Return to Video

Что мы не знаем о мусульманских детях из Европы

  • 0:01 - 0:05
    Ещё будучи ребёнком, я знала,
    что обладаю сверхспособностями.
  • 0:07 - 0:08
    Да, именно так.
  • 0:08 - 0:09
    (Смех)
  • 0:09 - 0:13
    Я считала себя удивительной из-за своей
    способности находить общий язык
  • 0:13 - 0:15
    с выходцами с Ближнего Востока,
  • 0:15 - 0:19
    такими как мой дедушка —
    консервативный мусульманин.
  • 0:19 - 0:24
    Понимала я маму-афганку и папу-пакистанца,
  • 0:24 - 0:28
    не столько религиозных,
    сколько невозмутимых и в меру либеральных.
  • 0:28 - 0:30
    И конечно, я понимала чувства
  • 0:30 - 0:33
    и находила общий язык
    с белыми жителями Норвегии,
  • 0:33 - 0:34
    страны, где я росла.
  • 0:35 - 0:38
    Будь то белые, смуглые, какие-угодно —
  • 0:38 - 0:40
    я любила их всех.
  • 0:40 - 0:41
    Я всех понимала,
  • 0:41 - 0:44
    даже тогда, когда они сами
    не понимали друг друга.
  • 0:44 - 0:45
    Они все были мне близки.
  • 0:46 - 0:49
    Несмотря на это,
    мой отец всегда был обеспокоен.
  • 0:49 - 0:52
    Он часто говорил,
    что даже с лучшим образованием
  • 0:52 - 0:55
    у меня не будет
    равных возможностей с другими,
  • 0:55 - 0:59
    и рано или поздно я столкнусь
    с дискриминацией,
  • 0:59 - 1:01
    и единственный способ
    быть принятой европейцами —
  • 1:01 - 1:04
    стать знаменитой.
  • 1:04 - 1:08
    Заметьте, этот разговор произошёл
    между нами, когда мне было семь лет.
  • 1:08 - 1:11
    Именно тогда отец сказал:
  • 1:11 - 1:15
    «Знаменитой ты можешь стать
    или в спорте, или в музыке».
  • 1:15 - 1:19
    Он не был силён в спорте,
    поэтому мне досталась музыка.
  • 1:19 - 1:24
    Итак, когда мне было семь лет,
    он собрал все мои игрушки,
  • 1:24 - 1:25
    кукол в том числе, и выбросил их.
  • 1:26 - 1:30
    Взамен я получила дешёвый
    синтезатор фирмы Casio...
  • 1:30 - 1:31
    (Смех)
  • 1:31 - 1:33
    и уроки пения.
  • 1:33 - 1:38
    Отец заставлял меня практиковаться
    часами каждый день.
  • 1:38 - 1:42
    Довольно быстро он начал представлять
    меня всё большей и большей аудитории,
  • 1:42 - 1:46
    и, как ни странно, я стала олицетворением
    ребёнка, выросшего в Норвегии,
  • 1:46 - 1:48
    характеризующейся многообразием взглядов.
  • 1:49 - 1:50
    Я, конечно, была очень горда,
  • 1:51 - 1:54
    потому что даже газеты в то время
  • 1:54 - 1:56
    начали писать положительные
    вещи о выходцах с Востока,
  • 1:56 - 2:00
    и я чувствовала,
    что мои сверхспособности развиваются.
  • 2:01 - 2:04
    Когда мне было двенадцать,
    возвращаясь из школы домой,
  • 2:04 - 2:05
    я пошла другой дорогой,
  • 2:05 - 2:09
    потому что захотела купить свои любимые
    конфеты — «солёные лапки».
  • 2:09 - 2:11
    Знаю, название ужасное,
  • 2:12 - 2:13
    но я их просто обожала.
  • 2:13 - 2:18
    По сути, это солёные лакричные кусочки
    в форме ступни.
