Сначала я вам расскажу, что вызвало бы у моей бабушки
тревожный возглас, состоящий из пяти «ой»:
«Ой-ой-ой-ой-ой».
(Смех)
Это... Готовы?
Хорошо.
У меня рак лёгких четвёртой стадии:
«Боже, как я несчастна!»
Но я так себя не чувствую.
У меня с этим всё в порядке.
Конечно, я имею определённые преимущества:
не каждый может избрать такую легкомысленную позицию.
У меня нет малолетних детей.
Но есть взрослая дочь: и замечательная, и счастливая, и красивая.
У меня нет огромных финансовых проблем.
Мой рак не настолько агрессивен.
Он скорее похож на демократию:
(Смех)
не уверен, что победит.
Просто сидит там
и ждёт, когда банк Goldman Sachs, даст ему немного денег.
(Смех)
(Аплодисменты)
И самое прекрасное —
у меня за плечами есть большое достижение.
Да.
Я и не знала об этом, пока год назад кто-то не написал в моём Твиттере.
Вот что там было:
«Вы несёте ответственность
за то, что американские мужчины утратили мужественность».
(Смех)
(Аплодисменты)
Нет, я не могу полностью ставить это себе в заслугу, но...
(Смех)
Но что, если бы у вас не было таких преимуществ, как у меня?
Единственное, что я могу вам посоветовать, это сделать то, что сделала я:
подружитесь с реальностью.
Хуже, чем у было меня, у вас не могло бы быть.
Поначалу
реальность меня ничуть не привлекала.
Если бы тогда, когда я встретилась с реальностью, уже был Tinder,
я бы её «свайпнула влево»
и этим всё и закончилось бы.
(Смех)
Реальность и я,
мы не разделяем общих ценностей, у нас нет общих целей.
(Смех)
Честно говоря, у меня нет целей,
зато есть фантазии.
Они точно такие же, как и цели, только не нужно усердно работать.
(Смех)
(Аплодисменты)
Я не большая поклонница тяжёлой работы,
но вы же знаете, какова реальность, —
вас постоянно подталкивает
её посредник — исполнительная функция мозга...
одно из преимуществ умирания —
твоя исполнительная функция больше тобой не помыкает.
(Смех)
Но случилось кое-что,
что заставило меня осознать,
что реальность, возможно, и не реальность.
Случилось то, что случилось,
потому что главным образом я хотела, чтобы реальность оставила меня в покое;
но хотелось бы, чтобы меня оставили одну в красивом доме,
с плитой Wolf и холодильником Sub-Zero,
частными занятиями йогой...
В итоге — контракт на продолжение написания сценария с компанией Disney.
И вот я оказалась в своём новом офисе
на улице Допи [англ. придурковатый],
(Смех)
и, мне думается, такой реальностью я должна была бы гордиться...
(Смех)
И я уставилась на подарок, присланный мне по случаю прибытия:
не вазу от Lalique и не рояль — я слышала, что другим это дарили, —
а метрового, чем-то набитого Микки Мауса
(Смех)
с каталогом, на случай, если я захочу заказать что-нибудь ещё,
то, что ну совсем не в моём вкусе.
(Смех)
И когда я открыла каталог,
чтобы увидеть цену этой метровой мыши,
вот как её описали...
«В натуральную величину».
(Смех)
Вот тогда-то я и поняла.
Реальность не была «реальностью».
Реальность была самозванкой.
Поэтому я погрузилась в квантовую физику и теорию хаоса,
чтобы попытаться найти настоящую реальность;
и как только я закончила снимать фильм...
да, наконец-то закончила...
обо всём об этом,
не буду вдаваться в подробности,
короче, как только мы закончили фильм,
я сломала ногу, и она долго не заживала,
и через год мне должны были сделать ещё одну операцию:
и на это ушёл целый год —
итог: два года в инвалидной коляске.
И именно тогда я столкнулась с настоящей реальностью:
ограничения.
Те самые ограничения, которые я отрицала всю свою жизнь,
игнорировала и отгоняла прочь от себя,
были реальными,
и мне пришлось иметь с ними дело.
Они захватили моё воображение, творчество и весь мой набор навыков.
Оказалось, что я великолепна в настоящей реальности:
я не просто примирилась с ней,
я влюбилась.
