[гул самолетов, тревожная музыка]
[переговоры на немецком по радио]
- Ганс, ты когда-нибудь бывал в этих местах?
- Нет, не приходилось.
- Это тебе не Норвегия.
У них тут, говорят, курорты самые лучшие на всей Балтике!
- Всё-то ты знаешь!
- Янтарный берег. Погляди, и вправду янтарный!
- Берег как берег!
А ты насчет здешних девок не интересовался? Может тоже янтарные?
- Между прочим, латышский янтарь очень высоко ценится.
- Чудак, янтарь там внизу и девки внизу.
Какая тебе разница, ценится или не ценится?
- Нет, всё-таки интересно.
Я когда в новое место лечу, всегда стараюсь прочитать о нем что-нибудь.
Помню, в Грецию летели... - Кажется подходим!
- Да, это Либава.
- Удивительно красиво расположена!
А ты знаешь, здесь уже в 13-м веке был порт.
- Слушай, малыш, ты не можешь заткнуться на пару минут?
И следи за гирокам пока.
Я пасую!??
[стрельба пулемета]
[взрывы, выстрелы]
- Веселей, хлопцы! Веселей! Подтянись!
Женский голос: - 11, 12, 13...
Того старшину надо будет всё-таки отправить в медсанбат.
- Говорят, немцы Вентспилс взяли! - Ну?
- Вильдау тоже. - Вот сволочи что делают, а!
- Тут и до Риги рукой подать!
- Брось ты панику разводить! - Панику? А ты видел, в какую сторону летели...
- Алё! Не слышу! Ребята, тише, пожалуйста!
- Извини.
[- Отряд сформировали?] - Да, сформировали.
[- Кто записался?] - Ну как, как кто? Весь актив.
[- Говори конкретней!] - Ну тебе что, по фамилиям перечислять?
[- А строевые занятия?] - Да ты что, с ума сошел?
Какие строевые занятия!
Им нужно показать, где курок, где мушка, а винтовок-то нет!
Винтовок нет! [- Я сам привезу, жди!] - Да ты спроси еще насчет гранат.
- Алё? [- Приеду!]
- Сам обещал приехать и всё привезти. - Ясно.
[выстрелы]
- Ложись!
- Что застреляли? - А черт его знает!
[выстрелы] - Ну сейчас теперь?? глядь.??
- Кто стрелял? - Это вы меня спрашиваете?!
Вы кто-такой?
- Командир Исстребительного отряда Банга.
- Ах, Исстребительного... Кого же вы здесь исстребляете?
- Ушли, гады! Как же теперь с орудием? На себе далеко не утащим.
- А я откуда знаю?
- Сейчас получите лошадь. Идем!
[лай собаки, кудахтание кур]
- Есть тут кто?
- Чего надо?
- Где хозяин? - Честное слово, не знаю.
- Выводи лошадь! - А она что, моя?
- Так...
41-го года...
Подпиши.
- Вот.
Хозяину передашь. Лошадь реквизирована для военных нужд.
- Ты ж стрелять не умеешь. - Я? Чего там уметь - бах!
Нажимаешь курок - бах! - Едут!
- Гляди, мужики, Лаймон приехал!
- Здорово! - Привет!
Ну, принимай!
- Ящиков сколько? - Открывай борт.
- Что, одни винтовки?
- Ну наконец-то! Привез оружие? - Привез. Грузитесь быстрее.
- Здравствуй. - Сейчас уедем.
- Построить всех для получения оружия! - Слушаюсь!
- Номера запишите! - Становись!
- Артур! - Да?
- Дело такое: в 5-ти километрах отсюда появились немцы.
- Малодец! - Я! - 14 99. - Спасибо.
- Кроскинс! - Я! - 40 32. - Спасибо.
- Улазыс! - Я! - 22 60.
- Хэнзис! - Я! - 22 32.
- Осис! - Я! - 34 32. - Спасибо.
[звуки артиллерии вдалеке]
- Вот тебе и строевые занятия!
Где курок, где мушка...
- Главное успеть вовремя и не пустить их на мост!
Если Сарма успел занять подход к реке - хорошо! А если не успел...
Сто-ой! Стой!
[выстрел танка]
- В лес! Все в лес!