  • 2:18 - 2:23
    Произнося это название вслух,
    я понимаю, как странно оно звучит,
  • 2:24 - 2:27
    но всё равно это было
    моё самое любимое лакомство.
  • 2:27 - 2:29
    Когда я уже собиралась войти в магазин,
  • 2:29 - 2:33
    дорогу мне преградил белый мужчина,
  • 2:33 - 2:39
    я попыталась обойти его,
    но он остановил меня,
  • 2:39 - 2:41
    пристально посмотрел мне в глаза
  • 2:42 - 2:44
    и плюнул мне в лицо, сказав:
  • 2:44 - 2:45
    «Убирайся с дороги,
  • 2:45 - 2:49
    маленькая чёрная дрянь,
    пакистанская сучка, —
  • 2:49 - 2:51
    убирайся туда, откуда приехала».
  • 2:52 - 2:55
    Я была смертельно напугана.
  • 2:55 - 2:56
    Я смотрела на него,
  • 2:56 - 2:59
    мне было настолько страшно,
    что даже не вытерла с лица
  • 3:00 - 3:02
    плевок, смешавшийся со слезами.
  • 3:02 - 3:06
    Помню, как я огляделась вокруг
    в надежде, что сейчас подойдёт
  • 3:06 - 3:09
    какой-нибудь взрослый и остановит его.
  • 3:09 - 3:14
    Но вместо этого, все проходили мимо,
    притворяясь, что спешат и не видят меня.
  • 3:14 - 3:18
    Я была очень обескуражена,
    потому что подумала тогда:
  • 3:19 - 3:22
    «Ну же, где вы, мои белые люди?
    Что происходит?
  • 3:22 - 3:24
    Почему они не приходят и не спасают меня?»
  • 3:25 - 3:27
    Понятно, что я не купила конфеты,
  • 3:27 - 3:29
    а побежала со всех ног домой.
  • 3:30 - 3:32
    Я подумала: в целом же всё в порядке.
  • 3:33 - 3:36
    Время шло, я становилась всё успешнее,
  • 3:36 - 3:40
    и в итоге стала подвергаться нападкам
    и со стороны выходцев с Востока.
  • 3:42 - 3:45
    Некоторые мужчины из окружения моего отца
    считали неприемлемым
  • 3:45 - 3:50
    и позорным для женщины заниматься музыкой
  • 3:50 - 3:52
    и тем более так часто появляться в СМИ.
  • 3:53 - 3:59
    Вскоре меня начали оскорблять
    на моих собственных концертах.
  • 3:59 - 4:04
    Помню, на одном из концертов,
    стоя на сцене, я наклонилась к зрителям,
  • 4:04 - 4:07
    и последнее, что я увидела, —
    лицо смуглого парня,
  • 4:07 - 4:11
    а потом какое-то химическое вещество
    было брошено мне в глаза.
  • 4:11 - 4:14
    Я ничего не видела, глаза слезились,
  • 4:15 - 4:16
    но я всё равно продолжила петь.
  • 4:17 - 4:22
    Мне плевали в лицо на улицах Осло,
    теперь мужчины с коричневым цветом кожи.
  • 4:22 - 4:26
    Однажды меня даже пытались похитить.
  • 4:26 - 4:28
    Звучали постоянные угрозы убийства.
  • 4:28 - 4:31
    Помню, меня остановил на улице
    пожилой бородатый мужчина и сказал:
  • 4:31 - 4:33
    «Я люто ненавижу тебя за то,
    что твой пример
  • 4:33 - 4:35
    заставляет наших дочерей думать,
  • 4:35 - 4:37
    что они могут делать всё что захотят».
  • 4:39 - 4:41
    Один юноша посоветовал мне остерегаться,
  • 4:41 - 4:44
    он сказал: «Музыка — это не по-исламски,
    это профессия шлюх,
  • 4:44 - 4:47
    и если ты будешь продолжать ею заниматься,
  • 4:47 - 4:52
    тебя изнасилуют и вспорют живот,
    чтобы ты не смогла родить еще одну шлюху».
