Мой брат Чукс и лучший друг Айки входят в команду организаторов.
Когда они попросили меня прийти, я не смогла отказать.
Я очень рада быть здесь.
Какая блестящая команда людей, переживающих за Африку!
Я польщена, что меня пригласили.
Мне также сказали, что самая красивая
и замечательная девочка в мире сейчас с нами в этом зале.
Её зовут Камзия Адичи.
Хочу, чтобы она встала... это моя племянница!
(Аплодисменты)
Я бы хотела начать с истории об одном из лучших друзей, Окуломе.
Мы жили на одной улице,
и он присматривал за мной, как старший брат.
Если мне нравился мальчик, я спрашивала мнения Окуломы.
Окулома погиб в трагической авиакатастрофе Sosoliso
в Нигерии в декабре 2005 года.
Почти 7 лет назад.
Окулома был человеком, с которым я могла спорить, смеяться и говорить по душам.
Он был первым, кто назвал меня феминисткой.
Мне было где-то 14, когда мы спорили у него дома.
Мы оба бросались поверхностными фактами из прочитанных книг.
Я не помню, о чём точно был этот спор.
Но помню, что во время спора
Окулома посмотрел на меня и сказал: «Слушай, да ты же феминистка».
Это был не комплимент.
Я поняла это по его тону, такому, каким люди говорят:
«Ты поддерживаешь террористов».
(Смех)
Я не знала точно, что означает слово «феминистка»,
и не хотела, чтобы Окулома это понял,
поэтому я реплику пропустила, продолжив спорить.
Первое, что я запланировала сделать, придя домой, —
посмотреть слово «феминистка» в словаре.
Несколькими годами позже я написала роман
о человеке, который, помимо прочего, бьёт свою жену
и в целом плохо кончает.
Когда я рекламировала роман в Нигерии,
один благожелательный журналист сказал, что хочет дать мне совет.
Для нигерийцев, сидящих здесь: уверена, мы все знаем,
как скоры наши люди на непрошенный совет.
Он сказал, что люди считают мой роман феминистским,
и его совет мне —
он грустно качал головой во время разговора —
никогда не называть себя феминисткой,
ведь феминистки — несчастные женщины, которых не берут замуж.
(Смех)
Поэтому я решила называть себя «счастливой феминисткой».
Затем одна преподавательница, нигерийка, сказала мне,
что феминизм не в нашей культуре, он не работает в Африке.
А я называю себя феминисткой,
потому что испорчена «западными книгами».
Это позабавило меня, потому что многое из моего раннего чтения
было решетельно нефеминистским.
Я, должно быть, прочла все любовные романы от Mills & Boon
ещё до того, как мне исполнилось 16.
Каждый раз, пытаясь читать книги
«феминистской классики», я скучала
и не могла осилить произведение до конца.
Но так как феминизм не был в почёте в Африке,
я решила называть себя «счастливой феминисткой из Африки».
На каком-то этапе я была именно такой феминисткой, которая уважает мужчин,
любит блеск для губ
и носит высокие каблуки для себя, а не для мужчин.
Конечно, многое из этого было в шутку,
феминистки же несут на себе такой тяжёлый негативный багаж.
Они ненавидят мужчин, бюстгальтеры,
африканскую культуру и прочие подобные вещи.
А вот история из моего детства.
Когда я была в начальной школе,
моя учительница сказала в начале года, что она даст классу тест,
и набравший наивысший балл станет старостой.
Староста считался очень важным человеком.
Если ты был старостой,
тебе можно было записывать имена шумных учеников,
что уже само по себе давало много власти.
Помимо этого, учительница выдавала трость,
которую можно было держать во время патрулирования класса.
Конечно, этой тростью нельзя было пользоваться.
Но для меня девятилетней это было заманчивой перспективой.
Я очень хотела стать старостой класса.
Я получила наивысший балл за тест.
К моему изумлению, учитель сказала, что старостой может стать только мальчик.
Она забыла прояснить это раньше, потому что думала что это... очевидно.
