«Новое лекарство на 40% снижает риск сердечных приступов».
«В два раза выросло число нападений акул».
«У тех, кто в день пьёт литр газированной воды, риск онкологии в два раза выше».
Всё это примеры относительных рисков,
именно так о рисках обычно говорят в новостях.
Оценка рисков представляет собой сложное сочетание
статистического анализа и личного выбора.
Но главным подводным камнем является умение отличать подобного рода риски
от тех, что принято называть абсолютными рисками.
Риск — это вероятность наступления неблагоприятного события.
Его можно выразить в процентах,
например: сердечные приступы случаются у 11% мужчин
в возрасте от 60 до 79 лет,
или в виде чисел — один из двух миллионов дайверов на западном побережье Австралии
ежегодно становится жертвой смертельных укусов акул.
Данные цифры показывают абсолютный риск сердечных приступов
и нападений акул для упомянутых групп.
Изменения риска можно выразить в относительных и абсолютных величинах.
Например, согласно проведённому в 2009 году исследованию установлено,
что благодаря профилактическим маммографическим обследованиям
смертность от рака груди снижается с пяти до четырёх случаев на тысячу человек.
Снижение абсолютного риска — примерно 0,1%.
Но снижение относительного риска с пяти до четырёх случаев смерти
составляет 20%.
Взяв за основу бо́льшую из цифр исследования,
влияние обследований переоценили.
Чтобы оценить разницу между двумя способами выражения риска,
давайте предположим, что существует некое гипотетическое лекарство,
снижающее риск сердечных приступов на 40%.
Представим, что в группе из 1000 человек, не принимавших новое лекарство,
сердечный приступ перенесли 10.
Абсолютный риск составляет 10 человек из 1000, или 1%.
В схожей группе из 1000 человек, где все принимали лекарство,
число перенесших сердечный приступ равняется 6.
Другими словами, благодаря лекарству можно предотвратить 4 приступа из 10,
то есть относительный риск составит 40%.
При этом абсолютный риск снизится всего лишь с 1% до 0,6%,
но падение риска на 40% кажется куда более существенным.
Несомненно, даже если удастся предотвратить лишь несколько приступов
или любых других негативных событий, это уже неплохой результат, не так ли?
Вовсе нет.
Проблема заключается в том, что выбор в пользу снижения одних
может вызвать наступление других рисков.
Предположим, что лекарство от приступов вызывает рак у 0,5% пациентов.
В нашей группе из 1000 человек
при помощи лекарства удастся предотвратить четыре приступа,
но при этом возникнет пять новых случаев рака.
Относительное снижение риска приступов выглядит внушительно,
а абсолютный риск рака — не очень,
однако эти величины практически равны.
В реальных условиях оценка каждого риска
зависит от индивидуальных особенностей.
Если вам известно, что у вас в семье были случаи сердечных приступов,
вы скорее согласитесь принимать лекарство,
которое позволит вам снизить риск сердечного приступа,
даже понимая, что снижение абсолютного риска весьма незначительно.
Иногда нам предстоит делать выбор
из напрямую не совместимых рисков.
Например, если лекарство от приступов обладает более высоким риском
болезненных, но не таких опасных, как рак, для жизни побочных действий,
таких как мигрень,
то может измениться наше восприятие допустимости данного риска.
А иногда правильного выбора и вовсе не существует,
ведь многие предпочтут избежать даже минимального риска нападения акул,
потому что придётся всего-то отказаться от заплыва в открытой воде,
а другие даже не подумают перестать плавать в море
во избежание объективно ничтожного риска столкнуться с морскими хищницами.
С учётом всех изложенных причин оценка риска является по своей сути
весьма сложным процессом, а публикации, касающиеся рисков,
могут вводить в заблуждение, особенно когда в них одни данные
приводятся в абсолютном, а другие — в относительном выражении.
Понимание, как измеряются риски,
поможет вам избежать путаницы
и лучше оценивать риски.