[автоматные очереди, взрывы]
- Бей по мотоциклистам!
[барабаны, торжественная музыка]
- Ну, Марта, мы дома! - Я благодарна тебе, Рихард!
- Прошу вас!
Вперед, друзья! Не бойтесь темноты.
Пожалуйста, друзья мои! Проходите, проходите!
Марта, прошу вас! Прошу вас, идите сюда. Там - детская комната, посмотрите!
Посмотрите. Ну как, Рихард? - Меня устраивает.
- Да, не говори, не говори - нормально!
Я объездил всю Ригу, но лучшего жилья не нашел.
- Уста-ал?
Сейчас отдохнёшь, вот так, вот так.
Спи.
Отдыхай.
- Разрешите, Марта! - Спасибо. - Пожалуйста!
[напевает мелодию Кармен] - Трам-та-там, трам-па-парам!
[Освальд: - Главное, тихая улица! А вид из окна?]
[Рихард: - Наши вот??. Вон, видите?]
[Освальд: - Как насчет закуски?]
[Освальд: Сейчас паек пустим в дело!]
[Освальд: И яйца есть и ??] [Рихард: - А как насчет мясного?]
[Освальд: - А как же! Колбаска высший сорт! Даже мед есть!]
[Освальд: Увы, единственный.]
[Всё там в кухне!] [- Освальд, ты незаменимый человек!]
[Я перед тобой в неоплатном долгу!] [Освальд: - И шоколад тоже найдется!]
[Освальд: Однако, господа, где же наша дама? Я просто умираю от жажды!]
[Манфред: - Давай сюда, я открою.] [Освальд: - Ни в коем случае!]
[Открывать шампанское - моя привилегия и я ее никому не уступлю!]
[Рихард: - Марта, иди сюда!]
[Тебя ждут трое умирающих от жажды мужчин!]
- Рихард, возьми бокалы. Возьми. Сейчас...
[хлопок пробки] О, хо-хо!
Вот...
За ваше... счастливое возвращение на латышскую землю!
Прошу, Марта!
Прошу!
[звуки самолетов]
- Ну что ж, еще по бокалу? Рихард: - Я не против.
- Прошу вас!
- Даже не верится, что мы снова в Риге!
Освальд: - Хорошо после такой дороги шампанское... черт возьми!
[слышится победное пение немцев]
Освальд: Прошу!
- Только жалко, что не в своей квартире.
- Да не грустите, милая! Война есть война.
Ну и здесь, по-моему, не так уж плохо!
- Да-а, перед вашим приездам я осмотрел два десятка квартир,
но эта - самая лучшая. Садитесь, Марта.
Восемь комнат, картины, мебель хорошая и даже вот пианино,
но, к сожалению, не Берштейн, но тоже не плохое!
- А где же хозяева?
Чья это квартира?
- Ничья.
- Как ничья?
- Поймите, Марта, в мире сейчас много пустых квартир.
Война есть война! Освальд: - Правильно.
Предлагаю разделаться с солдатским пайком по случаю первого привала!
- Подожди, Освальд.
Лучше тебе заняться этим, Марта.
- Хорошо.
Освальд: - Ну что ж, выпьем что-нибудь покрепче!
[напряженная музыка, как завывание ветра]
Манфред: - Предлагаю?? выпить за "Гром и крест".
Ваши люди нам очень пригодились.
Освальд: - Благодарю.
- Вот уж не ожидал!
Тебя, профессионального адвоката, встретить в роли следователя СД!
- Есть время защищать, есть время обвинять!
Я никогда не прощу тем, из-за кого я полгода прятался в погребе,
как... крыса!
- Я не сидел в погребе,
но пострадал не меньше тебя!
Однако я не делаю из себя великомученника.
Между прочим, Манфред...
Ответь мне... почему я должен
возвращаться сюда не в качестве владельца собственной фабрики,
которая отнята большевиками и которую вы не очень торопитесь мне вернуть?
- А что, тебя не устраивает должность, которую мы тебе предлагаем?
Ну, об этом мы поговорим отдельно.
Ну как осваиваетесь? - Не знаю. Как-то... не по себе.
Чужой дом, чужая посуда, а хозяева,.. может быть, где-то бродят.