  • 4:54 - 4:55
    Я снова была обескуражена,
  • 4:55 - 4:57
    не понимала, что происходит.
  • 4:57 - 5:01
    Мои же соотечественники стали
    обращаться со мной подобным образом.
  • 5:02 - 5:05
    Как же так? Вместо того,
    чтобы соединить эти два мира,
  • 5:05 - 5:08
    я чувствовала, что проваливаюсь
    в бездну между ними.
  • 5:08 - 5:11
    Думаю, плевки стали моей
    «ахиллесовой пятой».
  • 5:13 - 5:15
    Когда мне исполнилось 17,
  • 5:15 - 5:18
    поток угроз убийства
    и оскорблений был нескончаем.
  • 5:18 - 5:20
    Ситуация стала настолько невыносимой,
    что мама сказала мне:
  • 5:20 - 5:24
    «Мы уже не способны обеспечить
    твою защиту и безопасность,
  • 5:24 - 5:26
    поэтому тебе придётся уехать».
  • 5:26 - 5:31
    Так что я купила билет в один конец
    до Лондона, собрала чемодан и ушла.
  • 5:32 - 5:36
    Самым большим разочарованием было то,
    что никто ничего не сказал.
  • 5:36 - 5:38
    Мой отъезд из Норвегии был
    достаточно публичным.
  • 5:39 - 5:43
    Никто из моих знакомых, будь то белые
    или темнокожие, не сказал ничего.
  • 5:43 - 5:45
    Никто не произнёс:
    «Постойте, это не правильно.
  • 5:46 - 5:50
    Поддержите эту девушку, защитите её,
    она же одна из нас».
  • 5:50 - 5:51
    Никто не сказал ничего подобного.
  • 5:51 - 5:54
    В тот момент у меня было такое чувство...
    знаете, в аэропорту
  • 5:55 - 5:58
    на багажной ленте выкатываются
    разные чемоданы,
  • 5:58 - 5:59
    один за другим по кругу,
  • 5:59 - 6:02
    и всегда один остаётся.
  • 6:02 - 6:05
    Один чемодан, который никому не нужен
    и который никто не ищет.
  • 6:05 - 6:06
    Вот так я себя и чувствовала:
  • 6:07 - 6:10
    одинокой и брошенной как никогда.
  • 6:12 - 6:16
    Переехав в Лондон, я со временем
    возобновила музыкальную карьеру.
  • 6:17 - 6:20
    К сожалению, на новом месте
    повторилась та же самая история.
  • 6:21 - 6:24
    Помню, получила сообщение,
    в котором говорилось,
  • 6:24 - 6:28
    что меня собираются убить
    и что прольётся море крови,
  • 6:28 - 6:31
    а перед смертью меня
    многократно изнасилуют.
  • 6:31 - 6:33
    Надо сказать, к этому моменту
  • 6:33 - 6:35
    я уже почти привыкла получать
    подобные послания.
  • 6:35 - 6:39
    Но в этот раз было по-другому —
    теперь начали угрожать моей семье.
  • 6:41 - 6:46
    Поэтому я снова упаковала чемодан,
    бросила музыку и уехала в США.
  • 6:47 - 6:48
    С меня было довольно.
  • 6:48 - 6:50
    Я больше не хотела ничего с этим делать.
  • 6:50 - 6:53
    И точно не собиралась быть убитой за то,
  • 6:53 - 6:56
    что даже не было моей мечтой,
    ведь карьеру мне выбрал отец.
  • 6:58 - 7:01
    Я чувствовала себя потерянной,
  • 7:01 - 7:03
    словно расколотой на части.
  • 7:03 - 7:05
    Но решила, что хочу посвятить
  • 7:05 - 7:09
    ближайшие годы жизни поддержке молодёжи,
  • 7:09 - 7:10
    и даже если моя помощь
  • 7:10 - 7:13
    будет незначительна,
  • 7:13 - 7:15
    делать всё от меня зависящее.
