Я бы хотел, чтобы вы на минутку
подумали об игре в «Монополию»,
с той разницей, что в этой игре те сочетания
умений, таланта и удачи,
которые помогают вам преуспеть в игре, как и в жизни,
не имеют никакого значения,
ведь всё было подстроено
и вы взяли вверх нечестным путём.
У вас больше денег,
больше возможностей продвигаться по полю,
больше доступа к ресурсам.
И когда вы думаете о таком опыте,
я хочу, чтобы вы спросили себя:
как тот факт, что вы являетесь
привилегированным игроком в подстроенной игре,
может изменить ваше отношение
к себе и к другому игроку?
В университете Беркли мы проводим курс,
чтобы точно изучить этот вопрос.
Мы привели более 100 пар
незнакомых людей в лабораторию
и подбросили монетку,
чтобы случайным образом выбрать,
кто из игроков будет богатым в этой подстроенной игре.
Они получили в два раза больше денег.
Когда они проходили вперёд,
они накапливали в два раза больше денег
и бросали кости дважды, вместо одного раза,
таким образом они передвигались по полю намного быстрее.
(Смех)
В течение 15 минут
мы следили за тем, что происходит, через скрытые камеры.
А сейчас я хочу в первый раз
показать вам кое-что из того, что мы наблюдали.
Приношу извинения за качество звука
в некоторых случаях, потому что, повторюсь, это снято скрытой камерой.
Поэтому мы предоставили вам субтитры.
Богач: Как много у тебя было купюр по 500?
Бедняк: Всего лишь одна.
Богач: Ты серьёзно? Бедняк: Да.
Богач: У меня три. (Смех)
Не знаю, почему мне дали так много денег.
Пол Пифф: Игроки быстро поняли,
что что-то не так.
У кого-то явно было намного больше денег,
чем у другого человека, и всё же
по ходу того, как игра разворачивалась,
мы заметили очень заметные
и довольно впечатляющие различия
между двумя игроками.
Богатый игрок
начал передвигаться по полю громче,
буквально стуча по полю фишкой
с каждым последующим ходом.
Мы замечали больше признаков доминирования
и невербальных знаков,
показывающих силу
и удовлетворение богатых игроков.
У нас была тарелка с крендельками, расположенная по другую сторону.
Она расположена вон там в верхнем правом углу.
Это позволяло нам наблюдать за потребительским поведением участников.
Мы просто записывали, как много крендельков съедали участники.
Богач: Эти крендельки здесь специально?
Бедняк: Я не знаю.
ПП: Понятно, что они что-то затеяли.
Им интересно, для чего там стоит
тарелка с крендельками.
Один даже спросил, как вы только что видели,
является ли эта тарелка крендельков какой-то хитростью.
И всё же, несмотря на это, сила ситуации
кажется неизбежно доминирующей,
и эти богачи начинают есть больше крендельков.
Богач: Я люблю крендельки.
(Смех)
ПП: По ходу игры начал проявляться
один очень интересный и драматичный шаблон поведения,
который мы заметили, —
богатые игроки начинали
становиться более грубыми по отношению к другим людям,
всё менее и менее чувствительными к положению
бедных игроков.
Они всё более и более демонстрировали
свой материальный успех,
скорее всего, чтобы показать, насколько хорошо у них идут дела.
Богач: У меня есть деньги на всё.
Бедняк: Как много?
Богач: Ты должен мне 24 доллара.
Скоро ты потеряешь все свои деньги.
Я покупаю. У меня так много денег.
У меня так много денег, что мне их хватит на всю жизнь.
Богач №2: Я выкуплю всё на этом поле.
Богач: У тебя скоро закончатся деньги.
Я практически неприкасаем.
ПП: Вот что, по моему мнению,
было действительно очень интересно —
через 15 минут
мы попросили игроков рассказать о своём опыте в течении игры.
Когда богатые игроки говорили о том,
почему они без сомнений выиграли
в этой подстроенной игре «Монополии»,
(Смех)
они говорили о том, что они сделали,
чтобы купить собственность
и заработать успех в этой игре.
Они были намного менее склонны
видеть другие моменты ситуации,
в том числе и тот факт,
что у них было больше шансов с самого начала,
что и поставило их в привилегированное положение.
И это действительно невероятное заключение
о том, как наш мозг понимает преимущество.
Игру можно использовать
в качестве метафоры для понимания общества
и его иерархической структуры, где некоторым людям
достаётся много благ и высокий статус,
а кому-то — нет.
У некоторых намного меньше благ и ниже статус
и намного меньше доступа к ценным ресурсам.
Мы с коллегами последние семь лет
занимаемся изучением этих иерархий.