(Смех)
У мальчика был второй результат по тесту,
и он должен был стать старостой.
Самое интересное во всём этом,
что это был очень мягкий и милый мальчик,
которого совсем не привлекало патрулирование класса с тростью.
В то время как у меня зашкаливали амбиции по этому поводу.
Но я была девочкой, а он мальчиком,
поэтому он стал старостой.
Я навсегда запомнила тот случай.
Я часто ошибаюсь, считая,
что очевидное для меня очевидно и для других.
Допустим, мой друг Льюис.
Льюис — яркая, передовая личность.
Во время беседы он говорил мне:
«Я не знаю, что ты имеешь в виду, когда говоришь, что женщинам сложнее.
Возможно, в прошлом, но не сейчас».
Я не могла понять, как Льюис не видит очевидного.
Однажды вечером в Лагосе мы с Льюисом проводили время с друзьями.
Для тех, кто не знаком с Лагосом.
Там есть прекрасная традиция.
Толпы шустрых парней шатаются вокруг зданий
и театрально ищут вам парковочное место.
Меня позабавило милое кривляние
парня, нашедшего нам место для парковки.
Когда мы уезжали, я решила дать ему на чай.
Открыла сумочку,
опустила туда руку,
достала деньги, заработанные собственным трудом,
и отдала их тому парню.
А он,
этот благодарный и счастливый парень,
взял у меня купюру,
посмотрел на Льюиса
и сказал: «Спасибо, сэр!»
(Смех)
Льюис изумлённо посмотрел на меня и спросил:
«Почему он благодарит меня? Я же не давал ему денег».
Потом я увидела осознание на лице Льюиса.
Мужчина полагал, что какие бы деньги у меня ни были,
они, по сути, были от Льюиса.
Потому что Льюис — мужчина.
Мужчины и женщины различны.
У нас различные гормоны, половые органы,
разные биологические способности.
Женщины могут рожать, мужчины нет.
По крайней мере, пока нет.
У мужчин есть тестостерон, и в целом они физически сильнее женщин.
В мире немного больше женщин, чем мужчин,
примерно 52%.
Но большинство властных и престижных должностей заняты мужчинами.
Покойная лауреат Нобелевской премии мира из Кении
Вангари Маатаи чётко и просто объяснила:
«Чем выше поднимаешься, тем меньше женщин».
Во время последних выборов в США мы слышали о законе Лили Ледбеттер.
Пойдём дальше яркого названия.
Суть закона в том, что там, где мужчины и женщины
равно компетентны и выполняют одинаковую работу,
мужчины получают больше только потому, что они мужчины.
Поэтому, буквально, мужчины правят миром.
Это имело смысл в древние времена,
когда люди жили в условиях,
где физическая сила была первостепенной для выживания.
Руководили физически сильные особи,
а мужчины в целом физически сильнее.
Конечно, есть много исключений.
Но сегодня мы живём в абсолютно другом мире.
Теперь лидеры — не самые сильные физически,
они наиболее креативные, умные,
они новаторы,
и к гормонам это всё не имеет никакого отношения.
Мужчины, как и женщины, могут быть эрудированными,
творческими и изобретательными.
Мы сами развиваемся, но кажется, что представления о полах у нас не меняются.
Недавно я зашла в лобби одного из лучших отелей в Нигерии.
Хотела сказать, как он называется, но решила этого не делать.
Охранник остановил меня на входе и стал докучать вопросами.
Он решил, что одинокая нигерийка, идущая в отель, —
проститутка.
Кстати,
почему эти отели беспокоятся
о проститутках, но не о тех, кто их заказывает?
Я не могу одна сходить во многие «приличные» клубы и бары Лагоса.
Одиноких женщин просто не пускают,
нужно идти с мужчиной.
Когда я прихожу в нигерийский ресторан с мужчиной,
официант его приветствует, а меня не замечает.
Официанты выросли в обществе...
Некоторые женщины подумали: «Да! Я так и думала!»
Официанты выросли в обществе,
научившем их, что мужчины ценнее женщин.
Я понимаю, что официанты так делают не со зла.
