Осьминоги впервые очаровали меня ещё в детстве.
Я вырос в городе Мобил, штат Алабама —
в зале наверняка есть жители Мобила, верно?
Этот город стоит на месте слияния 5 рек,
образуя прекраснейшую дельту.
В ней живут аллигаторы, ползающие
по берегам кишащих рыбой рек.
А ещё там растут кипарисы, на которых висят змеи,
и вьют гнёзда птицы самых ярких расцветок.
Это райское место для жизни
и волшебный мир для ребёнка, который интересуется животными.
Воды этой дельты впадают в бухту Мобил, а затем в Мексиканский залив.
Я помню, что впервые увидел живого осьминога,
когда мне было 5 или 6 лет.
Я плавал в заливе и увидел на дне небольшого осьминога.
Я нырнул туда, взял его в руки и сразу
пришёл в восторг и удивился его быстроте, силе и ловкости.
Я чувствовал, как он обвивает мои пальцы щупальцами и шевелится у меня в руках.
Но я крепко держал это удивительное существо.
Затем он затих на моих ладонях
и начал переливаться
всеми цветами радуги.
Пока я смотрел на него, он спрятал под себя щупальца,
свернулся в клубок
и стал шоколадно-коричневым с двумя белыми полосками.
Я подумал: «Ух ты! Такого чуда я ещё не видел!»
Я немного полюбовался им и решил отпустить
обратно в воду.
Осьминог слез с моих рук и сделал потрясающую штуку:
он приземлился на каменистое дно
и — «фуух»— пропал из виду
прямо у меня на глазах.
И тогда, в 6 лет, я понял,
что хочу изучать осьминогов. Моя мечта сбылась.
После школы я поступил в колледж по специальности «зоология океана»,
а затем уехал на Гавайи и поступил в аспирантуру
Гавайского Университета.
Во время учёбы на Гавайях я работал в аквариуме Вайкики.
Там было огромное количество аквариумов с большими рыбами,
но беспозвоночных там было совсем мало.
И я по доброте душевной решил,
что сам выйду в море и наловлю этих замечательных животных,
о которых столько узнал, будучи студентом,
и принесу их в аквариум. Я тщательно отобрал подходящих особей и сделал особый отдел.
На рыб в аквариумах можно было смотреть часами,
но они никак не реагировали на посетителей.
А осьминоги реагировали.
Если вы подойдёте к аквариуму с осьминогами,
особенно рано утром до прихода посетителей,
осьминог всплывёт и посмотрит на вас.
Вы подумаете: «Он правда смотрит на меня? Он же смотрит на меня!»
А если вы приглядитесь, то поймёте,
что у всех осьминогов разные характеры:
некоторые из них залягут на дно,
другие прокрадутся к задней стенке аквариума и спрячутся в камнях.
А один из осьминогов был особенно удивительным...
Каждый раз когда я подходил к аквариуму, он пристально глазел на меня.
Его можно было отличить по выступам в форме рожек над глазами.
Я подошёл к аквариуму
примерно на 10 см от стекла.
Осьминог сидел на небольшом каменном выступе;
затем он спустился с камня и тоже подплыл к стеклу.
Я внимательно наблюдал за ним с очень близкого расстояния,
примерно вот с такого.
Сейчас я смотрю на свои морщинистые пальцы и понимаю, что это было очень давно.
Вот стоим мы, смотрим друг на друга,
и тут он зачерпывает щупальцем горсть камешков
и опускает их в струю воды, попадающую в аквариум
из системы фильтрации.
«Чик-чик-чик-чик-чик» — камешки ударяются о стекло и падают на дно.
Он протягивает щупальце, берёт ещё одну горсть камешков, опускает их —
«Чик-чик-чик-чик-чик!» — то же самое.
Потом он поднимает щупальце. Я тоже поднимаю руку.
Он поднимает второе щупальце. Я поднимаю вторую руку.
И тут я понимаю, что осьминог выиграл это соревнование,
потому что у меня руки уже кончились, а у него ещё целых 6. (Смех)
Я могу найти лишь одно объяснение увиденному:
осьминог играл со мной —
это весьма высокоразвитое поведение для беспозвоночного.
Однажды где-то на третьем году моего обучения
по пути на работу со мной случилась забавная история,
которая полностью изменила мою жизнь.