  • 7:15 - 7:18
    Итак, я занялась волонтёрской
    работой в различных организациях,
  • 7:18 - 7:23
    оказывающих поддержку молодым
    мусульманам, живущим в Европе.
  • 7:24 - 7:27
    Я была очень удивлена тем фактом,
  • 7:27 - 7:32
    как много молодых людей
    страдали и испытывали трудности.
  • 7:32 - 7:36
    Они противостояли немалому числу проблем
    в семьях и окружении,
  • 7:36 - 7:40
    похоже больше беспокоившихся
    о своей чести и репутации,
  • 7:40 - 7:42
    нежели о жизни и счастье своих
    собственных детей.
  • 7:44 - 7:48
    У меня появилось ощущение, что я не одна,
    и, возможно, я и не была такой необычной.
  • 7:48 - 7:51
    Возможно, многие мои
    соотечественники такие же.
  • 7:51 - 7:53
    Дело в том, что большинство не понимает,
  • 7:54 - 7:58
    что многие из нас, выросшие в Европе,
  • 7:58 - 8:00
    не могут позволить себе быть самими собой.
  • 8:00 - 8:02
    Мы не вольны распоряжаться собой.
  • 8:03 - 8:07
    У нас нет свободы выбора
    при вступлении в брак
  • 8:07 - 8:10
    или выборе партнёра для отношений.
  • 8:10 - 8:12
    Мы даже не можем выбрать карьеру.
  • 8:12 - 8:16
    И это является нормой в мусульманских
    общинах, живущих в Европе.
  • 8:16 - 8:19
    Даже в самом свободном обществе
    мы не свободны.
  • 8:20 - 8:24
    Наши жизни, наши мечты, наше будущее
    не принадлежат нам.
  • 8:24 - 8:27
    Всё это принадлежит нашим родителям
    и нашему сообществу.
  • 8:27 - 8:30
    Я услышала множество историй
  • 8:31 - 8:34
    о молодых людях, потерянных для общества,
  • 8:34 - 8:36
    нами не замечаемые,
  • 8:36 - 8:38
    но продолжающие страдать.
    Страдать в одиночестве.
  • 8:40 - 8:44
    Мы теряем детей, вынуждая вступать в брак
    и подчиняться жестоким законам чести.
  • 8:45 - 8:49
    В конечном итоге, проработав с такой
    молодёжью в течение нескольких лет,
  • 8:49 - 8:51
    я поняла, что так продолжаться не может —
  • 8:51 - 8:56
    нельзя убегать и прятаться
    всю оставшуюся жизнь, —
  • 8:56 - 8:58
    я обязана что-то сделать.
  • 9:00 - 9:03
    Я также осознала, что моё молчание,
    наше молчание
  • 9:03 - 9:05
    позволяет продолжаться
    подобному произволу.
  • 9:06 - 9:10
    И я решила, что наконец пришло время
    использовать мои суперспособности.
  • 9:11 - 9:15
    Смысл в том, чтобы заставить людей,
    вовлечённых в данный вопрос,
  • 9:15 - 9:20
    понять, каково этой молодёжи,
    «застрявшей» между семьёй и страной.
  • 9:21 - 9:24
    Я начала снимать фильмы,
    рассказывая в них эти истории.
  • 9:25 - 9:29
    И мне хотелось, чтобы люди осознали
    смертельную опасность того,
  • 9:29 - 9:31
    что мы не принимаем эти проблемы всерьёз.
  • 9:32 - 9:34
    Поэтому мой первый фильм был о Баназ.
  • 9:35 - 9:39
    Эта 17-летняя девушка-курдянка из Лондона
  • 9:40 - 9:42
    росла послушной, выполняя всё,
    что хотели её родители.
  • 9:43 - 9:45
    Она старалась всё делать правильно.
  • 9:45 - 9:48
    Вышла замуж за того,
    кого выбрали для неё родители,
  • 9:48 - 9:51
    даже несмотря на то, что муж
    постоянно избивал и насиловал её.
