Люди живут дольше
и население стареет.
Об этом постоянно говорят.
Об этом пишут в газетах.
Об этом говорят с экранов телевизоров.
Меня иногда беспокоит,
что мы так много об этом слышим,
что мы принимаем долгожительство как должное,
с этакой самоудовлетворённостью,
даже с лёгкостью.
Но будьте уверены,
что долгожительство приведёт,
и я в этом уверена,
к улучшению качества жизни
людей всех возрастов.
Чтобы взглянуть на эту ситуацию в перспективе,
давайте увеличим дистанцию.
В 20-м веке
средняя продолжительность жизни
выросла больше,
чем за все предыдущие
тысячелетия эволюции жизни на Земле
вместе взятые.
В одно мгновение ока
нам удалось удвоить продолжительность
жизни на Земле.
Поэтому если вам кажется, что вам не очень ясна эта проблема старения,
не расстраивайтесь.
Всё это ново.
А поскольку уровень рождаемости
падал одновременно
с ростом продолжительности жизни,
пирамида, которая всегда представляла собой
возрастное распределение населения
в виде большого количества молодёжи внизу
и крошечной макушки стариков вверху,
тех, что выжили и дожили до седин,
сегодня приняла другую форму
и превратилась в прямоугольник.
И если есть среди вас такие, у кого
мурашки бегают по коже от демографических статистик,
такие новости точно привлекут ваше внимание.
Потому что это значит,
что впервые в истории человечества
большинство младенцев,
появившихся на свет в развитых странах мира,
получают возможность
дожить до старости.
Как же это произошло?
Наш генетический материал не стал более устойчивым,
чем он был у наших предков 10 тысяч лет назад.
Это увеличение средней продолжительности жизни —
удивительный результат культурного развития.
Это то горнило,
в котором куются наука, технологии
и масштабные изменения поведенческих норм,
которые приводят к улучшению здоровья и благополучия.
Изменяя культурные традиции,
нашим предкам удалось
практически победить преждевременную смертность
и дать людям возможность проживать целую жизнь.
Но взамен мы получили проблемы старения —
болезни, нищету, потерю статуса в обществе.
Сейчас совсем не время почивать на лаврах.
Но чем больше мы узнаём о процессе старения,
тем яснее становится,
что представление о старости, как о стремительном падении,
очень сильно преувеличено.
У старости есть замечательные достоинства —
более широкие знания и опыт,
которые обогащают эмоциональную сторону жизни.
Вы не ослышались —
пожилые люди живут счастливо.
Они счастливее людей среднего возраста
и уж конечно счастливее молодёжи.
Каждое новое исследование в этой области
приходит к одним и тем же выводам.
Центр по контролю и профилактике заболеваний
недавно провёл опрос, чтобы узнать,
испытывали ли участники опроса психологические страдания
на протяжении предыдущей недели.
Меньше всего положительных ответов на этот вопрос
оказалось в группе пожилых респондентов, а не среди
людей среднего возраста или молодёжи.
Институт Гэллапа также недавно провёл опрос,
чтобы узнать у участников,
насколько они были подвержены стрессам, тревогам
и раздражительности накануне.
Результаты показали, что стресс, беспокойство и раздражительность
с возрастом уменьшаются.
Социологи называют это «парадоксом старения».
В конце концов, старость — не радость.
Мы составили свой лист вопросов
в попытке опровергнуть все эти результаты.
Мы решили, что может быть
нынешнее поколение пожилых людей
всегда было и остаётся
таким замечательным поколением.
Вдруг получится так, что нынешняя молодёжь
не испытает всех этих улучшений,
когда они сами начнут стареть.
Мы задались вопросом, а что если пожилые люди
просто пытаются представить в радужных цветах
своё, на самом деле, плачевное существование.
(Смех)
Но чем больше мы пытались отрицать результаты этих опросов,
тем больше подтверждений мы находили
в их поддержку.
Много лет назад мы с моими коллегами начали исследование
и вели наблюдение за группой людей в течение 10-ти лет.
Наша начальная выборка включала в себя людей в возрасте от 18-ти до 94-х лет.
И мы следили за изменениями с возрастом
их эмоционального состояния.
Участники эксперимента носили с собой пейджеры
в течение недели, а мы случайным образом
посылали им сообщения в течение дня.
В каждом сообщении мы просили их
ответить на несколько вопросов.
По шкале от 1 до 7, оцените, насколько вы счастливы в данный момент?
Насколько вы несчастны?
Насколько вы недовольны?
Мы пытались определить, какие эмоции и чувства
участники нашего эксперимента
испытывали в повседневной жизни.
С помощью такого пристального наблюдения
за людьми мы узнали,
что дело не в том, что одно поколение
живёт лучше другого,
а в том, жизненный опыт одних и тех же людей
с годами становится
более положительным.
Обратите внимание на незначительное ухудшение,
связанное с глубокой старостью.
Да, такой факт имеет место.
Но это ухудшение даже близко не подходит
к тому уровню, что мы наблюдаем
в ранней зрелости.
Мы конечно сильно упрощаем,
когда говорим, что пожилые люди «счастливы».