- Уже не бродят.
- Как? - Вот так!
- Как?!
- Каждому своё!
Вам пора к этому привыкнуть.
- Марта, хватит этих истерик!
[пластинка с плавным мужским оперным пением]
Марта!
Самое главное, что мы в Риге! Снова в Риге!
Ну пойми, Марта...
Освальд: - Рихард!
Что ты там поставил?!
Я надеюсь, тебе не надо объяснять, где хозяева этой квартиры!
[тревожная музыка]
[плач]
- Ах ты, малыш!
Не бойся, я с тобой! Не бойся!
Мой... мой... [плачет]
[плача] Мой мальчик!
[плача] Мой мальчик! Я с тобой!
Я с тобой!
[играет музыкальная шкатулка]
- Да-а, теперь тебе придется считаться с новым порядком! [смех]
- Ха-ха, можешь болтать, сколько хочешь!
А я считаю, что при новом порядке тоже мало порядка!
Поставить старостой в поселке кого? Озолса! Это уж извините!
- А почему я должен тебя извинять?
- Ну да, он, конечно, твой хозяин, но скажу прямо - олух порядочный!
Взять, хотя бы, эту историю с лодками.
Ведь чуть в огонь тогда не кидался, чтобы их спасти!
А ради кого, спрашивается?
И нас чуть не погубил, и сам еле от Сибири спасся. Разве это не глупо?
- Пап, ты лучше расскажи, как он на нас из-за лошади набросился!
- Ха-ха, да-а, это ж надо сообразить!
Все помнят, как мы из лесу обстреливали отступающих большевиков.
- И в лошадь попали! [смех] - Вот именно!
Так Озолс, когда узнал, что это я, накинулся на меня чуть ли не с кулаками!
Мол, я виноват, что красные у него отняли лошадь! А? [смех]
Ну, Петерс, ну ты скажи, ради Бога, а?
- Фрицыс! - Что?
- Это не может быть! - Фрицыс Спурэ вернулся!
[тревожная музыка, как завывание ветра]
- Отец!
- Доченька моя! Дочь!
- Отец!
- Мы... бродили... по лесам,..
по чужим местам...
Нас оставалось всё... меньше и меньше...
Друтиса... убили первым.
Потом Арлиса,..
Вейса...
и всех...
его... сыновей.
- А Лаймон?
Что с ним?
- Не знаю...
Я их всех... потерял.
- Папа!
Я боюсь за тебя!
Почему ты вернулся?
- А куда... мне было идти?
[плавная музыка]
Я хотел домой.
Домой... хотел.
[плавная грустная музыка]
- Мо-ой! Ах-ты, где же ты от дедушки так долго пря-ятался, а-а? [смеется]
А, по Германиям разъезжал, а? [смеется]
Эх ты, путешественник!
Ничего, сейчас ты здесь чистым морским воздухом будешь дышать.
Так... Рихард вас надолго отпустил?
- Мы здесь будем жить. - Вы - здесь, а Рихард?
- Он - в Риге.
- Ну-ну...
Вы что, поссорились? - Я просто там... не могу.
Прошу тебя, не спрашивай ни о чем - нам пора кушать!
- Ам! [смеется]
Ну давай, давай.
Наследник!
[стук] - Да, да, заходите!
- Двигайся!
- Добрый вечер, господин староста! - Добрый.
- Как говорится, примите... и распишитесь.
- Рабочая красная гвардия вернулась в родной поселок! Вот она!
- Расскажи господину старосте, как ты воевал,
где твоя винтовка?
- Ну, сволочь? Говори! Говори, где остальные?
Ну?
- Э, ребята, так... так не надо!
- А главное, где ваш Артур, сволочь? Говори, ну! Говори!
- Что вы делаете? Прекратите! - Уйди, уйди, дочка! Ну, прошу тебя!
Уйди, тебе нельзя здесь быть. Уйди. - Нет, папа!
[плач ребенка]
- Я хочу посмотреть на них. - Если это вам так необходимо, прошу!
Для вас это - добренький папаша вашей подруги,
а для нас - он опозорил честное имя латышского рыбака!
Вам не понять, сколько страданий принесли нашему народу вот...
такие как он, подонки!
Так что прошу уйти и не мешать допрашивать задержанного!