В аквариум пришёл один человек. Это долгая история, но суть в том,
что он отправил меня и нескольких моих друзей в южную часть Тихого океана,
чтобы мы нашли для него животных.
Перед отъездом он дал нам 2 любительских видеокамеры
и сказал: «Снимите фильм об этой экспедиции».
«Таaaaaк, кучка биологов снимает кино...
это будет интересно».
Мы уехали и действительно сняли фильм,
который, наверное, стал наихудшим
в истории кино.
Но это было круто! Мне так понравилось!
И я помню, как в моей голове загорелась идея.
Я подумал: «Постой-ка!
Может быть, я смогу заниматься этим всю жизнь?
Точно, я стану режиссёром».
Я тут же бросил работу,
ушёл из аспирантуры, начал снимать фильмы
и никому не говорил, что совершенно не разбираюсь в том, что делаю.
Эта экспедиция прошла не зря.
Мне пригодились все прежние знания об осьминогах.
Если вы делаете фильмы о дикой природе
и выходите на природу, чтобы снять животных
и особенно их поведение,
то вам очень пригодятся теоретические знания о том,
какие это животные,
что они любят делать, как ведут себя.
Но по-настоящему я узнал осьминогов только тогда,
когда начал снимать их
в естественной среде обитания.
Я очень много времени проводил под водой
и видел естественное поведение осьминогов
в родном океане.
Я вспоминаю свою поездку в Австралию
на Остров Одного Дерева.
Видимо, с того времени
когда острову дали название,
многое изменилось, потому что когда я приехал,
там росло по меньшей мере
три дерева.
Этот остров находится рядом
с красивым коралловым рифом.
Там есть узкий залив,
где дважды в день случаются быстрые приливы и отливы.
Там есть прекрасный
сложный риф, где обитает много живности,
включая осьминогов.
Все осьминоги,
особенно австралийские,
мастера маскировки.
Кстати говоря,
один из них — прямо перед вами.
Сначала нам предстояло найти этих животных,
и это было нелёгкой задачей.
Но мы приехали туда на месяц.
Я хотел, чтобы осьминоги к нам привыкли,
и мы могли бы наблюдать за ними, не пугая их.
Первую неделю мы потратили на то,
чтобы подобраться к ним как можно ближе.
Всё ближе и ближе с каждым днём.
Когда осьминоги начинали нервничать, мы уходили
и возвращались через несколько часов.
После первой недели они перестали обращать на нас внимание.
Наверное, думали: «Я не знаю, что это за штука, но она не опасна» —
и продолжали заниматься своими делами.
А мы смотрели, как они спариваются,
ухаживают за самкой, дерутся —
это была невероятно интересная работа!
Наиболее зрелищным поведением,
которое мне особенно запомнилось,
было добывание пищи.
У осьминогов есть много разных приёмов
добывания пищи,
но здесь они используют зрение.
Когда они видят коралловый риф
на расстоянии примерно 3-х метров,
то начинают подкрадываться к нему.
Не знаю, видят ли они там краба или им просто кажется, что он там есть,
но осьминог делает гигантский скачок,
приземляется прямо на вершину рифа
и полностью охватывает его
перепончатой сетью между щупальцами.
Они сидят на рифе и ждут крабов.
Едва краб касается щупальца, его съедают.
Мне всегда было интересно, что же находится под этой сетью.
И мы нашли способ узнать это. (Смех)
Так я впервые увидел рот осьминога, жующий пищу.
Удивительное зрелище!
Если вы хотите снять много фильмов о каких-то определённых животных,
лучше выбрать широко распространённый вид.
Осьминоги живут во всех океанах
на большой глубине.
Я не могу сказать, что осьминоги повлияли
на мою страсть
к погружению на большую глубину,
но я очень полюбил это занятие.
Оно несравнимо ни с чем.
Если вы хотите уйти от мирской суеты
и увидеть то, чего никогда не видели,
чего никто никогда не видел,
подводная лодка — это то, что вам нужно.
Залезьте внутрь, задрайте люк, включите подвод кислорода
и газоочиститель, который удаляет из воздуха
углекислый газ, и вы готовы к погружению.
Погружение начинается. Никакой связи с внешним миром
кроме простенькой рации.
После погружения бултыхание волн,
похожее на стиральную машину, успокаивается,
и всё затихает.
