Когда мы используем слово «архитектор» или «дизайнер»,
мы обычно имеем в виду профессионала,
чей труд оплачивается,
мы склонны считать, что это те самые профессионалы,
которые смогут помочь нам решить
действительно сложные проблемы системного дизайна,
такие как изменение климата, урбанизация и социальное неравенство.
Такие у нас стереотипы о профессии.
Мне кажется, это неверно.
В 2008 году, будучи выпускником архитектурного университета,
после нескольких лет учёбы я хотел найти работу,
и это произошло.
В экономике дефицит рабочих мест.
У меня появилась пара идей по этому поводу.
Первая — не слушайте карьерных консультантов.
Вторая — это удивительный парадокс для архитектуры —
нашему обществу как никогда надо заниматься дизайном,
но в то же время архитекторы становятся безработными.
Меня поражает, что мы серьёзно рассуждаем о дизайне,
но за архитектурой на самом деле стоит экономика,
о которой мы не говорим, а стоило бы.
И стоит начать с вашей зарплаты.
Как начинающему с нуля выпускнику архитектурного университета,
мне стоит ожидать зарплату около 24 000 фунтов в год.
Это около 36 000 — 37 000 долларов.
Если говорить о мировом населении,
я попадаю в топ 1,95% богатейших людей,
что подразумевает вопрос, на кого я работаю?
Не самый приятный факт,
почти всё то, что мы называем сегодня архитектурой,
это бизнес создания дизайнов
для одного процента богатейших людей мира,
и так было всегда.
Причина, по которой мы забыли об этом, состоит в том,
что времена, когда архитектура
оказывала наибольшее влияние на общество,
были тем периодом, когда этот один процент
строил для 99 процентов, по разным причинам,
будь то филантропия 19 века,
коммунизм 20 века,
благосостояние государства, и в последнее время, конечно,
из-за раздувания рынка недвижимости.
Все эти бумы, все по-своему,
уже ушли в небытие,
и мы вернулись к ситуации,
когда самые умные дизайнеры и архитекторы мира
могут работать только для одного процента населения.
Проблема не в том, что это плохо для демократии,
хотя это, наверно, плохо,
это ещё и не самая умная бизнес стратегия.
Перед нашим поколением архитекторов стоит проблема:
как нам поменять своего клиента
с одного процента на 100 процентов?
Я хочу предложить три немного нелогичных идеи того,
как этого можно добиться.
Первое, нам следует задуматься на тем,
должна ли архитектура заниматься зданиями.
Здание — это самое дорогое решение
любой поставленной задачи.
Дизайн прежде всего должен быть направлен
на решение проблем и создание новых условий.
Вот пример.
Компания работала со школой,
которая представляла собой старое здание в викторианском стиле.
Они сказали нашим архитекторам: «Посмотрите,
наши коридоры — это сплошной кошмар.
Они слишком узкие. Ученикам в них тесно.
Они дерутся, мы не можем их контролировать.
Мы хотим, чтобы вы сделали перепланировку здания.
Мы знаем, что это выльется в несколько миллионов фунтов,
но нам придётся с этим смириться».
Команда обдумала всё и отказалась,
заявив: «Не стоит этого делать.
Вместо этого, избавьтесь от школьного колокола.
Установите вместо одного звонка
несколько звонков поменьше,
которые бы срабатывали в разных местах в разное время,
тем самым вы перераспределите загруженность коридоров».
Это решает саму проблему,
но вместо нескольких миллионов фунтов
вы тратите несколько сотен фунтов.
Создаётся впечатление, что вы лишаете себя работы,
но это не так. Как раз сейчас вы полезны.
Архитекторы очень, очень хороши
в этом виде сложного, стратегического мышления.
Проблема в том, что как и большинство специалистов в дизайне,
мы сосредоточены на идее создания
конкретного вида продукта для потребителя,
но я считаю, что так не должно продолжаться.
