Я вырос в штате Бихар — самом бедном штате Индии.
Я помню случай, мне было шесть лет;
я пришёл домой и обнаружил корзину
с вкуснейшими сладостями на нашем крыльце.
Мы с братом принялись за сладости,
и тут вернулся с работы отец.
Он был очень расстроен; я помню до сих пор, как он плакал,
забирая корзину с наполовину съеденными сладостями
из наших рук.
Позже я понял, что так расстроило моего отца.
Эти сладости были взяткой
от предпринимателя, который старался подкупить моего отца,
чтобы заполучить правительственный контракт.
Мой отец отвечал за строительство дорог в штате Бихар
и активно противостоял коррупции,
несмотря на получаемые угрозы.
Он был одинок в своей борьбе, потому что Бихар —
это ещё и самый коррумпированный штат Индии,
где чиновники занимались самообогащением,
вместо того, чтобы заботиться о бедных жителях штата,
не имевших даже возможности пожаловаться,
если их дети не получали ни питания, ни образования.
Я на себе испытал это,
когда путешествовал по отдалённым селениям, изучая бедность.
Однажды, переезжая из деревни в деревню,
я довёл себя до такой степени голода и усталости,
что чуть было не упал в обморок
в самую жару, под каким-то деревом.
В этот момент один из беднейших жителей деревни
пригласил меня в свою хижину и накормил.
Уже позже я понял, что это угощение
было двухдневным запасом еды для всей его семьи.
Это удивительное проявление щедрости
заставило меня изменить мои приоритеты и саму цель моей жизни.
Я решил вернуть сторицей.
Позже я получил работу во Всемирном Банке — организации,
созданной для борьбы с бедностью путем передачи финансовой помощи от богатых стран бедным.
В начале я работал в Уганде, проводя переговоры
с Министерством Финансов Уганды относительно реформ,
которые бы позволили им получить наши кредиты.
Но после того, как кредиты были получены,
я посетил Уганду и увидел там недавно построенные школы
без учителей и учебников,
новые больницы без лекарств
и бедняков, которым, как всегда, не было куда пожаловаться.
Всё как в Бихаре.
Бихар иллюстрирует главную проблему развития —
это вопиющая бедность в тисках коррупции.
1,3 миллиарда человек в мире
живут на 1,25 долларов в день. То, чем я занимался в Уганде, —
это традиционный подход к решению этой проблемы.
Этот подход существует с 1944 года,
когда победители Второй мировой войны, 500 отцов-основателей
и с ними одна мать-основательница,
собрались в американском городе Нью-Гемпшир,
чтобы разработать основы Бреттон-Вудской системы,
частью которой является Всемирный Банк.
Традиционный подход к развитию
состоял из трёх элементов. Первый — трансфер ресурсов
от богатых стран Севера
к бедным странам Юга,
сопровождавшийся инструкциями относительно необходимых реформ.
Второй — организации международного развития,
оcуществлявшие передачу фондов, практически не отчитывались о том,
что они финансируют и каких результатов добились.
Третий — участие развивающихся стран
ограничивалось узким кругом правительственных элит
и не распространялось на простых граждан,
которым в конечном счёте предназначалась помощь.
Сегодня каждая из этих составляющих меняется,
вследствие драматических перемен в мире.
Открытые знания, открытая помощь, открытое правительство —
вместе они являются тремя важными векторами,
трансформирующими международное развитие
и дающими надежду на решение проблем,
свидетелем которых я был в Уганде и Бихаре.
Первый вектор — это открытые знания.
Знаете, в наше время развивающиеся страны
не просто принимают готовые рецепты,
навязанные им США, Европой или Всемирным Банком, —
они получают надежду, вдохновение
и практические идеи
от успешно развивающихся стран Юга.
Они желают знать, как Китаю удалось вывести 500 миллионов своих граждан
из-за черты бедности всего за 30 лет;
как с помощью программы Опортунидадес
Мексика улучшила систему образования и питания для миллионов детей.
Это новая экосистема открытых информационных потоков,
передачи знаний не только от Севера к Югу, но и от Юга к Югу
и даже от Юга к Северу.
Например, мексиканская программа Опортунидадес сейчас служит моделью для Нью Йорка.
И поскольку трансферный процесс от Севера к Югу становится более открытым,
вслед за ним меняются международные организации,
управлявшие этим процессом.
Это второй вектор — открытая помощь.
Не так давно Всемирный Банк открыл доступ к своему банку данных,
обнародовав 8 тысяч экономических и социальных показателей,
собранных в 200 странах за 50 лет,
и объявил всемирный конкурс для создания
инновационных технологических решений с использованием этих данных.
Организации международного развития также
предоставляют общественности информацию о проектах, которые они финансируют.
Например, GeoMapping. Вот карта Кении,
на которой красными точками показаны школы, финансируемые международными донорами,
и чем темнее зелёный фон на карте,
тем больше в данном регионе детей, не имеющих доступ к школьному образованию.
Простой сравнительный анализ показывает, что доноры
не финансируют школы в регионах
с наибольшим количеством детей, не получающих образование.
Это вызывает новые вопросы. Направлена ли помощь на развитие
тех, кто в ней больше всего нуждается?
Всемирный Банк внёс в геоинформационную систему GeoMap
30 тысяч своих проектов в 143 странах,
и доноры теперь имеют доступ к общей платформе
для того, чтобы локализовать свои проекты.