По результатам нашего исследования они более позитивно смотрят на жизнь,
но с другой стороны, они могут испытывать смешанные чувства
намного чаще, чем более молодые люди.
Например, быть грустными и счастливыми одновременно,
когда вы улыбаетесь другу
и слёзы наворачиваются на глаза.
Другие исследования также показали,
что пожилые люди ощущают себя более комфортно
в состоянии грусти.
Они легче примиряются с грустью, чем молодёжь.
И мы подозреваем, что этот факт помогает объяснить,
почему пожилые люди лучше, чем молодые, справляются
с напряжёнными эмоциональными конфликтами и спорами.
Пожилые люди могут отнестись к несправедливости
с пониманием,
а не с отчаянием.
И при прочих равных условиях
пожилые люди тратят свою умственную энергию —
внимание и память —
больше на положительную, чем на отрицательную информацию.
Если показать одни и те же изображения пожилым, молодым и людям среднего возраста,
сродни тем, что вы сейчас видите на экране,
а потом попросить вспомнить всё,
что запомнилось,
то пожилые люди вспомнят
больше положительных изображений,
чем молодые люди.
Частью нашего лабораторного исследования
было просить молодых и пожилых людей
посмотреть фотографии хмурых или улыбающихся лиц.
Пожилые люди смотрят на улыбающиеся лица
и отворачиваются от хмурых и злых лиц.
В повседневной жизни такое поведение
ведёт к большему наслаждению от жизни
и к удовлетворённости.
Но будучи социологами, мы продолжаем задавать вопросы
в поисках возможных альтернатив.
Мы предположили, что возможно пожилые люди
испытывают больше положительных эмоций
вследствие помутнения рассудка.
(Смех)
Мы предположили, что может быть положительные эмоции
гораздо легче обработать, чем отрицательные,
и поэтому люди переключаются на позитив?
Может быть, нервные центры нашего мозга
деградируют настолько, что мы не в состоянии
больше обрабатывать отрицательные эмоции.
Но это не так.
Пожилые люди с самым острым умом как раз
больше всего проявляют тягу к положительным эмоциям.
Но там, где это действительно имеет значение,
пожилые люди обрабатывают отрицательную информацию
так же хорошо, как и положительную.
Как так может быть?
В результате нашего исследования
мы обнаружили, что эти изменения
неразрывно и глубоко связаны
с уникальной способностью людей следить за ходом времени.
Не просто следить за ходом часов
и сменой дней в календаре, а ощущать ход жизни.
Если и существует «парадокс старения», то он заключается в том,
что даже понимание того, что мы не будем жить вечно,
меняет наше отношение к жизни
в лучшую сторону.
Когда временные рамки широкие и расплывчатые,
как это обычно бывает в молодости,
люди всё время готовятся к чему-то,
пытаются вобрать в себя как можно больше информации,
рискуют, экспериментируют.
Мы можем даже проводить время с несимпатичными нам людьми,
потому что в этом есть что-то интересное.
Мы можем узнать что-нибудь неожиданное.
(Смех)
Мы ходим на свидания с незнакомцами.
(Смех)
Мы знаем, что, в конце концов, если что-то не получится,
завтра можно начать всё сначала.
Те, кому за пятьдесят,
не ходят на свидания с незнакомцами.
(Смех)
С возрастом
наши горизонты сужаются
и наши цели меняются.
Когда мы осознаём, что у нас в запасе ограниченное количество времени,
нам яснее всего становятся наши приоритеты.
Мы меньше тратим времени на ерунду.
Мы наслаждаемся жизнью.
Мы учимся быть благодарными,
мы более открыты к улаживанию конфликтов.
Мы уделяем больше внимания эмоционально важным
сторонам жизни, и жизнь от этого становится лучше,
а мы становимся счастливее в повседневной жизни.
Но та же самая перемена в отношении к жизни
приводит к тому, что мы становимся
более нетерпимы к несправедливости.
К 2015-му году
в США будет больше людей
старше 60-ти,
чем подростков моложе 15-ти.
Какая участь ждёт те общества,
где пожилые люди будут играть ведущую роль?
Количество не столь важно.
Оно не повлияет на результат.
Здесь сыграет свою роль культура.
Если мы будем развивать науку и технику
и решим те серьёзные проблемы,
с которыми сталкиваются пожилые люди,
и если мы научимся правильно использовать
все те многочисленные достоинства,
что есть у пожилых людей,
тогда дополнительные годы жизни
значительно улучшат качество жизни
людей всех возрастов.
Общества миллионов талантливых,
эмоционально уравновешенных граждан,
более образованных и здоровых,
чем любое из предыдущих поколений,
вооружённых знаниями
о практических сторонах жизни
и готовых работать
и решать серьёзные проблемы —
такие общества будут лучше,
чем всё, что мы видели и знаем до сих пор.
Мой отец, которому сейчас 92 года,
любить повторять:
«Хватит уже рассуждать только о том,
как спасти стариков.
Пора поговорить о том,
как старики могут спасти нас всех».
Спасибо.
(Аплодисменты)