И уж я-то должна была знать,
учитывая мои такие же ненадёжные отношения с духом времени...
Кстати, могу продать вам свой «Бетамакс». [видеомагнитофон 80-х годов]
(Смех)
Я должна была знать, что в тот момент, когда я влюбилась в реальность,
остальная часть страны решила пойти в обратном направлении.
(Смех)
Но я здесь не для того, чтобы говорить о Трампе, альт-правых,
отрицающих изменения климата или производителях этой вещи,
которую я бы назвала коробкой,
несмотря на то, что прямо здесь написано:
«Это не коробка».
(Смех)
Они доводят меня до помешательства.
(Смех)
(Аплодисменты)
Но я бы хотела поговорить вот о чём:
о личном вызове реальности,
что для меня очень важно,
предвосхищая свой рассказ, должна сказать, что я обожаю науку.
У меня есть...
я сама не учёный...
но обладаю сверхъестественной способностью понимать всё о науке,
кроме собственно самой науки —
(Смех)
математики.
Но самые диковинные понятия имеют для меня смысл.
Теория струн —
идея о том, что вся реальность исходит от вибраций этих крошечных...
как я это называю «Большой дзыньк»
(Смех)
Корпускулярно-волновой дуализм:
суть которого в том, что одна вещь может проявляться как две вещи...
Вам это известно?
Тот факт, что фотон может проявляться и как волна, и как частица,
подтвердил моё внутреннее чутьё о том,
что люди одновременно и хорошие, и плохие,
а идеи — одновременно правильные и ложные.
Фрейд был прав насчёт зависти к пенису,
но ошибался насчёт того, кто её испытывает.
(Смех)
(Аплодисменты)
Спасибо.
(Аплодисменты)
Тут есть ещё вариация:
кажется, что в реальности есть два явления,
но оказывается, что это взаимодействие этих двух явлений —
пространства и времени,
массы и энергии,
жизни и смерти.
И я не понимаю,
просто не понимаю
мышления людей, которые намереваются «победить смерть» и «преодолеть смерть».
Как это сделать?
Как можно победить смерть, не уничтожив жизнь?
Для меня это не имеет смысла.
Должна сказать,
я считаю это ужасно неблагодарным.
Тебе дали такой необыкновенный подарок —
жизнь —
а ты относишься к этому, как будто попросил у Санты «Роллс-Ройс»,
а вместо него получил сушилку для салата.
У нас появляется причина для недовольства —
срок годности.
Смерть портит весь подарок.
До меня это не доходит.
Я этого не понимаю.
Для меня это неуважительно.
Неуважительно по отношению к природе.
Идея о том, что мы будем доминировать над природой,
подчиним её себе,
что природа слишком слаба, чтобы противостоять нашему интеллекту.
Нет, я так не думаю.
Если вы на самом деле читали книгу по квантовой физике, как я...
Ну, я прочла лишь электронное письмо от того, кто её читал...
(Смех)
Поймите,
что мы уже не живём в механической вселенной Ньютона.
Мы живём в непредсказуемой вселенной,
и мы никогда не сможем всё знать,
всё контролировать
или всё предугадывать.
Природа похожа на самоуправляемую машину.
Лучшее, что мы можем сделать, — это как та пожилая дама в анекдоте —
может, вы его уже знаете.
Пожилая дама едет за рулём,
рядом с ней сидит её дочь средних лет,
дама едет прямо на красный свет.
Дочь не хочет говорить что-то вроде:
«Ты слишком стара для вождения»,
поэтому молчит.
Но потом её мать опять проезжает на красный свет,
и дочь, стараясь быть максимально тактичной,
говорит: «Мам, а ты в курсе,
что только что ты дважды проехала на красный свет?»
На что дама отвечает: «А я что — за рулём?»
(Смех)
(Аплодисменты)
Ну...
А сейчас я собираюсь сделать мысленный прыжок.
Это для меня легко: я делаю это как делал свои трюки Ивел Книвел,
а на моём номерном знаке написано:
«Мыслю, следовательно ускоряюсь».
Надеюсь, вы со мной.
Моя настоящая проблема с мышлением «победим смерть» такова:
если вы противники смерти,
значит, вы противники жизни,
значит, вы противники природы,
значит, противники женщин,
потому что женщины уже давно ассоциируются с природой.