Но понимать факт головой — одно, а чувствовать сердцем — другое.
Когда меня игнорируют, я чувствую, будто меня нет.
Я расстраиваюсь.
Я хочу им сказать, что являюсь таким же человеком, как мужчина,
и также заслуживаю признания.
Это всё мелочи,
но иногда именно они ранят больше всего.
Недавно я написала статью
о жизни молодых девушек в Лагосе.
В типографии мне сказали: «Статья очень гневная».
Конечно, гневная!
(Смех)
Ведь меня разозлили.
Сегодня процветает дискриминация по половому признаку.
Нас всех это должно злить.
Гнев исторически побуждал к действию,
но я не только зла, я ещё надеюсь на перемены.
Я глубоко убеждена, что люди способны
меняться к лучшему.
Проблемы пола актуальны везде,
но я хочу обсудить Нигерию и Африку в целом.
Я родом оттуда,
и не по наслышке знаю о положении дел.
Сегодня я хочу,
чтобы мы помечтали
о другом мире, более справедливом,
где и мужчины, и женщины счастливы
и могут раскрыть свой потенциал.
Итак, начнём:
необходимо воспитывать дочерей по-другому.
То же относится к сыновьям.
Своим воспитанием мы портим мальчиков,
подавляем их человечность.
Мы очень узко определяем мужественность
как жёсткую, тесную клетку,
куда мы и запихиваем мальчиков.
Учим их избегать страха,
слабости и ранимости.
Учим прятать настоящие чувства и мысли,
ведь им полагается быть, выражаясь по-нигерийски, «крутыми парнями».
Когда в средней школе подростки
с одинаковым количеством карманных денег
идут на свидание, мальчик всегда должен платить,
чтобы доказать мужественность.
А потом удивляемся, почему мальчики крадут деньги
у родителей.
Что, если бы мальчиков и девочек учили,
что мужественность не связана с деньгами?
Что, если бы говорили, что не мужчина должен платить за женщину,
а платить должен тот, у кого больше?
Вследствие исторически сложившихся обстоятельств
мужчины сегодня состоятельнее женщин.
Если мы станем воспитывать детей по-другому,
то через 50 или 100 лет
мальчикам больше не нужно будет доказывать свою мужественность.
Пока же худшее, что мы делаем по отношению к мальчикам, —
заставляем быть крутыми парнями
и воспитываем в них хрупкое самолюбие.
Чем сильнее на мужчину давят по части крутости,
тем более хрупкое его эго.
Ещё в большей степени мы портим девочек,
уча их потакать хрупкому мужскому эго.
Мы учим девочек принижать свои способности,
говорим:
«Стремись к своим целям, но особо не высовывайся.
Найди любимое дело, но звёзд с неба не хватай,
в противном случае ты станешь угрозой в глазах мужчин».
Если ты зарабатываешь больше мужа,
делай вид, что это не так, особенно в обществе.
В противном случае ты лишишь его мужественности.
Но вернёмся к исходному допущению:
почему успех женщины должен угрожать мужчине?
Что, если мы решим отказаться от этого понятия — «лишение мужественности».
Мне оно очень не нравится.
Один знакомый из Нигерии однажды спросил меня,
беспокоюсь ли я, что мужчины будут меня бояться.
Меня это совсем не волновало.
Я об этом и не думала,
так как меня не заинтересует мужчина,
которого смущает моя успешность.
(Смех) (Аплодисменты)
Тем не менее, меня до сих пор поражает следующее.
Так как я женщина, я обязана стремиться к замужеству,
и, принимая решения, всегда иметь в виду,
что замужество важнее всего.
Брак может быть прекрасным —
источником радости, любви и взаимной поддержки.
Почему же девочек мы мотивируем вступать в брак,
а мальчиков нет?
Знаю женщину, продавшую дом,
чтобы не спугнуть потенциального жениха.
И ещё знаю незамужнюю женщину в Нигерии, которая на конференции
надевает обручальное кольцо,
чтобы остальные участники мероприятия
её уважали.