- Начинайте! - Витис, развяжи ему язык!
- Где Артур? Где Артур, говори! Говори, ну?
- Не знаю, не знаю!
- Говори, где Артур!
- Может он хочет, чтобы мы ему подсказали?
- Прекра-ти-те! Уходите!
Мой дом - не полицейский участок!
Уходи! - Что ты? С ума сошел?
- Уходите! Уходите!
Я староста, а не палачь!
- Дайте нам лопату! - Дабы закончить, так красиво!
- Закрой свой рот!
Озолс: - Уходи!
- Подпиши бумагу. - Нет.
- Ну успокойся, Якоб! Ну что ты? - Уходи!
- Якоб! Успокойся. Ты успокойся.
- Уходи!
- Ну?
Надо!
Фу-у...
[тревожная музыка]
[стонет]
- Тпру!
Тпру!
Сухой.
Хлеб готов. Как бы дожди не ударили!
А то вот живо!..
Лаймон: - Он и снег посреди лета выдумает...лишь бы понукать!
- Не ворчи!
Не каждый бы взял нас без документов в такое время.
- А почему бы ему не взять? Во-первых, дешевле,
а во-вторых, чем он, собственно говоря, рискует?
- Рискует. - Ерунда!
При первой же проверке он будет говорить то, что мы ему набрехали!
Ну и что там такого? Началась война, мы были в отпуске...
- Мне кажется, что он всё-таки догадывается.
- Черт его знает! Всё равно пока другого выхода у нас нет.
- Пока, а потом?
- Эй, ребята! Березовый сок!
До вечера надо всю рожь скосить и вывезти.
А послезавтра... да...
с ним вот в город поедем,
в магазин.
Артур: - В магазин так в магазин, но в разгар жатвы?
Лаймон: - А если дожди пойдут? Ведь сами же говорили - каждый час дорог?
- Ничего, управимся! Давайте, давайте, ребята!
Хэй-оп! Оп!
- Вот и влипли!
Может тебе заболеть?
- Тогда он тебя потащит.
А у тебя больше шансов нарваться.
[тревожная музыка]
[быстрый стук]
[стук]
- Кто там?
- Это я, Сарма!
Открывай скорей!
Погаси! Погаси лампу!
Не узнаешь меня?
- Ну как же! Уездный секретарь. - Да.
- Помнишь, сидели тут у тебя... с Артуром?
- Помню. - Вот такие дела, мать!
Помочь надо!
Спрятать человека!
Я понимаю, что твой дом - не самое подходящее место,
но ничего не поделаешь, придется.
- Он немец! - Да нет.
Мундир - это так, для отвода глаз.
Очень нужный человек! Сберечь его надо во что бы то ни стало!
- Артур! Вот там уже недалеко я знаю одно местечко...
В общем, закончим дела - заедем!
Сам увидишь - и выпивка будет, и закуска! Соображаешь, а? Хе-хе-хей!
А что ты такой скучный сегодня, а?
Я в твои годы, когда приезжал в город, о-о!
Вот смотри...
Но!
В той парикмахерской работает одна кошечка!
Ну ладно, купим шкаф, потом расскажу.
Приехали. Вот здесь купим шкаф.
А, может, не покупать? Как ты думаешь? - Конечно, у вас же есть два шкафа.
- Да-а, это... О-ой...
Тпру!
На-ка, держи! - Да-да.
- Опа!
О-о! [стонет]
Пусть лучше будет три шкафа, чем куча этих червонцев,
которыми скоро можно будет оклеивать стены в уборных! [смеется]
Ну так...
Ладно, я пойду.
Э-э, подожди! А ты куда? - Помогать надо, наверное?
- А... Куплю, не куплю - это еще вопрос.
Ты лучше посмотри за лошадью, ну и на девок городских поглазей, а?
[смеется]
Тьфу, нет сегодня шкафов, а!
Что с тобой? Заболел?
- Да нет, я... У меня зуб болит.
- А, нет-нет-нет, это не годится!
На зайди в аптеку и купи лекарства. - Ну зачем? Так пройдет!
- Ну ладно, ладно! Купи, купи... На тебе 30 рублей,
купи заодно и для коров тоже... Ну, как это?.. От вздутия живота.
