Летом 2017 года
в Софии женщина была убита своим партнером.
Женщину, назовём её «Ви»,
избивали более 50 минут,
прежде чем она умерла.
На следующее утро
соседи рассказали прессе, что слышали крики,
но не вмешались.
Как видно, в Болгарии и многих сообществах
домашнее насилие считается личным делом.
Соседи, однако, быстро реагируют на иные виды шума.
Мы хотели показать абсурдность этого,
поэтому мы разработали эксперимент.
Мы сняли на одну ночь квартиру в доме Ви
и в 10 часов вечера
Максим, музыкант нашей группы,
сел за барабанную установку, которую мы поставили в гостиной,
и начал играть.
10 секунд.
30 секунд.
50 секунд.
Минута.
В коридоре зажёгся свет.
Минута и 20 секунд.
Мужчина стоял у двери, не решаясь нажать на звонок.
Минута и 52 секунды.
Прозвенел звонок,
звонок, который мог бы спасти жизнь.
Наш проект «Удар» изучает зловещую тишину,
окружающую семейное насилие.
Мы сняли это на видео. Оно стало вирусным.
Наша компания усиливает голоса выживших,
которые делятся в сети похожими историями.
Мы дали советы соседям,
и многие решили принять меры.
В странах, где каждую вторую неделю
земля тихо обнимает тело женщины
убитой своим партнёром или родственником,
мы были громкими,
и мы были услышаны.
Я — активист,
увлечённый инновациями в правах людей.
Я возглавляю организацию по творческим социальным решениям.
Я думаю о том, как сделать людей заботливыми и активными.
Я здесь, чтобы рассказать, что творческие действия могут спасти мир,
творческие действия и игра.
Я знаю, это странно говорить об игре и правах людей в одном предложении.
Но вот почему это важно.
Всё больше и больше, мы боимся, что нам не справиться.
Компании чувствуют неясность,
сообщения заглушаются,
люди ломаются.
Многочисленные исследования, в том числе опубликованные Колумбийским университетом,
показывают, что выгорание и депрессия широко распространены среди активистов.
Много лет назад я и сама выгорела.
В мире бесконечных путей вперёд, Я чувствовала себя на последней остановке.
Что растопит страх, или тупость, или мрак?
Игра!
С этой самой стадии психиатр и исследователь игры доктор Стюарт Браун
сказал, что ничто так не активизирует мозг, как игра,
и противоположность игры — это не работа,
а это депрессия.
Чтобы выйти из моего собственного выгорания,
я решила направить свою активность в «игративность».
(Смех)
Когда мы играем, остальные хотят присоединиться.
Сегодня моя детская площадка заполнена художниками,
техниками и учёными.
Мы объединяем дисциплины в радикальном сотрудничестве.
Вместе мы ищем новые пути расширить возможности активизма.
Наши результаты не должны быть игривыми,
но процесс — да.
Для нас, игра — это акт сопротивления.
Для примера, «Удар», я упоминала ранее,
концепт, развитый барабанщиком и инженером-программистом,
которые не знали друг друга прежде, но воплотили идею.
«Удар» — первый победитель в нашей лабораторной серии,
мы объединяем художников и инженеров для работы над правами человека.
Другая успешная концепция — маленькая пекарня,
которая учит пропаганде через красивые, но ужасные на вкус кексы.
(Смех)
Или настольная игра, позволяющая почувствовать себя диктатором
так, что вы понимаете диапазон орудий и тактик угнетения.
Мы сделали нашу первую лабораторию просто, чтобы проверить идею,
увидеть, где она даёт трещину, и можем ли мы её улучшить.
Сегодня мы так любим формат, что выложили всё это онлайн,
чтобы любой мог её реализовать.
Я не могу переоценить значимость экспериментов.
Мы можем только выигрывать, если не боимся проиграть.
Когда мы играем, мы учимся.
Недавнее исследование Стэнфордского университета
о том, что заставляет людей заботиться
подтверждает то, что мы слышали годами:
мнения меняются не из-за количества новой информации,
а из-за эмпатии.
Изучение науки и творчества, помогает говорить
о глобальных конфликтах вооружения с помощью лампочек,
или обратиться к расовому неравенству в США
через открытки,
или, установив памятник женщине из Софии,
наполнив город ими,
вместе со всеми другими работами,
запустить общение, понимание и прямое действие.
Иногда, когда я говорю о риске, о взлётах и падениях
в контексте человеческих прав,
я вижу удивление,
которое говорит «Как безответственно!»
или «Как бесчувственно!».
Люди всегда принимают игру за халатность.
Это не так!
Игра не только делает нас сильнее или даёт жизнь лучшим идеям..
Во времена мучительной несправедливости,
игра приносит легкомыслие, в котором мы нуждаемся.
Когда мы играем, мы живём.
Я выросла в то время,
когда все игры были запрещены.
Моя семья была разбита коммунистической диктатурой.
Для моих тётушек, отца, дедушки,
мы всегда проводили двое похорон:
одни — для тела,
но до этого,
для их мечтаний.
Некоторые мои мечты — кошмары.
Я боюсь, что однажды всё прошлое будет забыто
и новая одежда будет в каплях крови ошибок прошлого.
У меня есть ночной кошмар,
что однажды маяк нашего человечества рухнет,
разъестся кислотными волнами ненависти.
Но намного больше этого,
я надеюсь,
в нашей борьбе за справедливость и свободу,
я надеюсь, что мы играем,
и то, что мы видим — радость и красота нас, играющих вместе.
Это о том, как мы выигрываем.
Спасибо.
(Аплодисменты)