Знаю девушек, на которых по части замужества давят
семья, друзья, даже коллеги.
Их подталкивают к совершению ужасных ошибок.
Если женщина к определённому возрасту ещё не замужем,
в обществе считается, что она потерпела крах в личной жизни.
А если мужчина к определённому возрасту не женат, мы говорим,
что он пока не выбрал подходящую женщину.
(Смех)
Легко сказать:
«Женщина может просто не реагировать на это».
Но жизнь сложнее и запутаннее.
Мы живём в обществе.
Мы черпаем идеи, общаясь с людьми.
Об этом говорят даже слова,
которые мы используем, описывая отношения и брак.
Язык брака чаще язык обладания,
нежели партнёрства.
Мы говорим «уважение»,
имея в виду поведение женщины в отношении мужчины,
но не наоборот.
Меня забавляет, что в Нигерии
и мужчины, и женщины говорят,
что чем-то жертвуют ради мира в семье.
Мужчины так говорят о поступках,
которые они не должны совершать в принципе.
(Смех)
Они рассказывают это друзьям
этаким деланным сердитым тоном,
показывая, насколько они мужественные,
любимые и нужные:
«Жена запретила ходить по клубам каждый вечер,
поэтому ради мира в семье я хожу туда только по выходным».
(Смех)
Когда женщина говорит: «Я это сделала ради мира в семье»,
она обычно имеет в виду, что оставила работу,
мечты
и карьеру.
Мы учим женщин, что в отношениях
именно она должна идти на компромисс.
Мы учим девочек соперничать друг с другом,
но не за рабочие места или достижения, что, кстати, было бы здорово,
а за внимание мужчин.
Мы учим девочек, что по части половых отношений
им не прощается то, что позволено мальчикам.
Мы не прочь посудачить о подружках сыновей.
А о парнях дочерей? Не дай Бог.
(Смех)
Конечно, приходит время,
и мы ждём, что девочки найдут идеального парня и выйдут замуж.
Мы присматриваем за девочками,
бдим их невинность,
хотя мальчики-девственники не в почёте.
Я всегда удивлялась, как именно это может сработать,
ведь... (Смех)
(Аплодисменты)
Ведь при потере девственности обычно присутствуют двое.
Недавно было групповое изнасилование
девушки в Университете Нигерии.
Полагаю, кто-то из вас слышал.
Реакция большинства молодых нигерийцев,
мужчин и женщин,
была примерно такой:
«Да, насилие — зло.
Но что девушка делала в комнате с четырьмя парнями?»
Проигнорируем ужасающую бесчеловечность такого ответа.
Эти нигерийцы были так воспитаны — считать женщин виновными с рождения
и не требовать многого от мужчин.
Поэтому обществом не возбраняется, когда мужчины ведут себя
как дикие бесконтрольные существа.
Мы воспитываем в девочках стыдливость.
«Прикрой ноги», «Оденься прилично».
Мы считаем их виноватыми просто потому,
что они родились женщинами.
Так, девочки вырастают женщинами,
не способными понять свои желания.
Они заставляют себя молчать.
Они не понимают, что думают на самом деле,
и, что самое ужасное,
вырастая,
они превращают притворство в искусство.
(Аплодисменты)
Я знакома с женщиной, которая ненавидит работу по дому,
люто ненавидит,
но притворяется, что любит.
Ведь её так воспитали — чтобы удачно выйти замуж,
она должна быть, выражаясь по-нигерийски, серой мышкой.
Она вышла замуж,
и немного погодя семья её мужа
стала жаловаться на то, что она изменилась.
Вообще-то она не изменилась,
она просто устала притворяться.
Гендерные проблемы в том,
что пол предписывает, какими нам следует быть,
вместо принятия нас такими, какие мы есть.
Представьте, насколько счастливее и свободнее
мы стали бы, если бы приняли собственную индивидуальность,
если бы не было груза гендерных стереотипов.
Несомненно, мальчики и девочки биологически разные,
но различия преувеличиваются обществом
и существуют, чтобы оправдывать себя.
Например, готовка.
