Когда-то был каменный век, затем бронзовый век,
а сейчас мы живём в середине пластиковой эпохи.
Потому что ежегодно мы производим 300 миллионов тонн пластика,
часть которого попадает в реки, водные пути и затем в океаны.
Если сегодня вы захотите съесть печенье, вам придётся купить его
в пластиковой обёртке, на пластиковом лотке,
в картонной коробке, покрытой пластиковой плёнкой
и в пластиковом пакете.
Это не опасное отработанное ядерное топливо — это печенье.
А вот это я. Я люблю дайвинг.
Давайте просто посмотрим на мои фото во время каникул.
Это девственные Азорские острова,
и вот как выглядят их пляжи, усыпанные обломками пластика.
Под воздействием солнца и волн на протяжении многих лет
мусор распадается на мелкие кусочки, но остаётся пластиком.
И весьма интересно,
что здесь почти нет красного пластика, потому что он больше похож на еду
с точки зрения птиц, чем пластик других цветов.
Вот такой результат.
И этот мусор в основном скапливается в этих пяти круговых течениях,
называемых водоворотами, которые не только прямо убивают морскую жизнь,
но и через поглощение ПХД и ДДТ отравляют всю пищевую цепочку.
А пищевая цепочка включает и нас, людей.
Во время погружений в Греции я чаще встречал пластиковые пакеты, чем рыб,
а ошеломлённый этими депрессивными видами мой напарник из Шотландии
поворачивался ко мне и говорил:
«Здесь много медуз, я видел около тысячи».
Но там не было ни одной медузы.
Я не собираюсь говорить о защите окружающей среды в общем смысле.
Думаю, для большинства это что-то далёкое, о чём будут беспокоиться наши дети.
Ну привет, а вот и я!
Почему бы нам просто всё не вычистить?
Есть много причин, почему сейчас исследователи загрязнений пластиком
уверены, что надо сосредоточиться скорее на профилактике,
например, через просвещение, а не пытаться очистить всё.
Ведь нам придётся иметь дело с пятью колоссальными вращающимися зонами
пластика разных размеров — от громадных сетей до молекул, —
который нужно выделить и собрать.
Более того, придётся вернуть весь пластик обратно на сушу.
Это должно быть финансово осуществимо,
а общее количество пластика в мусорных водоворотах даже неизвестно.
Но год назад на пути к парикмахеру —
должен заметить, что бываю там редко, —
меня вдруг осенило.
Я увидел, как пожилой человек выбрасывал мусор в воду, и осознал,
что некоторые люди так никогда и не научатся, ведь так?
Нам придётся объединять оба направления, и они нам понадобятся очень скоро.
Тогда я просто принял эти проблемы как вызов,
и фактически через неделю это стало моим школьным проектом.
У меня появился шанс поработать много времени
над этим проектом вместе со своим другом.
И это дало мне отличную возможность сделать новое
и фундаментальное исследование по теме пластикового загрязнения.
Тогда я поехал на каникулы в Грецию, взяв с собой этот трал в форме ската,
которые часто используют для сбора пластика,
и мне пришлось оставить дома всю одежду,
потому что я летел лоукостером с ограничением по весу багажа.
Кстати, трал, который мы сделали, был в 15 раз тоньше обычного.
И оказалось, что объём мелких частиц фактически в 40 раз больше,
чем объём крупных частей, поэтому необходимо убрать мелкий пластик.
Но при этом мы не хотели забирать из воды полезный планктон.
К счастью, его можно легко отделять, используя силы центрифуги.
Однако никто не знал, при какой силе гравитации зоо-планктон может выжить.
Мы снова бросали трал, но без лодки,
и выяснили, что планктон выживает при силе гравитации более 50 G,
а это даже больше, чем нужно для успешного разделения.
Затем, чтобы узнать, насколько глубоко надо чистить поверхность океана,
мы спроектировали и построили то, что я называю многоуровневый трал.
По сути, мы поставили 10 тралов один на другой.