Вторая идея, стоящая внимания, это то, что 20 век —
это век больших вещей:
больших зданий и больших сумм денег.
Мы зациклены на идее,
что во время индустриальной эры
за облик городов отвечают только большие организации
или корпорации, которые строят от нашего имени,
закупая целые кварталы,
превращая их в один цельный проект, и, конечно,
всё зависит от финансов.
В итоге вы получаете отдельные, цельные кварталы,
построенные по универсальным моделям.
Многие даже не могут себе их позволить.
Но возможно ли для городов,
что бы их строили не единицы, обладающие многим,
а многие, обладающие немногим?
Когда такое происходит, одновременно
появляются и совершенно иные предпочтения о месте, где люди хотят жить.
Тут встаёт очень интересный вопрос о том,
как нам стоит планировать города? Как развивать финансы?
Как продавать услуги дизайна?
Чем обернётся для демократического общества
передача права на строительство самим горожанам?
По идее должно быть очевидно,
что в 21 веке жители могут сами развивать города.
В-третьих, мы должны помнить,
что с чисто экономической точки зрения
в дизайне должна отсутствовать половая дискриминация и присутствовать забота о старших,
чаще всего это делается любителями.
Это хорошо.
Бо́льшая часть работы проводится вне денежной экономики,
это то, что называют социальной экономикой или ядром экономики,
и люди делают это для себя.
Проблема в том, что до сегодняшнего дня
именно у денежной экономики находилась
вся инфраструктура и все инструменты.
Наша задача состоит в том,
чтобы получить инструменты, инфраструктуру и институты
для архитектуры социальной экономики.
Началось всё с открытого программного обеспечения.
Последние несколько лет оно перемещалось
в физический мир при помощи открытого аппаратного обеспечения,
бесплатно распространяющего чертежи,
которые любой может скачать и использовать в своих целях.
В связи с этим очень, очень интересным становятся 3D принтеры.
Правильно? У вас вдруг появляется 3D принтер,
который является открытым ПО, детали которого
можно изготовить на другом 3D принтере.
То же самое касается станков с ЧПУ,
представляющих собой большие принтеры, которые могут разрезать листы фанеры.
Эти технологии значительно снижают
затраты на время, средства и силы.
Они бросают вызов идее о том,
что доступная вещь должна быть универсальной.
Они широко распростараняют
действительно сложные производственные возможности.
Мы движемся к будущему, когда производство будет повсюду,
а это в свою очередь значит,
что дизайном будет заниматься каждый.
Это настоящая индустриальная революция.
Если мы считаем, что главные идеологические конфликты
предыдущих поколений были основаны на вопросе,
кто должен контролировать производство,
эти технологии отвечают решением:
на самом деле никто. Все мы.
Нас поразило понимание того,
что́ это может значить для архитектуры.
Около полутора лет назад
мы начали работу над проектом WikiHouse,
WikiHouse — это открытое ПО для строительства.
Идея в том, чтобы сделать его доступным любому,
кто зайдёт в интернет, подключится к открытой библиотеке
3D моделей, которые можно скачивать и адаптировать.
Сейчас это делается в SketchUp, так как это бесплатно и несложно,
и буквально по щелчку мышки
можно создать ряд файлов с шаблонами,
которые можно, в свою очередь,
преобразовать в детали дома, напечатав на станке с ЧПУ,
используя такой стандартный материал как фанера.
Все детали пронумерованы,
то есть в итоге вы получаете очень большой набор IKEA.
(Смех)
При этом не используется крепление на болтах,
а только клинья и колышки.
Даже молотки
присутствуют в файлах шаблонов.
Группа из двух-трёх человек,
работая вместе, справится с этим.
Не требуется традиционных строительных навыков.
Не требуется большого набора инструментов или чего-то в этом роде,
небольшой дом этого размера можно построить
примерно за день.
(Аплодисменты)
В итоге вы получаете каркас дома,
который вы потом можете дополнить такими системами как окна,
облицовка, утепление и другими вещами,
исходя из того, что дёшево и доступно.
