Возможно, вы, как и большинство людей, уже чувствуете,
что наша страна переживает раскол,
а расхождения между «левыми» и «правыми»
никогда не были настолько сильны, как это происходит в наши дни.
Вполне обоснованным является вопрос, совпадает ли это ощущение с реальностью.
Ответ, к сожалению, является положительным.
В каждом исследовании мы видим,
что либералы и консерваторы всё больше отдаляются друг от друга.
Они всё больше ограждают себя стенами идеологии,
следят за разными новостями, общаются только с единомышленниками
и всё больше предпочитают проживать в разных частях страны.
Из всего этого самым тревожным для меня является
возрастающая враждебность с обеих сторон.
Либералы и консерваторы,
демократы и республиканцы
испытывают всё большую неприязнь по отношению друг к другу.
Это можно заметить разными способами.
Они не хотят дружить друг с другом, не желают встречаться.
Узнавая о политической принадлежности другого, они теряют интерес,
и они всё больше противостоят бракам своих детей с теми,
кто поддерживает другую партию,
что является самым шокирующим фактом.
Со студентами, работающими в моей лаборатории,
мы обсуждаем эту модель общественного уклада.
Я киноман, поэтому я часто спрашиваю,
в каком жанре был бы снят фильм об этом обществе?
К какому жанру кино относится политическая поляризация?
Это мог бы быть фильм-катастрофа.
Это правда выглядит, как катастрофа.
Это мог бы быть фильм о войне.
Тоже вполне подходит.
Но я остановил свой выбор на фильме о зомби-апокалипсисе.
(Смех)
Согласны? Все знают, о чём эти фильмы.
Люди бродят вокруг толпами,
не думают за себя,
охваченные стадным чувством,
и пытаются распространять свою болезнь и уничтожить общество.
Вы, возможно, как и я, думаете,
что вы — положительный герой в фильме о зомби-апокалипсисе,
и вся эта ненависть и раскол — результат чужой пропаганды,
потому что мы — Брэд Питт, не так ли?
Свободомыслящие, справедливые,
просто пытающиеся сохранить то, что нам дорого,
так что мы не обычные солдаты в армии живых мертвецов.
Так не бывает.
Никогда.
Но вот в чём загвоздка:
как вы думаете, в какой роли себя видят они?
Догадываетесь?
Они убеждены, что это они — положительные персонажи
в фильме о зомби-апокалипсисе. Верно?
Нам следует принять, что они думают, что они и есть Брэд Питт,
а мы — те самые зомби.
И кто может с этим поспорить?
Для меня истина состоит в том, что все мы часть этого.
С хорошей стороны, это значит, что мы можем стать частью решения.
Так что же нам следует сделать?
Что нам сделать, чтобы уменьшить этот раскол в повседневной жизни?
Что мы должны сделать, чтобы установить контакт
с нашими политическими оппонентами?
Именно эти вопросы заинтересовали меня и моего коллегу, Мэтта Файнберга,
несколько лет назад,
и мы начали исследование на эту тему.
Одним из первых наших открытий,
которое я считаю поистине полезным для понимания поляризации,
стало понимание того,
что политические распри нашей страны держатся на разногласиях в морали.
Одним из самых ярких открытий в истории политической психологии
является система, обнаруженная Джоном Хайдтом и Джесси Грэмом,
психологами,
что либералам и консерваторам свойственно поддерживать разные ценности
в разной степени.
Например, мы знаем, что либералы склонны ратовать за такие ценности, как равенство,
справедливость, забота и защита от бед,
намного больше, чем консерваторы.
Консерваторы, в свою очередь, поддерживают ценности верности, патриотизма,
уважения по отношению к авторитетам и моральную чистоту
больше, чем либералы.
Мэтт и я предполагали, что эти моральные разногласия
могут быть полезными для понимания того,
как либералы и консерваторы относятся друг к другу
и почему нам кажется, что они не слышат друг друга,
когда разговаривают.
Поэтому мы провели исследование,
в котором участвовали либералы.
Они должны были написать мотивационное эссе,
которое смогло бы убедить консерватора поддержать однополые браки.
Мы обнаружили, что либералы обычно приводили доводы
в рамках либеральных моральных ценностей равенства и справедливости.
Так, они утверждали,
что «каждый должен иметь право любить того, кого они выбрали»
и «они» — гомосексуальные американцы —
«заслуживают такие же права, как и другие американцы».
В общем, мы обнаружили, что 69% либералов
упомянуло как минимум одну либеральную ценность в своём письме
и только 9% обратилось к консервативным ценностям,
хотя от них требовалось убедить консерваторов.
Когда мы изучали консерваторов и попросили их составить убедительные аргументы
в пользу утверждения английского в качестве официального языка в США,
классической политической позиции консерваторов,
мы увидели, что они справились с этим не лучше.
59% их аргументов было представлено
в рамках одних только консервативных ценностей
и только 8% обратилось к либеральной морали,
несмотря на то, что они должны были убедить либералов.
Сейчас вы понимаете, в чём проблема.
Моральные ценности людей — это то, во что они больше всего верят.
Люди борются и умирают за свои ценности.
Почему они должны предавать их, чтобы согласиться с вами
в том, в чём они не особо хотят соглашаться?
Ваш убедительный призыв, адресованный дяде-республиканцу,
означает, что он должен не просто изменить свои взгляды,
он должен изменить свои главные ценности.
И это ни к чему не приведёт.