Появляется чувство покоя и умиротворения.
Со временем голубая вода поверхности
становится всё более и более синей,
потом лиловой,
а на глубине в полкилометра она уже иссиня-чёрная.
Начинается мир
обитателей средних вод.
Я мог бы долго говорить
об обитателях средних вод,
но сейчас скажу лишь об одном бесспорном факте:
у существ, живущих в средних водах океана,
самые причудливые формы
и самые непредсказуемые модели поведения.
Но мы проскочим эту область,
в которой обитает 95% всех
живых существ нашей планеты,
и отправимся к гораздо более необычному месту — срединно-океаническому хребту.
Срединно-океанический хребет — это гигантская горная цепь
длиной более 64 000 км, огибающая весь земной шар.
Это огромные горы высотой в несколько сотен метров,
а некоторые даже выше 3 км.
Они выходят на поверхность
и образуют острова, например, Гавайские.
А вершина этой цепи гор
раскалывается на части, образуя долину.
Нырнув в эту долину, видишь, что там кипит жизнь,
потому что там тысячи активных вулканов,
и извержение может начаться в любой момент
по всей длине этой гигантской горной сети.
Когда тектонические плиты расходятся,
жидкая магма — лава — поднимается наверх и заполняет пространство между ними,
и прямо на ваших глазах
образуются новые участки суши.
А над вершинами этих гор находится толща воды длиной в 3-4 км,
создающая давление невероятной силы.
Под давлением вода устремляется в трещины к центру земли,
пока не достигает магматической камеры.
Там она нагревается до огромной температуры,
перенасыщается минералами,
меняет направление потока и взлетает вверх,
извергаясь на поверхность земли, как гейзер в Йеллоустоне.
Эта местность похожа
на Йеллоустонский Национальный парк со всеми его достопримечательностями.
Температура жидкости из вулкана — около 350°С,
а вода вокруг почти ледяная,
поэтому жидкость тут же остывает
и не может больше удерживать
растворённые в ней вещества.
Они оседают, образуя чёрный дым
и формируя эти башни, эти трубы
высотой от 3 до 9 метров.
Эти трубы раскалены от жара
и густо заселены подводными обитателями.
Здесь полно «Чёрных курильщиков»
и труб с трубчатыми червями
длиной в несколько метров.
На голове у них
красивые красные перистые щупальца.
А среди запутанного клубка из трубчатых червей
живёт целая колония животных:
креветки, рыбы, омары, крабы,
двустворчатые моллюски и членистоногие.
Они пытаются найти тёпленькое местечко
между обжигающим кипятком и ледяной водой.
Это целая экосистема,
о которой учёные узнали
только 33 года назад.
Она поставила науку с ног на голову.
Она заставила учёных переосмыслить идею
о месте зарождения жизни на земле.
До открытия этих подводных источников
все считали главной причиной жизни на земле
солнце и фотосинтез.
Но под водой нет солнца,
нет фотосинтеза.
Здесь главную роль играет хемосинтез.
Жизнь здесь очень недолговечна.
Можно снять этот
удивительный гидротермальный источник,
который кажется элементом пейзажа другой планеты.
Даже не верится, что это тоже часть планеты Земля.
Он похож на декорацию из фильма об инопланетянах.
Но если вернуться к тому же источнику через 8 лет,
он может быть совершенно мёртвым.
Там нет горячей воды.
Животные исчезли — они умерли.
Остались только трубы,
и это место стало похоже на город призраков —
зловещий и мрачный,
хотя призраки животных там, конечно, не ходят.
Но если проплыть на 15 км дальше...
Пшшш! Там уже извергается другой вулкан,
и сформировалась новая колония животных.
Этот цикл жизни и смерти гидротермальных источников и их колоний
повторяется каждые 30-40 лет
по всему хребту.
Длительность жизни
возле гидротермального источника
не особо отличается
от других мест,
которые я повидал за 35 лет путешествий и съёмок.
Бывает, едешь и снимаешь несколько классных эпизодов в заливе,
потом возвращаешься домой
и думаешь: «Чего бы ещё поснимать...
О! Я знаю, где это можно снять.
Поеду-ка я снова в тот красивый залив, там много кораллов и ротоногих».
Приезжаешь, а там всё вымерло.
