- Привет, Хэл!
- Джон, рад тебя видеть.
- Как дела?
Тоже рад тебя видеть.
Джон, у нас серьезная проблема.
В атмосфере слишком много углекислого газа.
Надо прекратить выбросы углекислого газа,
к 2050 году свести их к нулю.
К 2030 году мы должны быть уже на полпути к этому.
Где мы сейчас?
- Как ты знаешь, ежегодно мы выбрасываем 55 миллиардов тонн
углекислого газа в нашу драгоценную атмосферу,
будто это какая-то бесплатная и открытая сточная труба.
Чтобы к 2030 году быть на полпути к нулю,
мы должны снижать годовые выбросы
примерно на 10% в год.
Но никогда, за всю историю планеты
мы ни разу не снижали эти выбросы.
Давай разбираться.
75% всех выбросов идут от 20 стран,
крупнейших источников загрязнения.
Виной тому четыре сектора экономики.
Первый - энергосети.
Второй - транспорт.
Третий - здания,
и четвертый - промышленность.
Нам надо быстро и активно что-то предпринимать.
- Сегодня электричество дешевле вырабатывать
с помощью чистых, нежели грязных источников энергии,
получать электричество.
И что нам это даст,
я хочу сказать, что можно обезуглеродить энергосети,
а затем использовать чистое электричество
для другой экономической деятельности.
Электромобиль, например,
заряжается чистой энергией, значит, это чистый транспорт.
Дом, питающийся от чистой энергосети,
это чистый дом, и так далее.
Короче говоря, смысл в том, чтобы
декарбонизовать энергосети и все электрифицировать.
Ввиду резкого удешевления экологически чистой энергии,
все это можно осуществить намного быстрее.
Солнечная энергия упала в цене на 80%
за последние десять лет, а ветреная вполовину.
Суть в том, что
у нас есть технологии, чтобы запустить этот процесс.
Сегодняшние условия требуют, чтобы мы прекратили
производство загрязняющих окружающую среду автомобилей.
Прекратили производство двигателей внутреннего сгорания,
строительство холодных домов и загрязняющих фабрик.
Потому что все это мешает нам
в обезуглероживании всей экономики.
- Мне кажется, Хэл, что главный вопрос в том,
есть ли у нас технология, которая поможет нам
заменить углеводородное топливо?
И мой ответ: нет.
Я думаю, мы процентов на 70
или 80 к ней приблизились.
Нам, например, срочно нужен прорыв в области аккумуляторов.
Они должны быть более энергоемкими.
Должны быть более безопасными и быстрее заряжаться.
Они должны занимать меньше места и меньше весить,
а самое главное, стать дешевле.
То есть нам нужны новые химические структуры,
которые не зависят от скудных запасов кобальта.
И нам надо будет много таких аккумуляторов.
Нам позарез нужно проводить больше исследований
в области экологически чистой энергии.
США инвестируют около 2,5 млрд долларов в год.
А знаешь, сколько американцы тратят денег на чипсы?
- Нет.
- Ответ: 4 млрд долларов.
И что ты об этом думаешь?
- Черти что творится.
Но все это, как мне кажется, сходится воедино
в сфере политики.
Нам нужно резко ускориться, по вашим словам.
Ускориться с исследованиями,
но также ускориться и с освоением.
Освоение - это инновация,
потому что освоение снижает цены.
Правильная политика сможет все изменить,
и это уже произошло в электроэнергетическом секторе.
Регуляторы рынка электроэнергии всегда требовали
более чистых источников энергии.
Больше возобновляемых, меньше угольных, меньше газовых.
И это работает.
И работает превосходно.
Но этого недостаточно.
Правительство Германии признало, что возможно
снизить цены на чистую энергию.
И они уже начали соответствующую работу.
Они согласились платить больше
на ранних этапах развития солнечной энергии,
предполагая дальнейшее снижение цены.
Они подали сигнал спроса.
- Ага.
- Используя политику.
Китайцы подали сигнал предложения,
также используя политику.
Они решили, что солнце станет стратегической частью
их будущей экономики.
То есть у нас есть неписанное соглашение
между двумя странами.
Одна много покупает, другая много производит,
что поможет снизить цену на 80%.
Нам следует сделать то же самое еще с 10 технологиями
по всему миру.
Нам нужна политика - волшебный соус, чтобы
пройтись по этим четырем секторам в крупнейших странах,
во всех странах.
И что меня воодушевляет, так это то, что для этого
нужны люди, которым небезразлично глобальное потепление,
а такими должны быть все.
Эти люди должны направить свою энергию на
создание хорошей политики,
во главе которой должны стоять хорошие руководители.
Если ты не знаешь, кто в мире политики
решает относительно обезуглероживания энергосетей
или производства электромобилей,
то ты на самом деле вне игры.
- Я хочу рассказать тебе другую историю про политику,
но больше даже про планирование.
Сегодня в Шэнчьжэне проживает 15 млн человек.
Современный китайский город.
И они решили,
что надо пересесть на электробусы.
И потребовали, чтобы все автобусы были электрическими.
На деле, они потребовали, чтобы стоянки были
оборудованы зарядными устройствами.
И сегодня в Шэньчжене 18000 электробусов.
Там 21000 электротакси.
И это благо не свалилось с неба.
Это результат продуманного, прописанного, пятилетнего плана,
а не просто какого-то предвыборного обещания.
Исполнение или неисполнение этих планов -
вот как выдвигались или увольнялись мэры.
Так что все было очень серьезно.
Это связано с углекислым газом,
связано со здоровьем, рабочими местами,
и с экономической мощью в целом.
Суть в том, что сегодня в
Китае 420000 электробусов.
В Америке меньше 1000.
Так что мне кажется, вопрос в том,
есть ли у мира план на пять лет?
Или план на 10 лет?
Я бы сказал, что у нас есть цели,
но нет никакого плана.
Что нам нужно, так это
пара десятков четких политических кампаний,
потрясающие предприниматели с профессиональными командами,
с хорошим финансированием и целеустремленностью,
с ощутимыми задачами и ключевыми результатами,
которые смогут решить эту проблему в 20 крупнейших странах.
Тогда все могло бы получиться.
А ты как думаешь?
Думаешь, у нас получится?
- Я оптимист, Джон.
Я знаю, что это возможно.
Я видел, как страны решались на что-то важное
и воплощали задумку в жизнь.
Вспомни об электрификации сельской местности в Америке
или строительстве дорожной сети между штатами.
Эти огромные проекты изменили нашу страну.
Что мы сделали, готовясь ко Второй мировой войне,
мы построили 300000 самолетов за четыре года.
Так что если мы что-то решим,
или немцы, или китайцы, или индусы
решат что-то, или другие страны,
они этого добьются.
Но если мы так и будем ходить вокруг да около,
то ничего у нас не выйдет.
Как думаешь?
Ты оптимист?
- Я скажу так: возможно, я и не оптимист,
но я полон надежды.
Я, правда, считаю, что главный вопрос здесь в том,
сможем ли мы сделать то, что должны?
Быстро и масштабно.
Хорошая новость в том, что сейчас дешевле
спасти планету, чем разрушить ее.
Плохая новость: у нас катастрофически мало времени.