Я вышел из автобуса
и, завернув за угол,
направился на запад на занятия по обучению шрифту Брайля.
Была зима 2009 года,
и я был слеп вот уже целый год.
Дела шли достаточно хорошо.
Благополучно добравшись до другой стороны дороги,
я повернул налево,
нажал на кнопку светофора
и стал ждать.
Как только раздался сигнал,
я спокойно перешёл дорогу.
Выйдя на тротуар,
я услышал скрежет металлического стула
по асфальту прямо перед собой.
Я знал, что на углу располагается кафе,
и перед ним выставлены столики,
поэтому я взял чуть левее,
чтобы пройти, держась ближе к тротуару.
Но скрежет снова повторился.
Я решил, что ошибся,
и снова шагнул вправо.
Сразу же раздался тот же скрежет.
Мне стало немного не по себе.
Я снова взял левее,
и опять этот скрежет стула,
мешающий мне пройти.
Я окончательно вышел из себя
и крикнул:
«Кто здесь, чёрт возьми? Что происходит?»
И только тогда сквозь собственный крик
я услышал какой-то знакомый шум.
Я быстро сообразил,
что это может быть.
Я протянул вперёд левую руку,
и пальцы тут же наткнулись на что-то пушистое.
Это оказалось ухо,
ухо собаки, скорее всего, золотистого ретривера.
Она была привязана к стулу,
пока хозяин пошёл внутрь за кофе.
Она очень старалась поприветствовать меня
или, возможно, хотела, чтобы я почесал ей за ухом.
А может, она предлагала свою помощь.
(Смех)
Вообще-то этот небольшой рассказ
о страхах и недоразумениях,
возникающих во время передвижения по городу
вслепую,
казалось бы, не обращая внимания на окружающую среду
и людей вокруг.
Давайте вернёмся в прошлое, чтобы я мог ввести вас в курс дела.
В 2008 году на день святого Патрика
я приехал в больницу
для удаления опухоли головного мозга.
Операция прошла успешно.
Но через два дня моё зрение начало ухудшаться.
А на третий день я ослеп.
Меня сразу же поразило невероятное чувство страха,
растерянности и уязвимости,
как было бы с любым в моей ситуации.
Как только я пришёл в себя,
я начал осознавать,
что всё не так уж плохо.
Я вспомнил о своём отце.
Он умер из-за осложнений
после операции на головном мозге.
Ему было 36. А мне тогда было 7.
Хотя у меня были все основания
опасаться того, что ждало впереди,
я понятия не имел, что должно произойти.
Я остался жив.
У моего сына всё ещё был отец.
В конце концов, я был не первым,
кто потерял зрение.
Я знал, что существуют различные системы,
методики и занятия,
чтобы научиться жить полной активной жизнью
без зрения.
Меня выписали из больницы несколько дней спустя.
Я покинул её, поставив перед собой задачу
поправиться и преуспеть на занятиях как можно быстрее,
начать приспосабливаться к новой жизни.
Через шесть месяцев я вернулся на работу.
Мои занятия шли полным ходом.
Я даже начал кататься на двухместном велосипеде
вместе со своими старыми приятелями.
А также самостоятельно добирался до работы,
шёл через весь город и потом садился на автобус.
Было проделано немало работы.
Я не ожидал,
что после таких быстрых изменений,
я получу невероятный опыт, сравнивая
свои впечатления, когда я был зрячим и когда ослеп,
по поводу тех же мест и людей,
за такой короткий период времени.
Благодаря этому пришло озарение
или, лучше сказать, наблюдательность.
Я выучил немало с тех пор, как потерял зрение.
Эти наблюдения менялись
от обычных до более глубоких,
от прозаичных до комических.
Я архитектор, поэтому сравнивая
полученные впечатления
о тех же местах и людях
в такой короткий период времени,
я получил возможность понаблюдать
за городом.
Самое важное в этом –
осознание того факта, что на самом деле
города – фантастические места для слепых людей.
Я был поражён
склонностью города к доброте и заботе,
а не к безразличию или чего похуже.
Тогда я понял,
что слепые, как оказалось,
позитивно влияют на город.
Мне стало любопытно.
Давайте остановимся и разберём,
почему город так подходит незрячим.
Неотъемлемая часть занятий для людей, потерявших зрение, –
учиться полагаться на оставшиеся чувства,
которые люди обычно игнорируют.
Словно целый мир новой информации
снова открылся перед вами.
Меня поразила симфония едва уловимых звуков,
окружавших меня в городе,
которые помогают понять,
где вы,
как вам следует двигаться и куда вам следует идти.
Точно так же, держась за трость,
вы чувствуете неоднородную поверхность земли,
и через какое-то время в голове выстраивается схема того,
где вы и куда направляетесь.
То же самое происходит, когда солнце светит в лицо
или ветерок щекочет шею.