Здесь вы видите, как мы испытываем этот трал в Северном море.
Для меня это был отличный день — одного меня не укачало, —
но идеально работающий трал сломался.
Разумеется, мы на этом не остановились, потому что я уверен,
что нельзя очистить от чего-то, чей объём вам неизвестен.
Я слышал приблизительные оценки от нескольких сотен тысяч тонн
до сотен миллионов тонн.
Я знал, что нам необходимы более точные оценки, то есть научные данные.
Тогда я просто обратился к нескольким профессорам из университетов
Делфта, Утрехта и Гавайев, и они действительно помогли нам определить,
сколько пластика находится в верхних слоях водоворотов мусора.
В результате оказалось, что там чудовищные 7,25 миллионов тонн
пластика, подлежащего вылову к 2020 году.
По весу это равно 1 000 Эйфелевых башен, плавающих в этих водоворотах.
Исследователь и первооткрыватель
«Большого тихоокеанского мусорного пятна» Чарльз Мур
считает, что на его ликвидацию потребуется 79 000 лет.
Однако я уверен, что «Большое тихоокеанское мусорное пятно»
может полностью очиститься само всего лишь за пять лет.
Налицо разница в 78 995 лет.
Конечно, привычная идея отделения мусора —
когда у вас есть судно и сеть для вылова пластика.
Конечно, можно использовать много судов, чтобы охватить большую площадь,
но с помощью распределения плавучих бонов между ними
можно охватить гораздо большую область,
потому что суть этого мероприятия — не выловить мусор, а отодвинуть его.
Поскольку ячеек не будет, мы сможем выбрать даже мельчайшие частички,
а так как все организмы могут просто передвинуться под плавучие боны,
мы сумеем таким образом сократить ненужный улов на 99,98%.
Но если мы хотим действовать по-новому,
не должны ли мы и думать по-новому?
Например, тогда поглощение ПХБ пластиком —
это не так уж и плохо, это положительное явление.
Выловить весь пластик — это значит одновременно изъять тонны и тонны
устойчивого органического загрязнителя из экосистемы моря.
Но как тогда снизить экологические, финансовые и транспортные расходы?
Давайте использовать нашего врага для нашей же выгоды, согласны?
Океанские течения циркулируют, но это не препятствие, а решение.
Зачем двигаться сквозь океаны, если океаны могут двигаться сквозь вас?
Установить «корабли» на морском дне и позволить течениям делать свою работу —
значит сохранить огромное количество ресурсов, усилий и снизить объёмы.
Эти платформы, конечно, будут работать на полном самообеспечении,
вырабатывая энергию от солнца, течений и волн.
После успешных погружений на Азорских островах
я считаю наилучшей для этих платформ форму ската манта.
Качаясь на волнах подобно живому скату,
мы можем плотно соприкасаться с морской поверхностью
даже в самую суровую погоду.
Только представьте себе зигзаг из 24 таких платформ,
очищающий целый океан.
Давайте сравним.
Вот пляжи Гонг Конга ранее в этом году — величайший выброс пластика в истории.
А вот и его объём, всего лишь шесть контейнеров.
Как много нам нужно вылавливать?
Свыше 55 таких контейнеров каждый день!
Но пластик виноват и в повреждении судов на более чем миллиард долларов в год,
а сюрпризом для меня оказалось и то, что на продаже пластика,
добытого из этих пяти водоворотов, мы заработаем более 500 млн долларов.
Фактически это больше, чем затраты на реализацию всего плана.
Другими словами — это выгодно.
Но я уверен, что главное в этом то,
что только если мы осознаем, что перемены важнее денег, тогда придут и деньги.
Да, это будет одна из крупнейших операций по спасению природы,
но ведь это же наша вина.
Ведь сначала мы изобрели этот материал, потом уже была катастрофа.
Поэтому, пожалуйста, не говорите мне, что мы не сможем все вместе прибраться.
Спасибо вам большое.
(Аплодисменты)