Привет. Это мой сотовый телефон.
Сотовый телефон может изменить жизнь,
он даёт свободу.
Мобильным телефоном
можно снять на видео совершаемые в Сирии преступления против человечества.
С помощью мобильного телефона
можно оставить сообщение в Твиттере
и начать протест в Египте.
На него
можно записать песню, загрузить её на
SoundCloud и стать знаменитым.
Всё это стало возможным благодаря мобильному телефону.
1984 год. Я ещё ребёнок.
Живу в Берлине.
Давайте перенесёмся в Берлин 1984 года.
Смотрите,
сотни тысяч людей
поднялись на протест и потребовали перемен.
Это август 1989 года.
и представьте, что у каждого из тех,
кто участвовал в протесте,
был бы в кармане мобильный телефон.
У кого в зале есть с собой мобильник?
Поднимите его вверх.
Поднимите свои телефоны, поднимите!
Поднимите их вверх. Андроид, BlackBerry, ух ты.
Много. Сегодня почти у всех есть мобильный телефон.
Но сегодня я расскажу о себе и моём телефоне,
и о том, как он изменил мою жизнь.
А ещё я расскажу вот об этом.
Здесь 35 830 строк информации,
необработанных данных.
И почему у нас есть эта информация?
Потому что летом 2006 года
Европейская комиссия внесла на рассмотрение директиву.
Называется она «Директива о хранении данных».
Согласно этой директиве, каждая телефонная компания
и каждый Интернет провайдер любой части Европы
должны хранить целый ряд данных о своих пользователях.
Кто кому звонит? Кто кому шлёт письма по электронной почте?
Кто кому отправляет смс?
Где вы находитесь, когда пользуетесь мобильным телефоном?
Ваш мобильный оператор или интернет провайдер хранят
всю эту информацию о вас за последние 6 месяцев,
максимум за последние 2 года.
По всей Европе люди выступили против директивы, заявив:
«Нам это не нравится.
Не нужно нам это хранение информации.
Мы хотим самоопределения в эту цифровую эру,
и мы против того, чтобы мобильные операторы и интернет провайдеры
хранили о нас эту информацию».
Против были юристы, журналисты, священники,
все они заявили: «Мы против».
И как вы видите, 10 тысяч людей
вышло на улицы Берлина, требуя
«свободы, а не страха».
И некоторые даже говорили, что это станет Штази 2.0.
Штази — секретная полиция в ГДР.
Я задаюсь вопросом, а работает ли всё это?
Возможно ли действительно хранить всю эту информацию о нас?
Каждый телефонный звонок?
Я попросил своего оператора связи, Deutsche Telekom,
который на тот момент был самой крупной телефонной компанией в Германии,
любезно прислать мне
всю информацию, которая хранилась у них обо мне.
Я обратился к ним с просьбой один раз, второй,
но так и не получил существенного ответа, лишь «ля-ля-тополя»
Но я хочу владеть этой информацией,
как-никак вы ведёте протокол моей жизни.
Так что я решил подать на них в суд,
потому что я хотел получить эту информацию.
Но в Deutsche Telekom сказали:
«Нет, информацию эту мы Вам не предоставим».
В конце концов мы пришли к договору.
Я отзову иск,
а они взамен предоставят мне информацию, которую я прошу.
Как раз за это время
Федеральный конституционный суд Германии признал
внедрение данной директивы Евросоюза
в законодательство Германии неконституционным.
Мне прислали этот мерзкий
коричневый конверт с диском внутри.
И вот что было на диске.
35 800 строк информации.
Увидев всё это, я сказал: «Хорошо,
это огромный файл. Ладно».
Но вскоре я осознал,
что это моя жизнь.
Это шесть месяцев моей жизни,
всё в этом файле.
Настрой у меня был скептический, что же мне с этим со всем делать?
Из файла можно узнать, где я нахожусь в любой момент,
где я сплю ночью,
чем я занимаюсь.
Мне захотелось пролить свет на эту информацию.
Я захотел вынести её в массы.
Потому что я хочу, чтобы люди знали, что означает хранение информации.
Этим я и занялся вместе с Zeit Online и Open Data City.
Это наглядное представление моей жизни.
Изображение можно увеличить или уменьшить,
можно отмотать назад, а можно промотать вперед.
Можно проследить каждый мой шаг.
Даже видно, как я отправляюсь на поезде
из Франкфурта
в Кёльн, и сколько раз я пользуюсь телефоном во время поездки.
Вся эта информация хранится в файле.
Страшновато.
Но это информация не только обо мне.
Такая информация хранится о каждом из нас.
Сначала, ничего особенного, я звоню жене, она звонит мне,
мы беседуем пару раз.
Потом мне звонят друзья,
и они звонят друг другу.
А затем ты звонишь ей,
а она звонит ему, и образуется огромная
коммуникационная сеть.
Можно проследить, как люди в стране общаются друг с другом,
в какое время они звонят друг другу, когда они ложатся спать.
Все это можно отследить.
Можно распознать центры активности, определить лидера в группе.
Если у вас есть доступ к этой информации,
вы можете проследить, чем занимается общество.
С помощью этой информации
вы можете контролировать общество.
Такие методы сделают из нас подобие Китая или Ирана.
Это модель наблюдения за обществом,
потому что вам известно, кто с кем разговаривает,
кто кому посылает электронные сообщения. Все это возможно,
если у вас есть доступ к этой информации.
И в Европе данная информация хранится как минимум за последние 6 месяцев
и максимум за 2 года.
Как я сказал в начале,
представьте, что у каждого, кто вышел на улицы Берлина
осенью 1989 года,
был бы в кармане мобильный телефон.
И Штаси бы было известно, кто участвовал в протесте.
И если бы Штаси знала,
кто является лидером протеста,
сам простест мог бы и не состояться.
Возможно, Берлинская стена до сих пор бы стояла.
Возможно, не пал бы Железный занавес.
Сегодня государственные органы и компании
хотят сохранить о нас как можно больше информации,
не зависимо от того, находимся ли мы в Интернете или нет.
Они хотят следить за нашей жизнью,
и всё время хранить эту информацию.
Но самоопределение возможно и
в наш цифровой век.
Однако сегодня за него нужно бороться.
Боротся каждый день.
Поэтому когда вы придёте домой,
скажите своим друзьям,
что право на личную жизнь является ценностью 21-го века,
и что это право не устарело.
Когда вы разъедетесь по домам, скажите своим представителям,
что несмотря на то, что компании и государственные органы могут хранить
определённую информацию, они не обязаны это делать.
И если вы мне не верите,
спросите у своей телефонной компании, какую информацию они хранят о вас.
Так что когда в следующий раз вы воспользуетесь мобильным телефоном,
помните, что в цифровой век за право
на самоопределение необходимо бороться.
Спасибо.
(Аплодисменты)