного открытия.
Сегодня мы точно знаем:
восприятие регулируется не сознанием, а непосредственно мозгом.
Вот пример зрительного восприятия.
Возможно, вы наблюдаете прекрасный закат,
а в действительности происходит следующее: лучи света попадают на сетчатку глаза
и превращаются в серию электрических импульсов,
которые передаются в отделы головного мозга.
А там воспроизводится изображение,
увиденное вами.
И, выражаясь словами Блейка, видеть данное изображение —
значит смотреть сквозь ограничения, «чрез щели пещеры»,
которую создаёт сам мозг.
Если у вас психическое расстройство, например, депрессия или зависимость,
то всё также видится сквозь ограничения, налагаемые мозгом.
Так, страдающие депрессией не видят, что небо ясное,
оно им кажется тускло-серым.
И, естественно, люди с зависимостью,
смотрящие чрез щели своей пещеры,
видят лишь наркотики, без которых они не могут.
Психоделические наркотики избавляют от таких ограничений,
позволяя сознанию работать более гибко. Вот наше исследование с использованием
псилоцибина, содержащегося в соке галлюциногенных грибов.
На этих двух снимках число межнейронных связей одинаковое.
На снимке слева видно:
после применения плацебо большинство нейронных связей в крайних участках мозга.
Контакт между клетками мозга имеет зональный характер.
Но после псилоцибина
наблюдается масштабная сеть связей; высокая степень вовлечённости мозга.
Начинают взаимодействовать отделы мозга, между которыми не было контакта
с детского возраста.
И таким образом можно обрести новое восприятие,
а также потенциально устранить последствия функциональных нарушений мозга.
А вот ещё одно исследование ЛСД, по сути демонстрирующее то же самое.
На изображении слева видно,
что работает зона зрительной коры и что обычно вовлечён лишь один участок мозга.
Но под действием ЛСД, закрыв глаза,
люди видят невероятно яркие, интересные серии образов.
А это потому, что под воздействием ЛСД степень взаимосвязи между отделами мозга
гораздо выше, чем обычно.
Здесь видно, что в данном состоянии
зона зрительной коры взаймодействует почти со всеми отделами мозга.
Такое раскрепощение в работе мозга, вызванное психоделиками,
мы научились использовать
в лечении депрессий.
В исследовании, опубликованном в прошлом году,
приняли участие люди, страдающие депрессией,
которым не помогли ни два курса лечения,
ни психотерапия.
Но после одной дозы псилоцибина,
всего через неделю у всех
наблюдались заметные улучшения,
а половина из них сейчас в состоянии ремиссии.
Они отмечены в жёлтом столбце,
обозначающем, что депрессия прошла.
Это далеко не первый случай,
подтверждающий, что психоделики могут использоваться в терапевтических целях.
Также по имеющимся у нас данным, собранным по всему миру,
псилоцибин может помочь в лечении алкогольной и никотиновой зависимости,
и обсессивно-компульсивных расстройств.
А совершенно недавно
в результате двух крупных исследований было обнаружено, что он может облегчить
жизнь страдающим от тревожности и депрессии,
которые обычно возникают на фоне смертельных заболеваний.
Благодаря своему невероятному потенциалу наркотики способны
помочь людям справиться с психическими расстройствами.
И такой потенциал наблюдается не только у психоделиков.
Многие запрещённые наркотики находят применение в медицине.
Так, имеются свидетельства того, как другие виды наркотиков,
вроде МДМА или экстази, помогают при посттравматическом расстройстве,
и продолжается изучение их пользы в борьбе с зависимостью.
И, конечно, применение конопли —
при целом ряде различных расстройств:
от боли, спазмов, рака, эпилепсии,
воспалительных заболеваний до расстройств сна.
Практически каждое из них поддаётся лечению с помощью конопли.
Почему же мы не используем эти наркотики?
А потому что, по мнению ВОЗ и ООН, они слишком опасны,
но это, разумеется, неправда.
Категорично заявляю: не умер
ни один из пациентов, приняших участие в наших экспериментах.
Правительства же продолжают внушать эту ложь.
А большинство из нас мыслят ограниченно, надеюсь, к вам это не относится.
Мы отказываемся верить в то, что у наркотиков есть лечебные свойства.
Поэтому я хочу сказать сейчас,
именно сейчас: вы и все остальные,
должны принять тот факт,
что эти наркотики являются потенциально крайне важными лекарствами.
Ради миллионов людей в этом мире, которым можно помочь,
наконец стоит признать, что не должно быть пределов
для изучения данных наркотиков в медицинских целях.
Спасибо.
(Аплодисменты)