Сегодня женщины чаще мужчин занимаются работой по дому,
готовкой и уборкой.
Почему?
У женщин кулинарный ген?
(Смех)
Или потому что исторически общество повесило на них эти обязанности?
Я собиралась сказать, что женщины рождаются с кулинарным геном,
но потом вспомнила, что лучшие повара мира,
носящие модный титул «шеф-повар»,
являются мужчинами.
Раньше я смотрела на бабушку,
замечательную женщину,
и задавалась вопросом, чего бы она добилась,
имея равные с мужчинами возможности в детстве.
Сегодня гораздо больше возможностей для женщин,
чем во времена моей бабушки.
Политика поменялась вместе с законами,
и это очень важно.
Ещё большее значение имеет наша точка зрения, мышление,
ценности и представления в отношении пола.
Что, если при воспитании детей
мы будем акцентировать умения, а не половую принадлежность?
Фокусироваться на интересах,
а не на полах?
В одной семье есть сын и дочь,
оба отличники в школе,
замечательные дети.
Когда мальчик голоден, родители говорят дочери:
«Пойди приготовь брату лапшу "Индоми"».
Девочка не в восторге от готовки лапши,
но она женщина и поэтому обязана.
А если бы родители
с самого начала
научили обоих детей готовить лапшу?
Кстати, умение готовить пригождается в жизни и мальчикам.
Я всегда считала, что глупо отдавать в чужие руки
такой необходимый для жизни навык,
как приготовление пищи.
(Аплодисменты)
У одной моей знакомой научная степень и должность такие же, как у мужа.
Приходя с работы, она делает бóльшую часть работы по дому,
и так происходит во многих домах.
Но что меня особенно поражает,
она благодарит мужа каждый раз,
как тот меняет подгузник.
А если бы она принимала как должное,
что отец, вообще-то, тоже должен заботиться о своём ребёнке?
Я стараюсь избавиться от многих предрассудков в отношении пола,
привитых мне с детства.
Но я до сих пор очень восприимчива
к этим предрассудкам.
Я очень переживала, когда давала первую лекцию
литературного творчества в магистратуре.
Конечно, не из-за материала — им я отлично владела
и очень любила то, что преподавала.
Я беспокоилась, как одеться,
чтобы меня восприняли всерьёз.
Я знала, что обязана доказывать
свою компетентность, ведь я всего лишь женщина.
Казалось, что, если буду женственной,
меня не будут слушать.
Очень хотелось надеть красивую юбку и накрасить губы блеском,
но я решила этого не делать.
Вместо этого я надела серьёзный,
уродливый, мужеподобный костюм.
Горькая правда в том, что по части внешнего вида
мы отталкиваемся от мужественности
и считаем её нормой.
Когда мужчина готовится к деловой встрече,
он не волнуется, что по причине излишней мужественности
к нему не отнесутся серьёзно.
Если к деловой встрече готовится женщина,
ей надо подумать, не выглядит ли она слишком женственно,
что она своим видом говорит и воспримут ли её всерьёз.
Лучше бы я не надевала тот мужеподобный костюм.
Его, кстати, больше нет в моём гардеробе.
Если бы тогда я была так же уверена в себе, как сейчас,
студенты получили бы ещё больше от лекций.
Ведь я была бы собой
и вела бы себя со спокойной уверенностью.
Я решила больше не извиняться
за женственность и свой пол.
(Аплодисменты)
Я родилась женщиной
и заслуживаю уважения.
Обсуждать проблемы пола непросто.
Когда поднимаются эти вопросы,
и женщины, и мужчины склонны воспринимать всё в штыки.
Представляю, некоторые из вас сейчас думают:
«Хм... Женщина, решившая быть самой собой?»
Некоторые мужчины думают:
«Всё это увлекательно.
Но я не такой».
Здесь также лежит проблема.
Многие мужчины, которые особо не вдумываются
в различия полов,
являются частью проблемы.
Они рассуждают, как мой друг Льюис,
что всё в порядке.
Они ничего не предпринимают, чтобы изменить это.