  • 9:52 - 9:55
    А обратившись к своей семье
    за помощью, она услышала:
  • 9:55 - 9:57
    «Возвращайся к мужу и будь хорошей женой».
  • 9:57 - 10:00
    Потому что разведённая дочь
    им не была нужна,
  • 10:00 - 10:03
    так как этот факт несомненно
    опозорил бы их семью.
  • 10:04 - 10:06
    Муж избивал её настолько сильно,
    что из ушей шла кровь.
  • 10:07 - 10:12
    В итоге она ушла от него
    и встретила молодого человека,
  • 10:12 - 10:14
    которого сама выбрала и полюбила.
  • 10:14 - 10:16
    Семья и община узнали об этом,
  • 10:16 - 10:18
    и вскоре девушка исчезла.
  • 10:18 - 10:20
    Нашли её спустя три месяца.
  • 10:21 - 10:25
    Её запихнули в чемодан
    и похоронили в подвале дома.
  • 10:28 - 10:32
    Молодая женщина
    была задушена и избита до смерти
  • 10:33 - 10:37
    тремя мужчинами, её двоюродными братьями,
    по приказу её отца и дяди.
  • 10:38 - 10:40
    Добавляет трагичности тот факт,
  • 10:40 - 10:46
    что Баназ обращалась за помощью
    в английскую полицию пять раз.
  • 10:46 - 10:49
    Она объясняла, что члены семьи
    собираются её убить.
  • 10:49 - 10:52
    В полиции ей не верили,
    поэтому не предпринимали ничего.
  • 10:53 - 10:54
    И суть проблемы в том,
  • 10:54 - 10:59
    что многие наши дети сталкиваются
  • 10:59 - 11:02
    с такими проблемами не только
    в своих семьях и в своём окружении,
  • 11:02 - 11:06
    но и в странах, где они живут и растут,
  • 11:07 - 11:10
    их встречает непонимание и равнодушие.
  • 11:12 - 11:16
    Когда их предают их собственные семьи,
    молодые люди ищут понимания у нас,
  • 11:16 - 11:18
    но когда и мы их не понимаем,
  • 11:18 - 11:20
    они терпят крах.
  • 11:21 - 11:24
    В процессе работы над фильмом
    несколько человек говорили мне:
  • 11:24 - 11:27
    «Послушай, Дийа, у них такая культура,
  • 11:27 - 11:29
    так они поступают со своими детьми,
  • 11:29 - 11:31
    и мы не можем вмешиваться».
  • 11:32 - 11:35
    Могу вас заверить — быть убитым —
    это не моя культура.
  • 11:36 - 11:37
    Знаете это?
  • 11:38 - 11:39
    Несомненно, подобные мне люди,
  • 11:39 - 11:42
    молодые женщины с таким
    прошлым, как у меня,
  • 11:42 - 11:46
    должны иметь такие же права,
    такие же способы защиты,
  • 11:46 - 11:49
    как и любой другой в нашей стране.
    Разве не так?
  • 11:50 - 11:55
    Поэтому в следующем фильме
    я хотела разобраться,
  • 11:55 - 11:58
    почему некоторые мусульманские дети
  • 11:58 - 12:00
    вовлекаются в экстремизм и насилие.
  • 12:01 - 12:02
    Но затронув эту тему,
  • 12:02 - 12:05
    поняла, что мне придётся столкнуться
    со своим главным страхом:
  • 12:07 - 12:09
    бородатыми смуглыми мужчинами.
  • 12:11 - 12:14
    Теми же самыми или подобными тем,
  • 12:14 - 12:17
    что преследовали меня бóльшую
    часть моей жизни.
  • 12:18 - 12:20
    Мужчины, которых я боялась
    больше всего на свете.
  • 12:20 - 12:23
    Мужчины, которых я в глубине души
  • 12:23 - 12:25
    ненавижу уже много-много лет.