Так что же может сработать?
Пожалуй, это метод так называемого «морального переосмысливания»,
мы применяли его в нескольких опытах.
В одном из экспериментов
мы собрали либералов и консерваторов.
Им нужно было прочитать одно из трёх эссе
перед тем, как рассказать об их отношении к экологии.
Первое из всех эссе
было относительно традиционным и защищало окружающую среду,
взывая к либеральным ценностям заботы и защиты от вреда.
В нём говорилось, что «самыми разными способами
мы причиняем вред местам, в которых мы живём»,
и «очень важно начать действовать сейчас,
чтобы предотвратить дальнейшее уничтожение нашей планеты».
Другая группа участников
получила для прочтения абсолютно другое эссе,
организованное с целью отсылки к консервативным моральным ценностям.
Оно тоже поддерживало защиту окружающей среды,
и в нём говорилось,
что «сохранение лесов, питьевой воды и чистого неба жизненно необходимо».
«Следует воспринимать загрязнение
нашей окружающей среды как нечто дурное».
И «меньшее загрязнение может помочь спасти
чистоту и красоту мест, в которых мы живём».
И последняя, третья группа
получила задание прочесть неполитическое эссе.
Эта группа была сравнительной, чтобы иметь точку отсчёта.
Вот что мы потом обнаружили, спрашивая людей
об их отношении к окружающей среде.
Для либералов не имело значения, что они прочли.
Они поддерживали защиту окружающей среды независимо от условий.
Либералы стоят на стороне защиты окружающей среды.
Консерваторы, однако,
гораздо сильнее поддерживали прогрессивную экологическую политику
и защиту окружающей среды,
когда они читали эссе о моральной чистоте,
чем когда они читали одно из двух других эссе.
Мы даже узнали, что консерваторы, читавшие эссе о моральной чистоте,
были более предрасположены к тому, чтобы поверить в глобальное потепление
и были озабочены глобальным потеплением,
хотя это эссе даже не упоминало глобальное потепление.
Это лишь относящаяся к теме экологическая проблема,
что показывает всю силу эффекта переосмысления морали.
И мы изучили это на целом спектре различных политических вопросов.
Поэтому, если вы хотите изменить точку зрения консерваторов
на гомосексуальные браки или медицинское страхование,
будет полезным связать эти либеральные вопросы с консервативными ценностями,
такими как патриотизм и моральная чистота.
Мы рассмотрели этот вопрос и с другой стороны.
Если вы хотите привлечь либералов к проблемам, волнующим консерваторов,
вроде затрат на военные силы и утверждение английского официальным языком США,
вы будете более убедительны,
привязывая вопросы консерваторов к либеральным моральным ценностям,
таким как равенство и справедливость.
Все эти исследования имеют один чёткий посыл:
если вы хотите убедить кого-то в какой-либо позиции,
вы можете установить связь между этой позицией и их главными ценностями.
И когда вы преподносите это в такой форме,
это кажется очевидным, верно?
Например, почему мы здесь этим вечером?
Почему?
(Смех)
Это абсолютно очевидно.
И хотя это так, нам по-настоящему сложно это сделать.
Так выходит, что когда мы собираемся кого-то убедить в диалоге о политике,
мы говорим словно с зеркалом.
Мы скорее не убеждаем, а напоминаем себе о тех причинах,
почему мы верим в ту или иную политическую позицию.
Мы составляли эти аргументы морального переосмысления, повторяя:
«Сочувствие и уважение, сочувствие и уважение».
Если вы поняли принцип,
вы сможете установить связь
и сможете убедить кого-нибудь в этой стране.
Поэтому, думая снова
о том, в каком же мы фильме,
может, я отвлёкся от сути.
Может, это не фильм о зомби-апокалипсисе.
Может, это фильм о копах-приятелях.
(Смех)
Просто смиритесь с этим, примите это.
(Смех)
Вы знаете, о чём это: белокожий коп и темнокожий коп,
ну или небрежный коп и организованный коп.
Кем бы они не были, они не особо ладят,
и всё из-за их различий.
Но в конце, когда они должны воссоединиться и работать вместе,
солидарность, которую они ощущают,
возрастает, потому что они только что преодолели большой барьер. Понимаете?
Помните, что в таких фильмах
обычно худшим моментом является второй акт,
когда наши главные герои очень далеки друг от друга.
И, может быть, наша страна сейчас именно здесь,
во втором акте фильма о копах-приятелях...
(Смех)
разбросанные по разным углам, но готовые к воссоединению.
Звучит хорошо,
но, если мы хотим, чтобы это произошло,
я считаю, что это должно начаться с нас.
Вот моё обращение к вам:
давайте вместе воссоединим эту страну.
Давайте сделаем это, несмотря на политиков
и СМИ, и Фейсбук, и Твиттер,
и изменение округов Конгрессом —
все эти факторы разделяют нас.
Давайте сделаем это, потому что это правильно.
Давайте сделаем это, потому что ненависть и презрение,
что текут по нашим венам каждый день,
уродуют и извращают нас,
а это угрожает самой материи нашего общества.
Мы обязаны ради друг друга и ради нашей страны
установить контакт и попытаться объединиться.
Мы не можем позволить себе продолжать ненавидеть их,
мы не может позволить им ненавидеть нас тоже.
Сочувствие и уважение.
Если подумать, это самое меньшее, чем мы обязаны нашим согражданам.
Спасибо.
(Аплодисменты)