А я пока...
загляну в парикмахерскую!
- Пожалуйста.
Это принимать вечером.
Секунду...
Это для коров,..
а это для зубов. [дверной колокольчик]
[плавная музыка]
И еще порошок, пожалуйста. - Спасибо.
- А что вам? - Спасибо, ничего.
Здравствуй. - Здравствуй.
Ехал сюда и всё загадывал, чтоб никого из знакомых... не встретить.
- Но я одна.
Выйдем, поговорим?
- Не могу - ждут. - Понимаю...
- Нет, нет, только не думай, что я не хочу разговаривать с тобой!
- Понимаю.
- Здравствуйте. - Здравствуй.
- Вот, мама прислала. - А...
Принимать три раза.
- Мм... что это?
Тебе всё это? Ты болен? - Это... Нет... Это... для коров.
- А у меня Эдгар простудился.
- Сын?
- Да.
Сын.
Уже полтора годика.
- А вы давно вернулись?
- Недавно.
Ну а ты что? - Да вот как видишь...
Маму ты мою встречаешь?
- Угу, изредка.
- Ну передай ей, что я жив и... Нет, только это и...
- А может... - Что?
- А может быть ты сам... [покашливает] пару слов черкнешь?
[плавная музыка продолжается]
- Ладно... Мне пора.
И хочу, чтоб ты знала...
Я виноват перед тобой.
[играет торжественная музыка]
- Длинные речи здесь не нужны. Скажешь несколько слов,
просто, тепло и ауф видерзеен. - А может, лучше ты?
- Это будет некрасиво.
Человек, покидающий Родину, должен услышать напутствие на родном языке.
Ты будешь для них, как символ.
И, в конце концов, ты представляешь организацию,
ведающую трудовыми ресурсами.
Сугубо латышскую организацию, действующую на своей собственной земле.
- На своей? - Не будь провинциалом!
- Господа, прошу извинить, состав отправляется ровно через 12 минут,
а мне сказали, что... предстоит еще какая-то церемония...
- Церемония займет 5 минут!
[торжественная музыка продолжается]
- Сыновья...
и дочери Латвии!
Тронется поезд,
и вы станете первыми ласточками,
несущими в Германию трудовую славу нашего...
маленького народа.
Не все поймут ваш смелый шаг,
не все одобрят!
Особенно те, которые до сих пор одурманены большевистской пропагандой!
Но нам не по пути с ними!
Плечом к плечу на заводах и шахтах Германии
вы будете трудиться во имя нашей общей победы!
В добрый путь, друзья!
Родина и народ с вами!
[торжественная музыка]
- Извините, вы так хорошо сказали насчет тех,
ну... в общем, одураченных...
я бы хотел...
Вот. - Что это?
- Нужно напечатать в газете, что мы, вот, едем и не боимся!
Правда... мама не едет, она осталась дома...
но ведь ее можно отрезать, верно?
- Да поможет вам Бог! Я сохраню вашу фотографию.
- Спасибо! Спасибо!
[торжественная музыка продолжается]
[пение птиц]
- Черт! Руки никак не отмоешь.
Дорога паршивая, пылища...
Заснул? - Да.
Измучилась - всю ночь кашлял, мне спать не давал.
- Присядь со мной.
Во-первых, Марта, так больше нельзя.
Ну что у нас за семья?
Я даже не могу помочь тебе.
Видимся раз в неделю, а то и в две.
Ну, я понимаю твое настроение.
Ну, если всё дело в этой проклятой квартире,.. мы можем ее поменять.
- Да.
У твоего друга Крейзиса большой запас пустых квартир.
- [вздыхает] Опять ты за свое... Ну пойми же, Марта, нельзя так!
Каждую мелочь, каждое лыко в строку! Мы вернулись на Родину и это главное!
Ну вспомни, как мы в Лейпциге мечтали об этом! И вот теперь, когда...
- Там... там Сарму, Сарму убили!
Лежит в дюнах. - Кого?
- Был у нас такой, партийный секретарь всего уезда.
Все думали, что он уже давно там, у русских, оказывается, он...
- Как же его убили? - Ну, я его увидел, издали.
Хорошо, что эта игрушка при мне.