  • 12:25 - 12:29
    В течение следующих двух лет
    я брала интервью у осуждённых террористов,
  • 12:29 - 12:32
    джихадистов и бывших экстремистов.
  • 12:32 - 12:35
    Я уже знала, ведь это было очевидно,
  • 12:35 - 12:40
    что религия, политика,
    колониальное прошлое Европы,
  • 12:40 - 12:44
    внешнеполитические провалы на Западе
    в последние годы —
  • 12:45 - 12:46
    всё это — части целого.
  • 12:47 - 12:50
    Мне же очень хотелось выяснить
    социальные и личностные
  • 12:50 - 12:51
    причины того,
  • 12:51 - 12:56
    почему некоторые наши молодые люди
    так восприимчивы к влиянию подобных групп.
  • 12:57 - 13:01
    И что удивило меня больше всего
    в увиденном — искалеченные души.
  • 13:04 - 13:06
    Вместо монстров, которых я искала
  • 13:06 - 13:08
    и которых ожидала найти,
  • 13:08 - 13:11
    что, честно говоря, могло бы
    меня удовлетворить,
  • 13:11 - 13:12
    я нашла сломленных людей.
  • 13:14 - 13:15
    Подобно Баназ,
  • 13:15 - 13:18
    эти молодые люди разрывались
  • 13:18 - 13:21
    в попытке построить так называемый мост,
  • 13:21 - 13:24
    наладить отношения между своими семьями
    и странами, в которых родились.
  • 13:26 - 13:29
    Я также узнала, что экстремистские
    и террористические группы
  • 13:29 - 13:33
    пользуются этими чувствами
    нашей молодёжи для того,
  • 13:33 - 13:36
    чтобы цинично направлять их
    к совершению насилия.
  • 13:36 - 13:38
    «Присоединяйся к нам!» — говорят они.
  • 13:38 - 13:41
    Откажись и от семьи, и от страны,
  • 13:41 - 13:43
    потому что они отказались от тебя.
  • 13:43 - 13:46
    Твоя семья печётся
    о своей репутации, а не о тебе,
  • 13:46 - 13:47
    а твоя страна
  • 13:47 - 13:53
    примет истинного норвежца, британца,
    француза — белого европейца, но не тебя.
  • 13:54 - 13:57
    Они также обещают нашей молодёжи то,
    чего она так жаждет:
  • 13:58 - 14:02
    значимость, возможность проявить себя,
    чувство принадлежности,
  • 14:02 - 14:04
    наличие цели, любящее
    и принимающее их общество.
  • 14:05 - 14:08
    Они позволяют слабым
    почувствовать себя могущественными.
  • 14:08 - 14:13
    А невидимым и неуслышанным —
    стать увиденными и услышанными.
  • 14:15 - 14:18
    Вот какова их роль.
  • 14:18 - 14:22
    Почему же это делают
    для нашей молодёжи они, а не мы?
  • 14:23 - 14:24
    Суть не в том,
  • 14:24 - 14:28
    что я пытаюсь обосновать
  • 14:28 - 14:31
    или оправдать какое-либо
    проявление насилия.
  • 14:31 - 14:35
    Я лишь хочу, чтобы вы поняли,
  • 14:35 - 14:38
    почему это привлекает часть молодёжи.
  • 14:40 - 14:42
    Я также хотела бы вам показать
  • 14:42 - 14:45
    детские фотографии некоторых
    молодых людей из этого фильма.
  • 14:47 - 14:50
    Меня очень поразило то,
    что многие из них —
  • 14:51 - 14:53
    никогда бы не подумала —
  • 14:53 - 14:56
    имели равнодушных или жестоких отцов.
  • 14:57 - 14:59
    И некоторые из этих молодых людей
  • 14:59 - 15:03
    в итоге нашли заботливых
    и любящих наставников
  • 15:03 - 15:05
    в этих экстремистских группах.
  • 15:06 - 15:09
    Я также увидела среди них людей,
    озверевших от расистского насилия,
  • 15:09 - 15:12
    но переставших чувствовать себя жертвами
  • 15:12 - 15:14
    посредством собственной жестокости.