В результате десятков исследований
при участии тысяч участников по всей стране мы обнаружили,
что как только повышается уровень благосостояния человека,
уровни сострадания и сопереживания понижаются,
чувство права на что-либо, жажда заслуг
и идеология личной выгоды тоже увеличиваются.
В опросах мы обнаружили,
что именно более состоятельные люди
оправдывают жадность
и что погоня за личной выгодой
благоприятна и нравственна.
Сегодня я хочу поговорить
о некоторых последствиях идеологии личной выгоды,
поговорить о том, почему мы должны обращать на это внимание.
Напоследок я расскажу, что можно предпринять.
Первичные исследования в этой области рассматривали
поведение по оказанию помощи,
то, что социальные психологи называют
«просоциальное поведение».
Нам было интересно, кто скорее всего
окажет помощь другому человеку:
богатый или бедный.
В одном из исследований мы привели богатых и бедных
участников эксперимента в лабораторию
и дали каждому по 10 долларов.
Мы сказали участникам,
что они могут оставить эти 10 долларов себе,
или же, если они захотят,
они могут поделиться частью
с абсолютно анонимным незнакомцем.
Они никогда не встретятся с этим незнакомцем.
Мы наблюдали за тем, насколько много люди отдавали.
Люди, которые зарабатывали 25 тысяч
или меньше 15 тысяч долларов в год,
жертвовали на 44% больше денег
незнакомцу,
чем те, которые зарабатывали 150 тысяч
или 200 тысяч долларов в год.
У нас были люди, которые играли в игры,
чтобы понять, кто вероятнее всего будет жульничать,
для увеличения своих шансов выигрыша.
В одной из игр мы настроили компьютер так,
чтобы брошенная кость не давала
определённое число.
Было невозможно набрать больше 12 баллов в этой игре,
и при этом чем богаче был игрок,
тем больше он был склонен жульничать,
чтобы заработать баллы для денежного приза в 50 долларов.
Иногда склонность была в 3-4 раза больше.
Мы провели другое исследование, чтобы проверить,
будут ли люди склонны взять конфету
из банки, предназначенной для детей,
о чём мы специально им сообщили.
(Смех)
Я не шучу.
Я знаю, это звучит так, будто я рассказываю анекдот.
Мы ясно дали понять участникам, что банка конфет
предназначена для детей, принимающих участие
в лаборатории развития неподалёку.
Они сейчас в лаборатории. Это для них.
И мы просто наблюдали за тем, сколько конфет взяли участники.
Участники, которые чувствовали себя богатыми,
брали в два раза больше конфет,
чем те, которые чувствовали себя бедными.
Мы даже исследовали машины,
не просто какие-то машины,
а то, будут ли водители разных марок машин
более или менее склонны нарушить правила.
В одном из исследований мы наблюдали,
будут ли водители останавливаться перед пешеходным переходом,
чтобы дать перейти пешеходу в ожидании.
В Калифорнии, как вы знаете, —
но я уверен, мы все грешны —
по закону надо останавливаться, чтобы пешеход мог перейти улицу.
Я приведу пример эксперимента.
Наш актёр слева —
«пешеход».
Он подходит к переходу, красная машина останавливается.
И тут, как обычно это бывает в Калифорнии, его обгоняет
автобус, который чуть не сбивает нашего пешехода.
(Смех)
Вот пример более дорогой машины, —
Тойота Приус не останавливается,
чего не делает и БМВ.
Мы проводили эти исследования для сотен машин
в течении нескольких дней,
просто отслеживая, кто остановится, а кто нет.
Мы обнаружили,
что чем машина дороже,
тем больше склонность водителя
нарушать закон.
Ни одна из машин
в категории наименее дорогих машин
не нарушила закон.
Около 50% машин
в категории наиболее дорогих автомобилей
нарушили закон.
Мы проводили исследования и обнаруживали,
что чем богаче человек, тем он более склонен врать в переговорах,
одобрять неэтичное поведение на работе,
воровать деньги из кассы,
брать взятки, врать покупателям.
Я не хочу сказать,
что только состоятельные люди
проявляют такие шаблоны поведения.
Совсем нет. Я думаю, что все мы
в нашей повседневной жизни
боремся с конкурирующими побуждениями,
когда поставить и поставить ли наши собственные интересы
выше интересов других людей.
И это понятно, потому что
«американская мечта» — это представление,
в котором у всех нас равные возможности
преуспевать и процветать,
пока мы будем прилагать усилия и усердно работать.
Но иногда это означает,
что вам нужно поставить свои интересы
выше интересов и благополучия окружающих.
И вот что мы обнаружили:
чем вы богаче, тем более вероятно, что вы будете
гнаться за мечтой личного успеха
и достижения
в ущерб окружающим.
