Мой дядя Эдди не похож ни на одного другого человека.
Он вырос в Орегоне и выглядит как лесоруб:
высокий, мускулистый, с бородой и во фланелевой рубашке.
Но я всегда завидовала тому, что у него есть свой стиль:
крупные кольца, серьги и потрясающие ожерелья.
Он часто делает мне макияж трансвестита с блестящими накладными ресницами,
приносит мне блестящие украшения
и даёт мне боа из перьев и ослепительные наряды.
Мы часами вместе оттачиваем мастерство плавания по обучающим видео Эстер Уильямс
и мастерство пения и танцев по видео Джуди Гарленд.
Когда я была маленькой, я думала, что дядя Эдди был самым мужественным из мужчин.
Я не понимала,
почему Эдди самозабвенно занимается со мной такими вещами,
тогда как три моих старших брата совсем не желали в этом участвовать.
(Смех)
Сейчас я понимаю, что мои братья просто не могли выйти за рамки
общепринятых норм мужественности,
а дядя Эдди уже пересёк все эти границы.
Теперь я довольно типичная 15-летняя девушка,
я люблю моду, слишком много болтаю по телефону
и просмотрела все серии «Сплетницы».
Но я также шумная, напористая, властная. Мне нравится математика, я ужасно готовлю.
Как и у всех людей, у меня есть как мужские, так и женские качества.
Мы можем смириться с женщиной, обладающей мужскими качествами,
но нельзя сказать то же самое о мужчинах и женственности.
Общепринято, что мужественность —
нечто отдельное от женственности и противоположное ей.
Таким образом, мужественность и женственность определяют друг друга,
без учёта их индивидуальных качеств.
В 1991 году психолог Моника Бирнат обнаружила, что дети
изначально не считают мужественность и женственность противоположностями,
хотя по мере взросления их точка зрения становится всё более противоречивой.
Идея о том, что мужчины и женщины действуют как антиподы
и им присущи определённые признаки, — полностью приобретённая.
Мы приняли, что эти признаки связаны либо с мужчинами, либо с женщинами,
хотя признаки и качества, принадлежащие женщине,
также легко могут встречаться у мужчины, например у моего дядя Эдди.
Когда один из моих братьев был подростком, у него был любимый Могучий Рейнджер,
розовый Могучий Рейнджер.
Он был его фанатом и хотел бы носить только такое обмундирование.
Он не считал розового Могучего Рейнджера женственным, ему просто нравился цвет.
Теперь он ужасно смущается, когда мы напоминаем о его тесной связи
с чем-то столь женственным.
Такая идентификация — это сознательно выбранная модель поведения
в рамках наших социальных норм и границ.
Мужественность и женственность формируются социо-культурными ожиданиями,
а не биологическими различиями.
Мы поэкспериментировали с женственностью и можем принять
большое разнообразие личностных качеств вне норм у женщин.
Мы носим брюки, занимаемся спортом, голосуем
и выполняем ту же работу, что и мужчины, и остаёмся женщинами.
Но такое принятие и гибкость не относятся к мужчинам и мужественности,
и до сих пор от мужчин часто ожидают соответствия невероятным стереотипам.
Наши идеальные представления о мужественности позволяют мужчинам
доминировать над женщинами и людьми с иной генедерной ориентацией.
Это социальное доминирование называют гегемонной маскулинностью.
Гегемонная маскулинность даёт мужчине привилегии,
создавая идею превосходства и понуждая к доминированию
над тем, что считается слабостями в других людях.
Эта идея превосходства иногда приводит к насилию,
такому как изнасилование и мизогиния,
поскольку мужчина, сверхкомпенсируя свою мужественность,
пытается доказать, что он не робкий, не трус или, хуже всего, не женщина.
Главнейшая составляющая гегемонной маскулинности — гетеросексуальность.
Поэтому мужчины могут использовать сексуальность и гомофобию
как основание для «лишения» другого мужчины его мужественности.
Заявление, что кто-то является геем, больше не касается
вопроса о его сексуальности,
это скорее синоним тупого, глупого человека, или просто «не мужика».
Гегемонная маскулинность приводит ко множеству проблем в нашем обществе,
хотя самое важное её последствие — это ограничение нашего потенциала.
Идея о том, что существует только один тип мужественности,
запирает мужчин в рамки этих ожиданий и отстраняет их от женщин.
Мы допускаем двойственность, или двойные стандарты, и даже понуждаем к ним.
Мужчины-лидеры — сильные, властные и решительные,
а женщину в таком же положении будут считать стервой.
Мы стыдим раскрепощённых девушек, но восхищаемся распутным мужчиной.
Гегемонная маскулинность порождает идею, что мужчины — высшие существа,
вызывая проблемы с самооценкой у женщин.
Фразы вроде «Не будь девчонкой!»
используют, чтобы описать негодное действие,
заявляя, что всё, что делают девочки, априори плохо из-за их гендера.
Когда дело касается гендера, тут я не на высоте.
Интересно, многие ли из нас чувствуют то же самое?
Сколькие из нас в современных обществах до сих пор не используют свой потенциал,
поскольку сомневаются в своей возможности быть равными?
Я играю на контрабасе,
поэтому обычно я единственная девушка в группе парней-контрабасистов.
В прошлом году в Молодёжном оркестре Линкольна
у нас было прослушивание для определения рассадки в оркестре,
и после оглашения результатов я заняла первое место.
Я должна была бы испытывать счастье и восторг и гордиться своим достижением,
но я чувствовала только панику.
После репетиции я села в мамину машину и сразу заревела.
Я была в ужасе, так как была уверена, что все юноши-контрабасисты
будут на меня злиться за то, что я стала первой.
Я думала, что не должна была превосходить их,
и продолжала преуменьшать свои способности.
Тогда я не могла объяснить, почему я чувствовала именно так,
хотя с тех пор поняла, что виной всему была гегемонная маскулинность.
Присущее ей социальное доминирование настолько укоренилось во мне,
что я считала, что девочка не имеет права демонстрировать своё превосходство.
Моё новое место в оркестре не сделало меня менее женственной,
хотя я всё еще была ограничена рамками своей идентичности
и тем, что, как я полагала, это значит.
Мы не роботы, соответствующие гендеру,
мы — сложные человеческие существа со множеством признаков,
которые не должны ограничиваться гендером.
Даже подсознательно нас волнует, что нас могут осудить
или высмеять за поступки, выходящие за рамки ожидаемой нормы.
Например, выступление девочки-подростка на TEDx по теме гегемонной маскулинности.
(Смех)
Разрушая стереотип о мужественности,
мы можем повысить степень приемлемости женственности.
Идентичности различаются в зависимости от культуры, региона, религии и убеждений.
Поэтому есть множество форм мужественности и женственности,
и мы можем начать воспринимать их все как некий спектр,
а не как два жёстких идеальных случая.
Я считаю своего дядю Эдди настоящим мужчиной,
и теперь я восхищаюсь его способностью преодолевать границы стереотипов.
Я родилась внутри границ
и до сих пор пытаюсь понять, кем я хочу быть в этом мире.
Я девочка, я ношу платья;
но очевидно, что у меня также есть и мужские качества.
Никто не может быть только на одной стороне.
Моя идентичность не предопределяется этикетом,
напористостью или ненавистью к высоким каблукам.
Поэтому я призываю вас не ограничивать себя
рамками только розового или голубого Могучего Рейнджера.
Спектр возможностей бесконечен.
(Аплодисменты)