Вместо кораллов — водоросли, а вода похожа на гороховый суп.
Думаешь: «В чём дело?»
Оборачиваешься
и видишь сзади холм, где идёт стройка,
и бульдозеры швыряют землю в разные стороны,
а с другой стороны
находится поле для гольфа.
А вокруг тропики —
здесь дождь льёт круглыми сутками.
Дождевая вода течёт с холмов вниз
и приносит мусор со стройки,
который оседает на кораллах и убивает их.
А с поля для гольфа
в залив текут пестициды,
которые убивают личинок и мелких животных,
и удобрения, от которых вода начинает цвести, —
и получается гороховый суп.
Но к счастью, я видел и другую картину.
Я видел одну бухту, похожую на свалку.
Я взглянул на неё, сказал «Фу!»
и отправился работать на другой конец острова.
Через 5 лет возвращаюсь,
и та же самая бухта теперь восхитительно прекрасна!
Там живые кораллы, полно рыбы,
кристально-чистая вода. Я изумился: «Что за чудо?»
А чудо в том,
что местные жители активизировались.
Они узнали, что происходит на холме, и пресекли это;
приняли нужные законы и заставили
строителей и хозяев поля для гольфа
нести ответственность за наносимый ими вред.
Мусор перестал течь в бухту,
химикаты перестали течь в бухту,
и бухта ожила!
У океана есть потрясающая способность
восстанавливаться, если мы просто оставим его в покое.
Я думаю, что лучше всего
об этом сказала Маргарет Мид.
Она сказала, что горстка неравнодушных людей
может изменить мир.
Это чистая правда.
Горстка неравнодушных людей
изменила эту бухту.
Я очень люблю общественные организации.
Я прочёл много лекций,
и в конце кто-нибудь
обязательно спрашивал меня:
«А что я могу сделать?
Я один, я сам по себе,
а эти проблемы настолько крупные и глобальные, что кажутся непреодолимыми».
Хороший вопрос.
Я отвечаю: «Не смотрите
на масштабные мировые проблемы.
Загляните на собственный задний двор.
Загляните себе в душу.
Что не в порядке там, где вы живёте?
Исправьте это.
Наведите порядок в собственном квартале
и заразите своим примером остальных.
Возможно, эти спасённые зоны
распространятся по карте множеством точек.
А учитывая то, как мы сейчас можем общаться, —
когда на Аляске мгновенно узнают о том, что происходит в Китае,
а в Новой Зеландии то, а в Англии это...
Мы постоянно обмениваемся новостями,
точки на карте уже не изолированы друг от друга,
мы создали единую сеть.
Возможно, эти спасённые зоны будут расти
и даже накладываться друг на друга. Тогда и начнутся настоящие чудеса.
Вот как я отвечаю на этот вопрос.
Загляните на собственный задний двор, посмотрите в зеркало.
Какое дело важнее,
чем то, что вы делаете сейчас?
Сделайте его и расскажите друзьям.
Колонии животных у гидротермальных источников
не могут повлиять
на цикл жизни и смерти,
который происходит там, где они живут. Но мы можем.
Теоретически, мы — мыслящие, разумные люди,
и мы можем так изменить наше поведение,
что оно повлияет на состояние окружающей среды,
точно так же, как те люди, спасшие бухту.
На вручении приза TED за лучшее пожелание Сильвия Эрли
упрашивала нас сделать что-нибудь,
всё, что в наших силах,
чтобы сохранить
не крохотные зоны,
а огромные просторы океана.
Она называет их «места надежды».
И я готов громко рукоплескать ей.
Я тоже надеюсь, что некоторые из этих «мест надежды»
будут в глубине океана —
том пространстве, которым мы всегда пренебрегали,
а иногда и обращались с ним крайне жестоко.
Вспоминается выражение «6 ярдов под водой».
«Если эта куча мусора слишком большая или ядовитая для свалки,
бросьте её на 6 ярдов под водой».
Я надеюсь, что мы сможем создать и сохранить
некоторые из этих «мест надежды» в глубинах океана.
У меня нет приза за лучшее пожелание,
но я с уверенностью заявляю,
что сделаю всё возможное,
чтобы мечта Сильвии Эрли сбылась.
Для этого я и пришёл сюда.
Большое спасибо. (Аплодисменты)