Это график среднего дохода
каждой пятой семьи и семей с самым высоким доходом (5% населения)
в течении последних 20 лет.
В 1993 разница между
квантилями населения с точки зрения доходов
была довольно вопиющей.
Не сложно увидеть, что есть разница.
Но за последние 20 лет эта значительная разница
стала пропастью
между теми, кто находится на верхушке, и всем остальными.
Верхние 20% нашего населения
владеют около 90% общего богатства в этой стране.
Мы находимся на беспрецедентных уровнях
экономического неравенства.
Это значит, что благосостояние не только
всё более концентрируется в руках избранной группы лиц,
но и что «американская мечта» становится
всё более недостижимой
для большинства людей.
И если так и есть, насколько мы это проследили,
чем вы богаче,
тем больше вы чувствуете, что имеете право на это богатство,
Вы будете ставить на первый план собственные интересы,
а не интересы других людей,
будете хотеть делать то, что служит личной выгоде.
Сейчас нет причин думать,
что эти шаблоны изменятся.
Есть все основания полагать,
что они только ухудшатся,
и вот как это будет выглядеть через 20 лет,
если ничего не изменится и будет развиваться с той же скоростью.
Мы все должны быть обеспокоены по поводу неравенства,
экономического неравенства,
и не просто из-за тех, кто находится на дне
социальной иерархии,
но из-за того, что люди и группы
с большим уровнем экономического неравенства ухудшают состояние общества,
не только люди на дне, но все.
Существует много очень убедительных исследований,
которые проводятся в ведущих лабораториях по всему миру,
отображающие ряд случаев,
опровергающих
увеличивающийся уровень социального неравенства.
Социальная мобильность, дорогие нам вещи и люди,
физическое здоровье, социальное доверие —
всё это ухудшается, когда уровень неравенства возрастает.
Похожим образом
в социальных группах и обществах
такие аспекты, как ожирение, насилие,
лишение свободы, наказание,
усугубляются, когда экономическое неравенство возрастает.
Опять же, эти результаты выявлены
не у некоторых избранных,
а у всех слоёв общества.
Даже люди на самом верху ощущают эти последствия.
Так что же можно сделать?
Этот каскад самовоспроизводящихся
пагубных негативных воздействий
может показаться неконтролируемым;
мы ничего не можем с этим поделать.
Конечно, как отдельные личности мы ничего не можем сделать.
Но мы обнаружили
в нашем лабораторном исследовании,
что маленькие психологические вмешательства,
маленькие изменения человеческих ценностей,
маленькие подталкивания в определённых направлениях
могут восстановить уровни эгалитаризма и сопереживания.
Например, напоминая людям
о преимуществах сотрудничества
или о преимуществах сообщества,
мы заставим богатых людей больше ценить равенство,
как это делают бедные люди.
В одном исследовании мы показали людям короткое видео
длиной в 46 секунд о детской бедности,
которое послужило напоминанием о нуждах других
в мире вокруг.
После просмотра видео
мы проверили, сколько было желающих
предложить своё время незнакомцу,
который был в бедственном положении.
Через час после просмотра видео
богатые люди становились такими же щедрыми
в предоставлении своего времени для помощи другому человеку,
незнакомцу или бедняку.
Из этого можно сделать вывод, что эти различия
не врождённые или категориальные;
они поддаются
небольшим изменениям в человеческих ценностях,
вызывая маленькие проявления
сострадания и эмпатии.
За пределами нашей лаборатории
мы даже начали замечать признаки изменения в обществе.
Билл Гейтс, один из самых богатых людей,
в своей вступительной речи в Гарварде
говорил о проблемах, с которыми сталкивается общество,
о проблеме неравенства, решить которую — самая сложная задача.
Он говорил о том, что нужно сделать, чтобы побороть её,
и сказал: «Величайший прогресс человечества
заключается не в его открытиях,
а в том, как эти открытия применяются,
чтобы сократить неравенство».
На филантропическую кампанию «Клятва дарения»
подписались более чем 100
самых богатых людей мира.
Они отдают половину своих благ на благотворительность.
Возникают
десятки похожих движений,
таких как «Нас один процент»,
«Ресурсное поколение»
или «Богатство общего блага»,
в которых состоят наиболее привилегированные
представители населения,
представители одного процента населения,
очень богатые люди.
Они используют собственные экономические ресурсы —
причём как взрослые, так и подростки, что невероятно меня поражает, —
используют собственные привилегии,
собственные экономические ресурсы,
чтобы бороться с неравенством,
выступая за улучшение социальной политики,
изменения в социальных ценностях,
изменения в поведении людей.
Они идут против собственных экономических интересов,
но это может в конце концов помочь восстановить «американскую мечту».
Спасибо.
(Аплодисменты)