Я ему кричу: "Стой!", а он, как заяц, в кусты. Ну я тогда ба-бах!
Он и готов...
Ну, что мы стоим? Надо в уезд звонить. - Никаких уездов!
[звонок]
- Я слушаю? [- Это я, Манфред.]
- А, Рихард! Привет, старина! [- Привет.]
[Слушай, я тебе звоню вот по какому делу.]
[Сегодня, только что, у нас застрелили бывшего партийного секретаря.]
- Так-так, забавно...
[- Во-первых, скажи мне, что нам делать с трупом?
Он же не может целый день лежать на дороге!]
- Что делать с трупом? [- Да.]
- Ну, по-моему, в подобных случаях роют яму, размером этак ну...
[- У тебя дурацкие шутки!] - Ну хорошо, ну что ты, юмор потерял?
[- Манфред! Я считаю, ты должен немедленно заняться этим делом!]
- А почему ты думаешь, что мы этим должны заниматься?
У вас же есть... уездная полиция. [- Какая полиция!]
[Не зря он появился в наших краях! Наверняка найдутся его сообщники,]
[и... к кому он шел, а? Кроме того, пойми, моя семья...]
- Ну ладно, не поднимай панику. Безопасность твоей семьи...
[- Ты же знаешь этих людей! Они могут натворить такое!]
- Ну хорошо...
Хорошо, мы приедем. [- Спасибо.]
- Э... скажи-ка, а как у вас насчет... свежей лососинки? Найдется?
[- Ну что ты спрашиваешь? Конечно!]
- Ну вот с этого и надо было начинать. [- Хорошо, я тебя жду.]
- Рихард! Никаких пиршеств и немецких гостей в моем доме не будет!
- Не глупи, Марта.
Еще неизвестно, может этот Сарма был... не один и...
Да мало ли что может случиться!
- Но я не могу их видеть!
- Нехорошо...
Вспомни, сколько мы гостили у Манфреда, и ты...
Да ты даже танцевала с ним!
- Да я просто не знала, кто он такой и кем станешь ты!
- Ну хватит!
У меня тоже есть... гордость!
И свои принципы!
И, слава Богу, свой... отцовский дом!
[дверь захлопнулась]
- Вот что, передайте Петерсу - пусть он поищет у рыбаков свежей лососины,
а Эрне скажите, чтобы она немедленно привела в порядок мою дачу!
- А... там же после вашего отъезда никто не жил!
- Даю на это два часа.
- Петерс! Ты слыхал? - Что?
- У кого есть лососина, у?
[плавная музыка]
- Мама!
- Иди!
Зачем ты пришел!
- Тебя повидать.
Я же в записке обещал. - Боже мой, в такой день!
В такую беду!
- А что? Случилось что-нибудь? - Сарму убили!
Он, наверное, к нам шел,
раненого забрать хотел.
- Кого? - Тсс!
Раненого!
[шепотом] Тихо!
Тише, Артур! Тише!
Тише!
- Уберите пистолет. Теперь вам придется довериться мне.
- Где Сарма?
- Он убит. - Мой сын прав.
Я раньше не решалась вам это сказать.
[радио на немецком, симфония Моцарта]
[вздыхает]
[стук]
- Да?
[стук] Да?
[шум двери] Манфред: - Вот это здесь.
Проходите, пожалуйста.
- Здравствуй, Рихард! - Привет, Рихард! - Добрый вечер.
- Привет!
У-у, это я понимаю! Так встречают настоящих друзей! Прошу!
Мы по дороге уже всё прикинули.
Главное нагнать побольше страху, и обязательно кто-нибудь проболтается.
Я убежден, что след этого убитого
выплывет наружу в одном из домов бывших активистов.
- Это потом. Я не люблю эти пьяные акции,
когда в темноте стреляют друг в друга. - Ты прав.
- Ну что, Рихард? Пойдем.
- Извини меня, Манфред.
Я тебя очень прошу отменить это... экстренное расследование.
Фу-у... Пусть действительно этим занимаются... уездные власти, а?
- Хорошенькое дело!
Звонишь, поднимаешь панику.
Мы бросаем дела, привозим сюда кучу своих людей...
Сбегайте к ним, любезнейший, и скажите, что мы начинаем через пару минут.
