Я нейробиолог, профессор Университета Калифорнии.
И на протяжении последних 35 лет
я изучал поведение,
на основе всего, начиная с генов,
нейротрансмиттеров, допамина и так далее,
вплоть до схемного анализа.
Этим я обычно и занимаюсь.
Но недавно я почему-то
занялся другой темой.
Все началось с того, что один из моих коллег попросил меня
проанализировать головной мозг
множества убийц-психопатов.
Примерно вот так выглядит мое обычное выступление.
И вопрос таков: "Как же человек становится убийцей-психопатом?"
Под убийцами-психопатами я подразумеваю
этих людей, такого рода людей.
И некоторые образцы мозга, которые я изучал,
принадлежат известным вам людям.
Когда я получал образцы, я не знал, чей конкретно мозг передо мной.
Я работал слепым методом - то есть мне давали и образцы нормальных людей.
\
и получил достаточно статистических данных.
Мы изучали предмет теоретически,
на основе генетики,
повреждений мозга, взаимодействия с окружающим миром -
как конкретно работает этот механизм.
Нас интересовало, где именно в мозгу происходит сбой,
и какая его часть наиболее важна.
Итак, мы изучали вот это.
Взаимодействие генов,
так называемый "эпигенетический эффект",
повреждение головного мозга и внешние условия,
и как все это связано между собой.
И становление психопата, убийцы зависит от того,
когда именно произошло повреждение.
Это действительно очень точно определенный момент.
Так появляются разные типы психопатов.
С этим мы согласны. А сейчас, просто чтобы показать вам закономерность.
А она заключается в том, что у всех, кого я исследовал, у каждого из них,
из этих убийц, серийных убийц,
была повреждена глазнично-лобная кора мозга.
Расположенная прямо над глазами, над глазницами,
а также внутренняя часть височной доли.
Все они имели это повреждение,
но у каждого были и небольшие различия.
У них были и другие виды повреждений мозга.
Ключевой момент - это влияние
генов насилия,
таких как ген МАО-А.
И разновидность этого гена есть и у нормальных людей.
У некоторых из вас. И это сцепленный с полом ген.
Он содержится в Х-хромосоме. И в этом случае,
его можно получить только от матери.
Скорее всего именно поэтому в основном мужчины
являются маньяками-убийцами,
или они просто очень агрессивны.
Потому что дочь может получить одну Х-хромосому от отца,
вторую - от матери, эффект как бы ослабляется.
Но сын может получить Х-хромосому
только от своей матери.
Вот как это передается от матери сыну.
Дело также и в избытке серотонина во время развития зародыша.
Что довольно интересно, ведь серотонин
должен оказывать успокаивающее и раслабляющее действие.
Но если у вас есть этот ген, то в утробе
ваш мозг купается в серотонине.
И он целиком становится невосприимчив к нему.
И в дальнейшей жизни он уже не работает.
Я уже выступал с этой темой в Израиле,
как раз в прошлом году.
И это навело меня на мысль.
Теоретически для того,
чтобы этот ген проявился
в такой жесткой форме, вы должны пережить,
в раннем детстве, в допубертатный период,
нечто действительно травмирующее.
Не легкий стресс, когда вас отшлепали один раз,
а действительно видеть насилие,
быть в него вовлеченным, с эффектом присутствия.
Верно? Так работает зеркальная нейронная система.
И если у вас есть этот ген,
и в определенной ситуации
вы видите много насилия,
этого достаточно для беды, полнейшей катастрофы.
И что, как мне кажется, произойдет в тех частях мира,
где постоянно царит насилие,
так это появление поколений детей,
насмотревшихся всей этой жестокости.
И если бы я был юной девушкой в одной из этих стран,
и искал бы себе бойфренда,
я бы выбрал крутого парня, способного защитить меня.
И проблема в том, что это ведет к концентрации таких генов.
И теперь и мальчики, и девочки получают их.
Я думаю, что после нескольких поколений
мы будем сидеть на настоящей пороховой бочке.
В этом заключалась моя мысль.
Но потом моя мать сказала мне: "Я слышала, что ты ездишь повсюду
с лекциями о маньяках-убийцах.
И говоришь так, словно сам из нормальной семьи."
Я сказал: "О чем, черт побери, ты говоришь?"
И она рассказала мне о нашей родословной.
И, естественно, она винит во всем линию отца.
Потому что в ее семье не было случаев насилия,
а у моего отца были.
Она сказала: "Есть хорошая новость и плохая новость.
Один из твоих родственников - Эзра Корнелл, основатель Корнеллского университета.
А плохая новость в том, что твоей родственницей так же является Лиззи Борден."
Я сказал: "Ладно. Ну и что? Есть у нас Лиззи."
Она ответила: "Теперь самое плохое. Прочти эту книгу."
Вот эту историческую книгу, "Странное убийство."
Первое убийство
собственной матери сыном
было совершено моим прапрапрапрапрапрадедом.
Итак, это первый случай матереубийства.
Это очень интересная книга - она об охоте на ведьм,
и о том, как люди думали тогда.
Но это еще не все.
С тех пор было еще семь мужчин по отцовской линии,
Корнеллов, которые все были убийцами.
Здесь поневоле призадумаешься,
(Смех)
потому что сам мой отец
и три моих дяди во время Второй Мировой Войны
отказались нести воинскую службу, все оказались трусишками.
Но время от времени, трижды в сто лет, появляется очередная Лиззи Борден,
и сейчас вроде как раз время.
(Смех)
Мораль истории такова:
не надо в чужом глазу соломину искать, когда в своем бревна не замечаешь.
Хотя, скорее такова:
[Надпись на слайде: Мне все равно, что обо мне известно миру. Лишь бы моя мама ничего не прознала.] (Смех)
И мы вынуждены были принять меры. Теперь наши дети обо всем узнали.
и похоже, что они в порядке.
А вот наших внуков это может обеспокоить.
И тогда я начал делать томографию мозга
всем членам семьи.
(Смех)
Мы делали томографию, ЭЭГ и генетические анализы,
чтобы знать, откуда ждать неприятностей.
Как выяснилось, есть у нас
родные брат и сестра,
которые не ладят между собой. И их снимки совершенно одинаковые,
у них одинаковое устройство мозга, одинаковые ЭЭГ.
И они ближе всего подходят к схеме.
Так что неприятности где-то возникнут.
И мы не знаем, где и когда их ждать.
Ну вот и все.
(Смех)