В начале XX века на острове Крит
британский археолог Сэр Артур Эванс обнаружил около 3 000 глиняных табличек
с надписями, сделанными загадочными символами.
Он решил, что эти символы относятся к языку,
на котором говорили в древнейшей цивилизации Европы.
Но ещё полвека смысл этих надписей оставался для учёных загадкой.
Эванс нашёл таблички посреди красочных фресок
и похожих на лабиринт анфилад дворца в Кноссе.
Он назвал цивилизацию минойской
по имени мифического правителя Крита, царя Миноса.
Учёный считал, что письменность, названная линейным письмом Б,
является минойским письмом,
а учёные по всему миру выдвинули на этот счёт собственные теории.
Быть может, это утраченный язык этрусков?
Или, возможно, это древняя форма баскского?
Находка приобрела ореол таинственности,
так как Эванс ревностно прятал таблички и, при жизни опубликовав всего 200 из них,
так и не смог разгадать шифр.
Однако он сделал два точных наблюдения:
таблички содержат административные записи, а письмо является силлабическим,
то есть каждый символ соответствует слогу из согласного и гласного звуков,
но тексты также содержат идеограммы, или символы, соответствующие целому слову.
Эванс бился над расшифровкой линейного письма Б тридцать лет,
а затем его дело продолжила Алиса Кобер, учёная из Бруклина в Нью-Йорке.
Кобер была профессором классической филологии в Бруклинском колледже,
в котором немногие женщины занимали столь высокий пост.
Чтобы во всём разобраться, она самостоятельно изучила много языков,
знания которых, по её мнению, требовались для расшифровки линейного письма Б.
На анализ письма она потратила двадцать лет.
Работая с немногочисленными доступными табличками,
она записывала, с какой частотностью встречается каждый символ.
Затем она записывала, с какой частотностью каждый символ встречается рядом с другими.
Результаты своих исследований она хранила на бумажках в коробках от сигарет,
поскольку в военное время канцтоваров в стране не хватало.
Проанализировав эти частотности,
она обнаружила, что в линейном письме Б
грамматический строй предложений определяется окончаниями слов.
Исходя из этого, она начала составлять таблицу отношений между знаками
и приблизилась к расшифровке больше, чем кто-либо до неё.
Но в 1950 году в возрасте 43 лет она скончалась, предположительно, от рака.
Пока Кобер изучала кносские таблички,
архитектор по имени Майкл Вентрис также работал над расшифровкой письма Б.
Линейное письмо Б не давало покоя ему ещё со школьной скамьи,
когда он узнал о нём из лекции Эванса.
Он даже не прекращал заниматься расшифровками на службе в армии
во время Второй мировой войны.
После войны, основываясь на таблице Кобер, Вентрис исследовал
незадолго до этого опубликованную партию надписей линейным шрифтом Б,
обнаруженных на месте раскопок в Пилосе, на Пелопоннесском полуострове.
Однако он совершил настоящий прорыв,
сравнивая таблички из Пилоса с табличками из Кносса.
Он заметил, что некоторые слова
появлялись только на табличках из одного из этих двух мест.
Он задался вопросом, не являются ли эти слова топонимами,
характерными для каждого из этих мест.
Он знал, что названия мест обычно веками не меняются,
и поэтому решил сравнить линейное письмо Б
с древней слоговой письменностью острова Кипр.
Кипрское письмо возникло спустя сотни лет после линейного письма Б,
но некоторые символы были схожими,
поэтому Вентрис подумал, а не являются ли сходными звуки.
Подставив некоторые звуки из кипрского письма
к символам линейного письма Б,
он смог прочитать слово «Кносс» —
именно в этом городе Эванс обнаружил когда-то таблички.
Практически сразу Вентрис разгадал тайну линейного письма Б,
и с каждым расшифрованным словом становилось очевидно:
линейное письмо Б пользовались не для минойского, а для древнегреческого языка.
Через четыре года в возрасте 34 лет Вентрис погиб в автокатастрофе.
Однако его открытие переписало главу в истории.
Эванс настаивал, что минойцы завоевали материковую часть Древней Греции,
и именно поэтому там находили отдельные надписи,
сделанные линейным письмом Б.
Но сам факт, что письмо Б
служило для записи древнегреческого, а не минойского языка,
доказал обратное: на Крит вторглись древние греки с материка,
а письмо заимствовали для собственного языка.
Но на этом история не заканчивается.
Настоящий язык минойцев,
записанный другой письменностью, так называемым линейным письмом А,
до сих пор не расшифрован.
И это письмо — тайна, по крайней мере пока.