- Слушаюсь!
- Знаешь ты, брось эти ты свои сентименты... и запоздалые раскаяния!
Лебедь нашелся на сцене родного поселка!
- А тебя я вообще не звал и говорить с тобою не хочу.
- Не годится, приятель!
Я всё понимаю. Видно опять с женой поругался и напился, как свинья!
- Сам ты свинья!
Если хочешь знать, ты мне жизнь загубил!
- Тряпка!
Ведешь себя, как баба!
- Да, да... загубил!
Своими идиотскими авантюрами [насмешливо] "Гром и крест"...
Вот он у меня где твой крест!
Если бы не ты, я бы никогда!
- Довольно!
Это уже не смешно!
Даже для пьяного!
- А я не пья-ный!
Не-ет!
Я - символ... Понимаешь?
Это ведь - чик! - твое словечко, да?
Символ, а?
Светлый образ...
Родины вот для них вот, а?
Ну как вы, довольны мной, господин штурбанфюрер,
или прикажете кого-нибудь сожрать живьем, а?
- Будем считать, что ты ничего не говорил, а мы ничего не слышали.
Так, Освальд?
- Не знаю...
- Друзья,
кажется я действительно здорово напился.
Простите меня!
Я...
[кашляет] Пошли. Я вам... я вам покажу все места.
- Не надо. Нам всё покажет твой тесть - он же староста,
а ты жди нас здесь.
[часы бьют 10 раз]
- Освальд...
Освальд... Ну... ну, О...
[плачет]
- Ты знаешь, мать...
я возьму его с собой.
- Но как ты с ним доберешься? В такую даль!
- Ничего, как-нибудь доберемся.
Так будет лучше и для тебя.
- А где ты его..? - Не волнуйся, мама.
С Лаймоном мы его спрячем.
- Можно сказать Бируте, что ты с Лаймоном вместе?
- Надо ли?
- Надо, сынок.
Когда ее отец вернулся... убили его, как собаку!
Так жестоко!
Девочка теперь совсем одна!
[стук в дверь]
[стук]
- Открой.
- Это я. Где письмо?
- Какое письмо? - Записка от Артура.
Ну то, что я принесла? Ее... ее надо сжечь - кого-то ищут.
- Кого ищут? Почему?
- Да немцы же! Здесь они.
Уже приехали.
- Марта. [плавная музыка]
- Артур!
Беги!
Беги скорее!
- Не могу.
Не один я.
- Здесь? - Да.
- Окружить! - Выполнять!
- Куда вы? За мной!
Стучите!
Не стесняйтесь, господин староста, стучите!
[стучит]
- Бирута, открой! Это я, Озолс.
Открой, говорю.
Сейчас.
[покашливает, стучат]
- Извините, Служба безопасности. Мы должны осмотреть дом.
- Передайте своим... немецким хозяевам, что здесь никого нет.
С тех пор, как убили отца... я одна.
- Не волнуйтесь, мадам, обойдемся без переводчиков.
- Ну еще немножко...
Вот сюда... [тревожная музыка]
Ну вот... Ну вот, почти пришли.
Осторожней!
Ну вот... Вот и всё.
Сюда... Осторожней!
Вот, вот сюда.
- Ну и почему вы решили, что здесь будет лучше?
- А в нашем доме не будут искать! Мой отец... - староста.
Вы не беспокойтесь, он сюда не придет -
он терпеть не может лестниц из-за протеза,
поэтому и не стал вот второй этаж достраивать - бросил.
- А где он сейчас?
- Немцы его взяли с собой на обыск.
- Везет мне на вторые этажи всю жизнь! - Ой! Опять кровь пошла! Я сейчас!
- Рана открылась? - Да ничего.
А мы с тобой так и не познакомились.
Тебя как зовут-то, парень? - Артур. Ну давай... поднимайся...
- А я... Отто. Оберлейтенант Отто Гранберг.
- Вот так пока...
- Так ты, значит, не был связан с Сармой?
- Ну, до войны мы часто встречались,
а когда немцы пришли... В общем, не успел я со своими.
- Ты подожди... Послушай...
Ты на меня не должен обижаться, нет-нет!
Мы же с тобой, как братья, верно, а?
