Мы все посещаем врачей.
И делаем это с доверием и слепой верой в то,
что они проводят тесты и прописывают лекарства
на основании подтверждённых данных,
подтверждённых данных о том, что всё это разработано для того, чтобы нам помочь.
Однако на самом деле это далеко не всегда так.
Что, если я скажу вам,
что открытия медицинской науки за последнее столетие
были основаны на изучении только половины популяции?
Я врач неотложной помощи.
Меня учили оказывать неотложную помощь.
То есть спасать жизни. Здорово?
Ну да, многие приходят с насморком или ушибленным пальцем на ноге,
но независимо от того, кто именно обращается в неотложку,
мы делаем одни и те же тесты,
прописываем одни и те же лекарства,
даже не задумываясь о половой или гендерной принадлежности наших пациентов.
А с какой стати нам это делать?
Нас никогда не учили, что между мужчиной и женщиной существуют различия.
Недавнее исследование Счётной палаты показало,
что 80% лекарств изымаются из продажи
из-за побочных эффектов, возникающих у женщин.
Давайте задумаемся об этом.
Почему мы узнаём о побочных эффектах у женщин
только после выпуска лекарства в продажу?
Знаете ли вы, что необходимо несколько лет, чтобы пройти путь от идеи лекарства
до его испытания на клетках в лаборатории,
исследований на животных,
затем клинических исследований с участием человека
и наконец — процесса получения разрешения в регулирующих органах?
И только после этого врач сможет прописать вам это лекарство.
И я уже не говорю про миллионы и миллиарды долларов финансирования,
которые необходимы для этого.
Так почему же мы узнаём о неприемлемых побочных эффектах
у половины популяции только после прохождения всего этого пути?
Что происходит?
Оказывается, те клетки, которые использовались в лаборатории,
были клетками мужчины,
а животные, использованные в исследованиях, были самцами,
а в клинических исследованиях участвовали почти исключительно мужчины.
Почему же в медицинских исследованиях основной стала мужская модель?
Давайте рассмотрим один из примеров, о котором рассказывали СМИ.
Он касается снотворного «Эмбиен».
Препарат «Эмбиен» был выпущен на рынок более 20 лет назад,
и с того времени на него были выписаны сотни миллионов рецептов,
в основном женщинам, потому что женщины чаще мужчин страдают нарушениями сна.
Но только в последний год
Управление по контролю за пищевыми продуктами и лекарствами рекомендовало
снизить дозу для женщин в 2 раза,
поскольку они только что выяснили, что у женщин лекарство расщепляется
медленнее, чем у мужчин,
и поэтому когда женщины просыпаются утром,
у них в организме присутствует больше активного лекарства.
Поэтому они чувствуют сонливость, а если садятся за руль автомобиля,
то рискуют попасть в аварию.
И я, как врач неотложной помощи, не могу не думать о том,
что многие пациенты, которым я годами оказывала помощь,
попадали в автомобильные аварии,
которые, возможно, можно было предотвратить,
если бы такой анализ провели и учли его результаты 20 лет назад,
когда это лекарство впервые выпускали на рынок.
Что ещё надо проанализировать с точки зрения влияния гендера?
Что ещё мы упускаем?
Вторая мировая война изменила многое,
в том числе привела к пониманию необходимости защиты людей от
использования в медицинских исследованиях без информированного согласия.
Были созданы необходимые руководства и установлены правила,
и часть из них были продиктованы желанием защитить женщин детородного возраста
от участия в любых медицинских научных исследованиях.
Было опасение, что во время исследования может быть нанесён вред плоду.
Кто будет нести за это ответственность?
В то время учёные действительно полагали,
что это делается во благо,
потому что, давайте посмотрим,
у мужчин организм достаточно однороден.
У них не происходит постоянного колебания уровней гормонов,
которое не дало бы получить чистые данные, как при исследовании только мужчин.
Это было проще и дешевле.
Не говоря уже о том, что тогда считалось,
что мужчины и женщины схожи во всём,
кроме репродуктивных органов и половых гормонов.
Итак, было решено:
медицинские исследования проводили на мужчинах,
а потом результаты применяли к женщинам.
К чему это привело с точки зрения понимания женского здоровья?
Женское здоровье стало синонимом репродуктивной функции:
молочные железы, яичники, матка, беременность.
То, что мы сейчас называем «бикини-медициной».
И такое положение дел сохранялось примерно до 1980-х годов,
когда эта концепция была поставлена под сомнение медицинским сообществом
и политиками, отвечающими за общественное здоровье,
так как стало ясно, что исключение женщин из всех медицинских исследований
сослужило им плохую службу,
и кроме вопросов, касающихся репродуктивной функции,
об особых потребностях женщин-пациенток
практически ничего не было известно.
С того времени появилось огромное количество доказательств того,
что мужчины и женщины различаются во всём.
В медицине существует поговорка:
дети — это не просто маленькие взрослые.
Мы говорим это, чтобы напомнить самим себе о том,
что у детей на самом деле совсем иная физиология, чем у взрослых.
Именно поэтому появилась такая медицинская специальность, как педиатрия.
И мы проводим исследования с участием детей, чтобы улучшить их качество жизни.
И я уверена, что то же самое можно сказать про женщин.
Женщины — это не просто мужчины с «буферами» и «трубами».
У них своя особенная анатомия и физиология,
которые заслуживают такого же интенсивного изучения.
Возьмём, например, сердечно-сосудистую систему.
В этой области медицины приложены серьезные усилия для выяснения того,
почему у мужчин и женщин сердечные приступы происходят совершенно по-разному.
Заболевания сердца являются основной причиной смерти как мужчин, так и женщин,
но женщины чаще, чем мужчины, умирают в течение года после сердечного приступа.