  • 15:14 - 15:19
    И самое ужасное — я нашла то,
    что когда-то уже пережила.
  • 15:19 - 15:25
    Я испытала те же чувства, что во время
    побега из Норвегии, когда мне было 17.
  • 15:26 - 15:30
    Ту же самую растерянность,
    ту же самую печаль,
  • 15:30 - 15:33
    ту же самую боль предательства
  • 15:35 - 15:36
    и одиночество.
  • 15:39 - 15:42
    И снова — чувство потерянности
    и разорванности меж двух культур.
  • 15:43 - 15:45
    Но при этом я не ожесточилась,
  • 15:45 - 15:48
    а взяла вместо оружия видеокамеру.
  • 15:48 - 15:51
    Я так поступила
    из-за моей суперспособности.
  • 15:51 - 15:56
    Мне было ясно, что выход из создавшейся
    ситуации — в понимании, а не в жестокости.
  • 15:56 - 15:58
    Понимать людей
  • 15:58 - 16:02
    со всеми их добродетелями и пороками,
  • 16:02 - 16:04
    вместо того чтобы продолжать
  • 16:04 - 16:06
    сравнивать себя с ними,
    сравнивать жертв и злодеев.
  • 16:06 - 16:08
    Я также примирилась с мыслью о том,
  • 16:09 - 16:12
    что два моих мира не должны
    противостоять друг другу,
  • 16:12 - 16:15
    это я должна найти своё место между ними.
  • 16:16 - 16:19
    Я перестала думать о том,
    на чью сторону стать.
  • 16:19 - 16:21
    Но на это ушло много-много лет.
  • 16:22 - 16:24
    Сегодня огромное количество нашей молодёжи
  • 16:24 - 16:26
    борется с теми же самыми проблемами,
  • 16:26 - 16:28
    но они делают это в одиночку.
  • 16:29 - 16:32
    По этой причине они уязвимы.
  • 16:33 - 16:36
    И для некоторых из них мировоззрение
    радикального ислама
  • 16:36 - 16:39
    становится чем-то вроде инфекции,
    которая их поражает.
  • 16:41 - 16:44
    В одной африканской пословице говорится:
  • 16:46 - 16:49
    если молодых людей не приняли в деревне —
    они сожгут её дотла,
  • 16:49 - 16:52
    чтобы почувствовать её тепло.
  • 16:53 - 16:55
    Я бы хотела спросить
  • 16:56 - 16:58
    родителей-мусульман
    и мусульманские общины:
  • 16:58 - 17:01
    будете ли вы любить своих детей
  • 17:01 - 17:03
    без навязывания им своих представлений?
  • 17:03 - 17:06
    Вы способны предпочесть ребёнка репутации?
  • 17:06 - 17:09
    Можете ли вы понять, почему они настолько
    злые и отчуждённые,
  • 17:09 - 17:12
    если для вас важнее ваша честь,
    а не их счастье?
  • 17:13 - 17:15
    Способны ли вы попытаться стать
    вашему ребёнку другом,
  • 17:15 - 17:17
    которому он мог бы доверять
  • 17:17 - 17:19
    и делиться своими переживаниями,
  • 17:19 - 17:21
    а не искать для этого кого-то ещё?
  • 17:22 - 17:25
    Теперь я обращаюсь к молодёжи,
    подвергшейся влиянию экстремизма:
  • 17:27 - 17:30
    вы можете признаться, что ваш гнев
    подпитывается болью?
  • 17:32 - 17:35
    Вы найдёте в себе силы противостоять
    тем циничным взрослым,
  • 17:35 - 17:38
    которые хотят использовать вашу
    кровь для собственной выгоды?
  • 17:39 - 17:41
    Вы найдёте способ устроить свою жизнь?
  • 17:42 - 17:44
    Понимаете ли вы, что лучшая месть —
  • 17:44 - 17:48
    полноценно жить счастливой
    и свободной жизнью?