Конечно, дом невозможно завершить.
Мы работаем над этим, так что дом — это не законченный продукт.
Станок с ЧПУ может делать детали взамен износившихся
или даже построить дом по соседству.
Мы и наши единомышленники построили несколько прототипов по всему миру,
и вот несколько действительно интересных уроков.
Один из них предполагает невероятно много общения.
Люди не всегда понимают, где заканчивается работа над сборкой, а где начинается веселье.
Принципы доступности больше всего проявляются
в действительно обычных, физических деталях.
Например, никогда не будет создана неподъёмная деталь.
Или, если вы создаёте деталь,
убедитесь, что её нельзя поставить неправильно,
или, если и можно, то это не важно, так как она симметрична.
Самый главный принцип, который нам ближе всего, —
это принцип, озвученный Линусом Торвалдсом,
пионером открытого ПО.
Он звучит так: «Будь ленив как лиса».
Не надо каждый раз заново изобретать велосипед.
Возьми то, что уже создано, и адаптируй это под свои нужды.
В противоречие всего того, чему вас учили
в архитектурных университетах, копирование — это хорошо.
Это уместно, так как на самом деле
Точно также до Промышленной революции
мы веками строили здания
в стиле городских сараев.
этот подход не нов.
Единственная разница между традиционной
народной архитектурой и архитектурой с открытым ПО
может быть в интернете,
но это действительно огромная разница.
Мы выложили проект WikiHouse
под лицензией Creative Commons,
и сейчас начинает набирать обороты то,
что многие группы по всему миру берутся за проект,
пользуются им, взламывают, возятся с ним, и это потрясающе.
Есть очень крутая группа в Крайстчерч, Новая Зеландия,
занимающаяся строительством домов после землетрясений.
Благодаря премии TED city Prize
мы сейчас работаем с потрясающей группой в одной из трущоб Рио
над чем-то вроде общественной фабрики
и микро-университета.
Это очень небольшие начинания,
на прошлой неделе с нами связались ещё больше людей,
которые даже не представлены на этой карте.
Надеюсь, в следующий раз вы даже не сможете разглядеть карту.
Мы понимаем, что WikiHouse — это очень маленький ответ,
но пусть он и маленький, он отвечает на огромный вопрос,
который заключается в том, что самые быстрорастущие города сегодня, —
это не города с небоскрёбами.
Это города «сделай-сам» в том или ином виде.
Если мы говорим о городе 21-го века,
вот те люди, которые будут его строить.
Нравится вам это или нет, присоединяйтесь к самой большой команде дизайнеров в мире.
Если мы серьёзно относимся к таким проблемам,
как изменение климата, урбанизация и здравоохранение,
мы знаем, что существующие модели не могут их решить.
Как сказал Роберт Нойвирт, нет такого банка,
корпорации, правительства или некоммерческой организации,
которая сможет справиться с проблемами,
если мы относимся к жителю только как к потребителю.
Было бы удивительно, если бы коллективно
мы могли решить не только проблемы
структуры, над чем мы сейчас работаем,
но и проблемы инфраструктуры, такие как кондиционеры, работающие от солнечной энергии,
автономная энергетика, автономная санитария —
дешёвые, доступные, эффективные решения
которыми каждый с лёгкостью может воспользоваться
и предоставить в общий доступ,
где они будут принадлежать каждому и будут доступны каждому.
Что-то вроде Wikipedia для материалов?
Если что-то появится в общем доступе,
оно всегда будет там.
Как это изменит правила?
Я думаю, технологии на нашей стороне.
Если великим проектом 20-го века
была демократизация потребления —
речь идёт о таких марках как Henry Ford, Levittown, Coca-Cola, IKEА —
мне кажется, великим проектом 21-го века
будет демократизация производства.
Для архитектуры городов
это крайне важно.
Спасибо большое.
(Аплодисменты)