- Братья - это дерьмо-о!
Мы с тобой больше, чем братья... - Больше!
- Мы, вот... Я не знаю, как это назвать!
- Да, вот... твоя жена... твоя Марта...
Она ведь не любит тебя, и меня не любит!
И тебя не любит, и меня не любит. Черт возьми! Что за женщина? Что...
Кто это?
- Это же мой тесть. Он переживает. Не будем мешать!
- Ладно, не будем... Ну, черт с ним... Ну, пошли.
Где у нас это...?
Слушай, слушай, Рихард, слушай!
Но всё-таки она нас не любит!
- А вот сейчас мы это уточним!
Мы пойдем к ней и еще раз уточним! - Стой! Не надо!
Не надо, Рихард, ночью! Нет, стой!
- Вот так, осторожней...
- Какая у вас рука легкая!
А знаете, Марта...
Мы уже с Артуром обо всём договорились. - О чем?
- О том, что мы будем делать дальше, когда вы меня вылечите.
- Мы уйдем вместе. И Лаймон с нами.
- Куда?
- Далеко, Марта.
К своим.
- А теперь гоните его, пока ваш отец не вернулся.
До встречи.
- Не спеши, я же юрист. Подожди, ну подожди, слушай!
Я тебя с ней помирю - у меня тонкая душа, понимаешь, психология!
Мы ее сейчас разбудим и всё испортим, а...
- Ты ее не знаешь! Ты вообще ничего не знаешь!
- Как это? - Это... трагедия всей моей жизни!
- Ну что ты, что ты!
- О, как бы я хотел тебе всё это рассказать!
Но я не могу тебе этого рассказать, даже если я пьян!
- Ну подожди... Подожди... - И даже тебе, Освальд, не могу!
- Постой, Рихард! Рихард! - Не могу! Не могу!
- Успокойся... - Будь проклят я и вся моя жизнь!
- Успокойся...
- Марта...
Мы...
Мы постараемся скорее забрать его.
- Артур, я должна тебе... сказать одну вещь...
Это очень важно...
Помнишь?..
Помнишь, тогда в аптеке...
ты сказал, что виноват передо мной?
Помнишь?
Я тоже должна... признаться.
Но только пойми меня...
Не могла я раньше этого сказать.
- Я не понимаю, почему, собственно, ты не можешь мне всё рассказать?
Ты же знаешь, что у меня тонкая душа! Тонкая!
- И у меня тонкая душа!
Но она никогда этого не могла оценить, никогда-а!
- Да что ты, да что ты...
- Понимаешь, как она сейчас нас встретит?
Вот ты увидишь, знаешь, что будет?
Вся твоя психология полетит... к чертям!
- Слушай, слушай, брат! Если ты так ставишь вопрос, тогда...
- Чшш! - Тогда, лучше, иди один, а я...
А у нас там лососина осталась!
[стук]
Освальд: - Ну что ж... Раз у тебя есть какие-то тайны - ты мне не доверяешь...
Тьфу! Ладно, Рихард! Плюй на всё, лучше пойдем, пойдем, выпьем!
- Нет, нет, нет!
Я с ней должен сейчас же поговорить раз и навсегда!
Поставить все точки над i!
- Но если ты хочешь ломиться в закрытую дверь, поднимать весь дом на ноги...
Слушай... - Зачем? Я не варвар!
Я очень воспитанный человек! - Правильно.
Я очень вежлив и очень тихо постучу ей в окно и спрошу...
- Ри... Ри... Ну ладно! - Спрошу! Спрошу!
Освальд: - Делай, как хочешь, а я пойду. Пойду!
- [негромко] Марта! Марта!
[кричит] Марта!!!
Марта!
Марта! Ты мне жена или нет!
Марта! Открой, Марта!
Марта! Марта!!!
[плача] Марта!
- Пора!
Уходи, Артур! - Ты мне что-то хотела сказать, Марта?
- Потом. Уходи!
И берегите себя. Помни, кроме тебя у нас... никого нет.
- У нас?
Ты...
Ты сказала "у нас"? - Да, у нас.
Беги, беги! - Марта!
- Артур, беги!
[тревожная музыка]
[завершение тревожной музыки] Субтитры: Elena, 2015, sutitry.ru