Мужчины пожалуются на сдавливающую боль в груди:
как будто слон на груди сидит.
И мы называем это типичным.
Женщины тоже чувствуют боль в груди.
Но женщины чаще, чем мужчины, пожалуются, что «просто нехорошо себя чувствуют»,
«не могут вдохнуть достаточно воздуха»,
«просто устали в последнее время».
И почему-то мы называем это нетипичным,
хотя, как я уже говорила, женщины составляют половину популяции.
Чем же объясняются эти различия?
Если мы обратимся к анатомии,
кровеносные сосуды, окружающие сердце, у женщин меньше по размеру, чем у мужчин,
и они по-разному участвуют в развитии болезни
у женщин и мужчин.
И тесты для определения риска сердечного приступа
изначально создавались так, чтобы они подходили для мужчин,
поэтому они хуже подходят для женщин.
А теперь посмотрим на лекарства,
обычные наши лекарства, такие как аспирин.
Мы даём аспирин здоровым мужчинам, чтобы предотвратить сердечный приступ,
но знаете ли вы, что если дать аспирин здоровой женщине,
то это нанесёт ей вред?
Из этого следует простой вывод:
мы ещё очень далеки от понимания проблемы.
Медицина неотложных состояний развивается очень быстро.
В скольких ещё сохраняющих жизни областях медицины,
таких как лечение рака и инсульта,
могут играть важную роль различия между мужчинами и женщинами?
Или даже в вопросе о том, почему у некоторых людей насморк
возникает чаще, чем у других,
или почему обезболивающее, которое мы даём пациентам с ушибленным пальцем,
действует у одних и не действует у других?
Институт медицины провозгласил, что у каждой клетки есть пол.
Что это значит?
Пол — это ДНК.
Гендер — это то, как человек ведёт себя в обществе.
И не всегда эти две характеристики совпадают,
о чём свидетельствует наличие популяции трансгендеров.
Но важно осозавать, что с момента зачатия
каждая клетка нашего тела —
кожи, волос, сердца и лёгких —
содержит нашу уникальную ДНК,
и эта ДНК разделена на хромосомы, которые определяют,
станем ли мы самцом или самкой, мужчиной или женщиной.
Раньше считалось,
что эти определяющие пол хромосомы, изображённые здесь —
XY у мужчин и XX у женщин —
просто определяют, родитесь ли вы с яичниками или яичками,
и именно вырабатываемые этими органами половые гормоны
отвечают за различия, которые мы наблюдаем между полами.
Но теперь мы знаем, что эта теория неверна
или, по меньшей мере, она неполная.
И благодаря таким учёным, как доктор Пейдж из Уайтхедского института,
исследующий Y-хромосому,
и доктор Янг из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе,
получены свидетельства того, что эти определяющие пол хромосомы,
присутствующие в каждой клетке нашего тела,
сохраняют активность в течение всей нашей жизни
и могут быть причиной наблюдаемых различий
в дозировках лекарств
и различий между мужчинами и женщинами
в восприимчивости к болезням и в степени их тяжести.
Это новое знание меняет правила игры,
и развитие ситуации зависит от тех учёных, которые продолжают искать доказательства,
но также и от врачей, которые должны начать переносить эти данные
в клинику сегодня.
Прямо сейчас.
И чтобы способствовать этому, мы создали общенациональную организацию
«Пол и гендер: сотрудничество в области женского здоровья»,
и мы собираем все эти данные, чтобы они были доступны для применения при обучении
и оказании помощи пациентам.
Мы работаем над объединением людей, вовлечённых в медицинское образование.
Это большая работа.
Это меняет методику медицинского обучения, которую использовали изначально.
Но я верю в успех.
Я уверена, что специалисты поймут важность учёта гендерного аспекта
в современных учебных программах.
Это означает, что в будущем медицинских работников будут обучать правильно.
На региональном уровне
я являюсь соорганизатором подразделения в отделе неотложной медицины
здесь, в Брауновском университете,
оно называется «Пол и гендер при оказании неотложной помощи».
Мы проводим исследование с целью выявления различий между мужчинами и женщинами
в условиях оказания неотложной помощи,
например, при болезни сердца и инсульте, сепсисе и токсикомании,
но мы также убеждены, что образование имеет важнейшее значение.
Мы создали всеобъемлющую модель образования.
У нас есть программы обучения для врачей, медсестёр, студентов
и для пациентов.
Потому что эту проблему нельзя просто отдать на откуп лидерам здравоохранения.
Мы все должны участвовать в изменении ситуации.
Но должна вас предупредить: это нелегко.
На самом деле это сложно.
Это существенно изменяет то, как мы привыкли думать о медицине,
здоровье и научном исследовании.
Это меняет наши отношения с системой здравоохранения.
Но пути назад нет.
Теперь нам известно достаточно,
чтобы осознать, что мы действовали неправильно.
Мартин Лютер Кинг — младший сказал:
«Изменения не вкатываются на колёсах неизбежности,
их добиваются непрерывной борьбой».
И первый шаг к изменениям — это осведомлённость.
И дело не только в улучшении медицинской помощи женщинам.
Это связано с персонализированной, индивидуальной медпомощью для каждого.
Эта осведомлённость способна преобразить медицинскую помощь мужчинам и женщинам.
И я хочу, чтобы начиная с сегодняшнего дня вы спрашивали своих врачей,
подходит ли назначаемое вам лечение для вашего пола и гендера.
Возможно, они не знают ответа,
пока ещё не знают.
Но разговор уже начат, и мы можем учиться все вместе.
Помните, что для меня и моих коллег в этой области
ваш пол и гендер имеют значение.
Спасибо!
(Аплодисменты)