Представьте себе, что вы живёте в маленькой деревне
и питаетесь в основном рыбой из местного пруда.
Вы пользуетесь прудом вместе с тремя деревенскими жителями.
Изначально в пруду дюжина рыб, и они размножаются.
От каждых двух рыб добавляется по одному мальку за ночь.
Чтобы вам максимально использовать ресурсы питания,
сколько рыб вы должны ловить в день?
Подумайте минутку.
Предположим, что мальки моментально вырастают до взрослых особей,
что вначале в пруду есть все рыбы,
а также проигнорируем половые различия у пойманных рыб.
Каков же ответ? — По одной в день, причём не только вы.
Оптимальный рацион питания односельчан —
это когда каждый житель ловит по одной рыбе в день.
Вот как это работает математически.
Если каждый житель села поймает по рыбе, в пруду останется восемь рыб на ночь.
Каждая пара рыб воспроизведёт по одному мальку,
на следующий день пруд опять пополнится до дюжины рыб.
Если кто-то выловит больше одной, число репродуктивных пар уменьшится
и поголовье пруда не восстановится до прежнего количества.
В конце концов рыба в пруду вымрет,
а жители деревни будут голодать.
Пруд с рыбой — всего лишь один пример классической задачи,
так называемой трагедии общинных владений или трагедии общин.
Феномен был впервые описан в притче
экономиста Уильяма Форстера Ллойда в 1833 году
в ходе обсуждения проблемы чрезмерного выпаса скота
на общих деревенских пастбищах.
Более ста лет спустя эколог Гарретт Хардин вернулся к данному понятию
при описании того, что происходит с индивидуумами
при совместном пользовании некого ограниченного ресурса,
например, пастбища,
рыболовных водоёмов,
жилища
и даже чистого воздуха.
Хардин полагал, что в подобных ситуациях кратковременный личный интерес
противостоит всеобщему благу,
и это плохо кончается для всех
и приводит к истощению пастбищ,
чрезмерному вылову рыбы,
перенаселённости,
загрязнению
и другим социальным и экологическим проблемам.
В основе трагедии общин находится тот факт,
что личную выгоду извлечёт индивидуум,
а негативные последствия наступят для куда бо́льшей группы людей.
Чтобы понять, что это означает, вернёмся к нашему пруду с рыбами.
Личная мотивация каждого рыбака —
поймать как можно больше рыбы для себя.
В то время как любое уменьшение в воспроизводстве рыбы
распространяется на всю деревню.
Не желая уступить соседу,
рыбак решит, что максимизирует личную выгоду, если поймает ещё рыбку
или две,
или три.
К сожалению, к такому же заключению придут и другие рыбаки,
в этом-то и трагедия общин.
Краткосрочная забота о своих интересах не выгодна другим в долгосрочном плане.
Этот упрощённый пример трагедии общинных владений
относится к более сложным системам реальной жизни.
Излишнее употребление антибиотиков привело к увеличению производительности скота
и лечению ими обычных заболеваний,
но также и к эволюции бактерий, противостоящих антибиотикам,
что является угрозой для всего населения Земли.
Электростанция на угле обеспечивает дешёвым электричеством потребителей
и приносит доход своим владельцам.
На местном уровне выгода кратковременна,
но выбросы от шахт и сжигания угля распространяются на всю атмосферу
и остаются там в течение тысяч лет.
Существует немало других примеров.
Мусор,
нехватка воды,
обезлесенье,
пробки на дорогах
и даже потребление воды в бутылках.
Но человеческая цивилизация доказала и свою созидательную способность.
Мы вступаем в общественные договоры,
заключаем коллективные соглашения,
выбираем правительства,
принимаем законы.
Всё это ради спасения коллективных «я» от собственных же личностных побуждений.
Это не легко, и у нас почти никогда не получается.
Но, столкнувшись с проблемами, люди показали, что способны их решить
и что они продолжат свои усилия, не забывая об уроках Хардина.
Из трагедии общин также следует и то,
что то, что хорошо для всех нас, хорошо и для каждого из нас.