Это огромный шаг к прозрачности
и подотчётности международной помощи.
Это подводит нас к третьему, на мой взгляд,
самому важному вектору перемен в развитии —
открытому управлению. Нынешние правительства становятся более открытыми,
в то время как граждане желают быть услышанными и ожидают от правительства отчёта.
От Арабской весны до антикоррупционного движения Анна Хазаре в Индии,
мобильные телефоны и социальные сети
служат не только как инструменты политического контроля,
но и контроля за развитием.
Служат ли правительства своим гражданам?
Например, несколько правительств в Африке
и Восточной Европе открывают гражданам доступ к информации о бюджете.
Но существует большая разница между бюджетом,
к которому общественности дан доступ, и воистину общедоступным бюджетом.
Это бюджет, открытый для публики. (Смех)
Как видите, он не общедоступен
и не понятен простому гражданину,
который интересуется тем, как правительство тратит государственные ресурсы.
Правительства используют новые методы решения этой проблемы,
пытаясь придать бюджету наглядную форму, более понятную
простым гражданам.
На этой карте Молдавии зелёным обозначены
районы с низкими затратами на содержание школ
и при этом хорошими образовательными результатами.
Красным цветом обозначены районы с противоположной тенденцией.
Инструменты, подобные этой карте, помогают превратить полки, ломящиеся от нечитабельных документов,
в общепонятную наглядную презентацию.
Замечательно, что эта открытость
даёт гражданам новые возможности
обратной связи и сотрудничества с правительством.
В Филиппинах ученики и их родители
могут отчитаться на вебсайте
Checkmyschool.org или с помощью смс о том,
есть ли в школе учителя и учебники,
и информировать о проблемах, сходных с теми, что я видел в Уганде и в Бихаре.
И правительство принимает ответные меры. Например,
когда на сайте появилось сообщение о том, что 800 школьников
рисковали остаться без занятий по причине ремонта,
остановленного из-за коррупции, Департамент Образования
Филиппин принял немедленные меры.
И самое прекрасное, что это ноу-хау
передаётся от одной страны Юга к другой: от Филиппин
к Индонезии, Кении, Молдавии и дальше.
В Дар-эс-Саламе, в Танзании, даже самые бедные общины
могли воспользоваться новыми технологиями,
чтобы выразить свои ожидания.
Вот как выглядела карта Тандале
в августе 2011. Но через несколько недель
студенты университета с помощью мобильных телефонов
и интернет-технологий, находящихся в открытом доступе, смогли составить детальный план
существующей инфраструктуры.
Замечательно, что простые граждане
использовали план, отметив на нём
неработающие водоколонки и медпункты, обозначенные
красными кругами, которые вы видите на экране.
В результате получилась наглядная картина,
выражающая мнение бедного населения.
В наши дни даже Бихар меняется к лучшему,
благодаря самоотверженным лидерам, превращающим местную власть
в открытый, близкий к населению и внимательный к бедным орган.
Но во многих частях света
правительства не желают ни большей открытости,
ни ответственности перед бедными, и это самое большое препятствие
для тех, кто хочет изменить систему.
Они одни в поле воины;
таким был мой отец и многие, многие другие.
И ключевая задача работы в целях развития —
помочь этим одиноким воинам взяться за руки,
чтобы вместе преодолеть препятствия.
Другой пример: на сегодня в Гане отважные реформаторы,
представители гражданского общества, парламента и правительства
создали коалицию, выступающую за прозрачные контракты
в нефтедобывающем секторе. На этой волне
члены парламента, поддерживающие реформы, взялись за расследование сомнительных контрактов.
Эти примеры дают новую надежду, новые решения проблем,
подобных тем, которые я видел в Уганде,
и с которыми мой отец боролся в Бихаре.
Два года назад, 8 апреля 2010, я позвонил отцу.
Была поздняя ночь и мой 80-летний отец
печатал 70-страничный доклад в защиту общественных интересов
в деле о коррупции в дорогостроении.
Хотя он не был юристом, он сам представлял дело на судебном заседании,
состоявшемся на следующий день. Он выиграл дело,
но в тот же вечер
он внезапно скончался.
Он боролся до конца, с возрастающей страстью,
с единственной целью победить коррупцию и бедность.
Недостаточно того, чтобы чиновники были честны —
простые граждане должны объединить усилия
и заставить прислушаться к себе.
Это стало отправными точками жизни моего отца,
и весь его жизненный путь
был отражением меняющейся картины развития.
Меня, в свою очередь, вдохновляют эти перемены. Меня радует то,
что Всемирный Банк работает
в новых направлениях, настолько не похожих
на то, что 20 лет назад я делал в Уганде.
Мы должны сделать решительный шаг в сторону открытого развития,
позволить знаниям распространяться в разных направлениях
и вдохновлять тех, кто работает на местах. Сделать международную помощь прозрачной,
подотчётной и эффективной. Сделать правительства открытыми
и дать гражданам возможность участвовать и влиять на власть.
Дать реформаторам место в правительстве.
Мы должны ускорить перемены.
И если у нас получится, мы увидим,
что голоса бедных будут наконец услышаны в Бихаре,
в Уганде и повсюду.
Мы увидим, что в школах для их детей
появятся учебники и учителя.
Мы увидим, что эти дети
получат реальные шансы вырваться из бедности.
Спасибо. (Аплодисменты)
(Аплодисменты)