Это мнение Ханны Арендт,
немецкого философа, которая написала книгу «Ситуация человека».
В ней говорится, что традиционно
работу связывают с мужчинами.
Работа — это то, что идёт из головы,
это то, что мы изобретаем,
то, что мы создаём,
способ оставить в этом мире что-то после себя.
Тогда как труд связан с телом.
Он связан с людьми, которые выполняют тяжёлую работу
или рожают детей.
Поэтому для меня
мышление, которое отрицает это,
которое отрицает, что мы синхронизированы с биоритмами,
циклическими ритмами Вселенной,
не создаёт гостеприимную окружающую среду для женщин
или людей, связанных с тяжёлым физическим трудом,
к слову сказать,
людей, которых мы считаем потомками рабов,
или людей, занимающихся ручным трудом.
Вот как это выглядит с точки зрения непредсказуемой вселенной,
исходя из моего мышления, которое я называю «Вселенная Эмили».
Во-первых,
я невероятно благодарна за то, что мне дарована жизнь,
но я не хочу быть бессмертной.
Мне не интересно, чтобы моё имя жило после меня.
На самом деле, я этого не хочу,
потому что по своему опыту знаю:
не важно насколько ты хорош и замечателен,
насколько талантлив;
через 50 лет после твоей смерти тебя всё равно будут критиковать.
(Смех)
И у меня есть неоспоримое тому доказательство.
Заголовок в «Лос-Анджелес Таймс»:
«Анна Франк: В конце концов, не такая уж и хорошая».
(Смех)
Кроме того, я люблю совпадать
с циклическими ритмами Вселенной.
Это самое необычное в жизни:
это цикл, состоящий из рождения,
вырождения,
возрождения.
«Я» — это всего лишь общность частиц,
организованная определённым образом,
затем она подвергнется разложению,
и все её составляющие будут в распоряжении природы,
чтобы соединиться снова в новый организм.
Для меня это очень волнительно.
И возможность быть частью этого процесса делает меня ещё более благодарной.
Знаете,
я смотрю на смерть с точки зрения немецкого биолога
Андреаса Вебера,
который рассматривает смерть как часть экономики дарения.
Вам сделан великий дар — жизнь,
вы вы улучшаете её, как только можете,
а потом возвращаете обратно.
Как говорила тётушка Мэйм: «Жизнь — это праздничный обед».
Ну, свою порцию я уже съела.
У меня зверский аппетит к жизни.
Я поглощаю жизнь,
но после смерти сама буду поглощена.
Я собираюсь в землю такой, какая я есть,
и приглашаю всех микроорганизмов,
детритофагов
и бактерий, способствующих разложению,
откусить свой кусочек.
Думаю, они посчитают меня аппетитной.
(Смех)
Я так считаю.
Самое лучшее в моём подходе — то, что он настоящий.
Его можно увидеть.
За ним можно наблюдать.
Так происходит на самом деле.
Возможно, не я улучшаю этот дар,
не уверена насчёт этого,
но мою жизнь, определённо, улучшили другие люди.
Благодаря TED,
который познакомил меня с целым сообществом людей,
которое наполнило мою жизнь,
включая Тришу Макгиллис, дизайнера моего веб-сайта,
которая работает с моей замечательной дочкой.
Они взялись за работу над моим веб-сайтом и превратили его в нечто,
где всё, что от меня требуется — это вести блог.
Мне не нужно использовать исполнительную функцию мозга.
Ха-ха-ха, я выиграла!
(Смех)
Я очень вам благодарна.
Не хочу называть вас «аудиторией»,
так как я действительно этого не осознаю, поскольку мы две разные сущности.
Я снова думаю об этом с точки зрения квантовой физики.
Известно, что квантовые физики не всегда точно знают, что происходит,
когда волна становится частицей.
Существуют различные теории:
коллапс волновой функции,
декогерентность...
Все сходятся на одной точке зрения:
реальность возникает через взаимодействие.
(Голос дрогнул) И вы тоже.
И каждая аудитория, перед которой я когда-либо выступала,
в прошлом и в настоящем.
Большое спасибо вам за то, что делаете мою жизнь настоящей.
(Аплодисменты)
Спасибо.
(Аплодисменты)
Спасибо.
(Аплодисменты)
Спасибо.
(Аплодисменты)
Спасибо.