Это помогает определить ваше местоположение,
продвижение по кварталу
и изменение положения во времени и пространстве.
И, конечно же, обоняние.
Некоторые кварталы и города пахнут по-особенному,
так же как и места и предметы вокруг вас.
Если повезёт, то ваш нос сможет привести вас
в ту новую кондитерскую, которую вы ищете.
Всё это меня очень удивило,
потому что я стал понимать,
что ослепнув,
я пережил бóльшую гамму чувств,
по сравнению с тем, когда был зрячим.
Меня также поразило то,
как сильно изменился город вокруг меня.
Когда у вас есть зрение,
вы ведёте себя неразумно,
занимаетесь только своими делами.
Но стоит лишиться зрения,
и всё переворачивается с ног на голову.
Я понятия не имею, кто за кем наблюдает,
но подозреваю, что многие наблюдают за мной.
Я не параноик, но куда бы я не пошёл,
все только и делают, что раздают советы:
идите сюда, пройдите туда, осторожнее вон там.
Большое количество информации – это прекрасно.
Кое-что полезно, многое – наоборот.
Приходится соображать, что люди имели в виду.
Часто информация ошибочна и бесполезна.
Но в огромном мире вещей это неплохо.
Однажды я был в Окленде
и, гуляя по Бродвею, дошёл до угла.
Я ждал пока прозвучит сигнал светофора,
и как только я его услышал, я практически шагнул на дорогу,
как вдруг мою правую руку
схватил какой-то парень.
Он дернул меня за руку и толкнул на переход,
а потом тащил через всю улицу,
болтая со мной на китайском.
(Смех)
Не было никакой возможности вырваться из цепких рук этого парня,
но он помог мне перейти дорогу.
Что я мог поделать?
Поверьте мне, можно предложить помощь
более вежливым способом.
Мы не знаем, что вы рядом,
поэтому сначала неплохо сказать: «Привет!»,
«Вам помочь?»
Пока я был в Окленде, меня поразило то,
как сильно он изменился с тех пор,
как я потерял зрение.
Мне он нравился, когда я был зрячим.
Это был прекрасный город.
Но я потерял зрение.
Гуляя по Бродвею,
я был благословлён в каждом квартале.
«Храни тебя Бог, друг».
«Ты справишься, брат».
«Господь да благословит тебя».
Никто не говорил так, когда я был зрячим.
(Смех)
Но даже когда я ослеп, я не услышал подобное в Сан-Франциско.
Я знаю, что многих моих слепых друзей это беспокоит,
не только меня.
Обычно это воспринимается
как эмоции, проявляемые из жалости.
Мне хочется думать, что они делают это благодаря человеколюбию,
благодаря духу товарищества, и я думаю, что это здорово.
Теперь когда мне плохо,
я иду на Бродвей в центр Окленда.
Я гуляю, и на душе становится хорошо
практически сразу.
Это показывает,
насколько инвалидность и слепота
как бы вырывается из этнических, социальных,
расовых и экономических границ.
Инвалидность предоставляет равные возможности.
Здесь рады всем.
Я слышал, как в обществе инвалидов говорили о том,
что существует только два типа людей –
те, у кого ограниченные возможности,
и те, кто пока ещё не нашёл свои.
Это совершенно другая точка зрения.
Я думаю, что это прекрасно,
потому что более правильно,
чем «мы» против «них»
или «здоровые» против «инвалидов».
Это более честно и уважительно
из-за хрупкости жизни.
Поэтому мой окончательный вывод –
город не только отлично подходит для слепых,
он в нас нуждается.
Я настолько в этом уверен,
что сегодня хочу предложить вам
воспринимать слепых как типичных жителей,
когда вы разрабатываете новые прекрасные города.
А не как обычно делают люди,
вспоминая о нас, когда город уже разработан.
Это слишком поздно.
Если вы проектируете город, помня о слепых,
у вас получится отличная система тротуаров
с огромным количеством вариантов и предложений,
доступных на уровне улиц.
Если вы проектируете город, помня о слепых,
тротуары будут там, где и должны быть.
Расстояние между домами будет сбалансировано,
учитывая людей и машины.
И вообще, кому нужны эти машины?
Слепые их не водят. (Смех)
И им не нравится, когда вы за рулем. (Смех)
Если вы проектируете город, помня о слепых,
у вас появится надёжная,
доступная и разветвлённая система общественного транспорта,
соединяющая все части города
и районы вокруг.
Если вы проектируете город, помня о слепых,
в городе появится много рабочих мест.
Слепые люди тоже хотят работать.
Они хотят зарабатывать на жизнь.
Проектируя города для слепых,
я надеюсь, вы начнёте осознавать,
что это действительно был бы более доступный,
более справедливый город для всех.
Мне кажется,
что такой город был бы прекрасным,
даже если вы слепы или у вас ограниченные возможности.
А может, вы их ещё просто не нашли.
Спасибо.
(Аплодисменты)