Если вы заходите в ресторан с женщиной
и официант приветствует только вас,
вам не приходит в голову спросить:
«Почему вы не поздоровались с ней?»
Пол может быть...
(Смех)
Можно прервать часть расширенной версии этого выступления.
Так как гендерные проблемы сложно обсуждать,
есть много способов просто закрыть этот вопрос.
Кто-то вспомнит эволюционную биологию
и приматов.
Знаете, как женские особи подчиняются мужским,
и в этом роде.
Дело в том, что мы не животные.
(Смех) (Аплодисменты)
Приматы живут на деревьях и завтракают червями.
Мы так не делаем.
Кто-то скажет,
что беднягам мужчинам тоже непросто живётся.
Это правда.
Но не об этом... (Смех)
Не об этом мы сегодня говорим.
Деление по половому и классовому признаку — форма социального притеснения.
Я хорошо знакома и с самими притеснениями, и с последствиями от них.
Факты беру неспосредственно
из уст чернокожих мужчин.
Однажды чернокожий в разговоре о гендерных проблемах
сказал мне:
«Почему ты рассказываешь
о своём женском опыте,
почему не о человеческом опыте?»
Это был человек, часто рассказывавший
о своём опыте чернокожего.
Пол имеет значение. Мужчины и женщины мыслят по-разному.
Пол влияет но то, как мы живём.
Это можно изменить.
Кто-то воскликнет:
«Власть в конечном итоге
в руках женщин».
Кто не из Нигерии, я поясню. Конечная власть —
власть сексуальной привлекательности,
которую женщины используют в эгоистических целях.
Но власть сексуальной привлекательности — это вовсе не власть.
Это всего лишь значит,
что женщина имеет возможность время от времени
приобщиться к чужой власти.
И потом мы спрашиваем себя,
что будет, если у мужчины
плохое настроение,
или он болен,
или импотент.
(Смех)
Некоторые скажут, что подчинение женщины мужчине в нашей культуре.
Но культура изменчива.
У меня красивые племянницы-близняшки, им по 15,
живут в Лагосе.
Родись они сто лет назад,
их бы забрали и убили.
Убийства близнецов были частью культуры.
Что же есть культура?
Есть поверхностный аспект,
танцы например.
Также значение культуры — в сохранности и преемственности.
У нас в семье
я больше всех интересовалась нашим происхождением,
традициями,
землями предков.
Мои братья не были столь заинтересованны.
Но я не могу принимать участие,
не могу посещать встречи,
мне не даётся право голоса.
Потому что я женщина.
Культура не создаёт людей,
люди создают культуру.
(Аплодисменты)
Если женщина в нашей культуре не считается полностью человеком,
нам нужно менять культуру.
Часто думаю о моём дорогом друге Окуломе.
Пусть он и все жертвы катастрофы Sosoliso
покоятся с миром.
Люди, которые его любят, будут всегда о нём помнить.
Он был прав тогда, много лет назад,
когда назвал меня феминисткой.
Я и есть феминистка.
Я нашла в словаре это слово,
и вот что было написано:
«Феминист —
человек, убеждённый в политическом, социальном
и экономическом равенстве полов».
Моя прабабушка,
как мне говорили,
была феминисткой.
Она сбежала от мужчины, за которого не хотела выходить,
и позже сама выбрала себе мужа.
Она не соглашалась, протестовала и высказывала своё мнение
каждый раз, как её лишали возможностей, земли и других вещей.
Моя прабабушка таких слов, как «феминистка», даже не знала.
Но это не значит, что она ею не была.
Нам нужно чаще оперировать этим понятием.
Моё собственное определение феминиста:
феминист — это мужчина или женщина,
который говорит...
(Смех) (Аплодисменты)
Феминист — это мужчина или женщина, который говорит:
«Да, сегодня существует проблема пола,
и нужно её решить.
Мы обязаны добиться большего».
Самый настоящий феминист —
мой брат Кенни.
Он также добрый, симпатичный, прекрасный мужчина,
и он невероятно мужественный.
Благодарю вас.
(Аплодисменты)