  • 17:48 - 17:50
    Жизнью, выбранную вами,
    а не кем-то другим.
  • 17:51 - 17:54
    Почему вы хотите стать всего лишь ещё
    одним убитым мусульманским ребёнком?
  • 17:55 - 17:59
    А всех нас спрашиваю: когда мы начнём
    прислушиваться к нашей молодёжи?
  • 18:00 - 18:02
    Как мы можем поддержать их
  • 18:02 - 18:06
    в том, чтобы направить их боль и страдания
    на что-то конструктивное и полезное?
  • 18:07 - 18:08
    Они считают, что мы их не любим,
  • 18:08 - 18:11
    что нам дела нет до того,
    что с ними происходит.
  • 18:11 - 18:13
    Они думают, что мы их не принимаем.
  • 18:13 - 18:16
    Есть ли способ дать им понять,
    что это не так?
  • 18:17 - 18:20
    Что нужно сделать,
    чтобы увидеть и заметить их,
  • 18:20 - 18:25
    прежде чем они станут жертвами
    или инициаторами насилия?
  • 18:25 - 18:29
    Способны ли мы заставить себя
    заботиться о них и считать их своими?
  • 18:29 - 18:34
    Или мы можем только возмущаться,
    когда жертвы насилия выглядят как мы?
  • 18:34 - 18:39
    Готовы ли мы отбросить ненависть
    и стереть возникшие разногласия?
  • 18:39 - 18:43
    Смысл в том, что мы не можем отказаться
    друг от друга или от наших детей,
  • 18:43 - 18:45
    даже если они отказались от нас.
  • 18:45 - 18:47
    Это нас и объединяет.
  • 18:47 - 18:53
    В будущем месть и насилие не будут
    работать против экстремистов.
  • 18:53 - 18:57
    Террористы хотят, чтобы мы
    попрятались в домах от страха,
  • 18:57 - 18:59
    закрыли не только двери, но и наши сердца.
  • 18:59 - 19:03
    Они хотят, чтобы в нашем обществе
    стало больше открытых ран
  • 19:03 - 19:07
    и инфекция могла
    распространиться ещё дальше.
  • 19:07 - 19:10
    Они хотят, чтобы мы стали
    похожими на них —
  • 19:10 - 19:12
    нетерпимыми, злыми и жестокими.
  • 19:14 - 19:17
    После террористического акта в Париже
  • 19:17 - 19:20
    один мой друг прислал
    вот это фото своей дочери.
  • 19:21 - 19:23
    На нём изображены белая девочка и арабка.
  • 19:23 - 19:24
    Они лучшие подруги.
  • 19:25 - 19:29
    Такое фото — ахиллесова пята экстремистов.
  • 19:31 - 19:34
    Эти две маленькие девочки,
    обладающие суперспособностями,
  • 19:34 - 19:36
    показывают путь к обществу,
  • 19:36 - 19:39
    которое мы должны строить вместе.
  • 19:40 - 19:43
    Обществу, которое принимает
    и поддерживает,
  • 19:44 - 19:47
    а не отвергает наших детей.
  • 19:48 - 19:49
    Спасибо за внимание.
  • 19:49 - 19:56
    (Аплодисменты)
Title:
Что мы не знаем о мусульманских детях из Европы
Speaker:
Дийа Хан
Description:

Родившись в семье афганки и пакистанца в Норвегии, Дийа Хан на собственном опыте узнала, что значит быть человеком, застрявшим между своей общиной и своей страной. В этом сильном эмоциональном выступлении режиссёр обнажает то непризнание и одиночество, с которыми сталкиваются мусульманские дети, живущие на Западе, — а также смертельную опасность того, что если мы откажемся от наших детей, это обязательно приведёт их в руки экстремистов.

more » « less
Video Language:
English
Team:
TED
Project:
TEDTalks
Duration:
20:11

Russian subtitles

Revisions