Здравствуйте.
Меня зовут Герман,
и я всегда поражался, что самые важные и влиятельные,
подобные цунами перемены в нашем обществе и культуре
всегда приходят оттуда,
откуда их меньше всего ожидаешь.
Будучи компьютерщиком,
я помню время, когда фейсбук был нужен лишь для обмена картинками в общаге,
а теперь, по мнению некоторых,
он стал инструментом влияния на выборы.
Я помню время, когда криптовалюта или автоматический трейдинг
были идеями горстки ренегатов
из финансовых учреждений в мире автоматического трейдинга
или, для криптовалюты, в мире интернета,
а теперь они быстро формируют то, как мы функционируем.
И я думаю, каждый из вас помнит то время,
когда эти идеи казались смехотворными и не заслуживающими внимания,
как вдруг: ох, чёрт! посмотрите какие цены на биткойны.
Или: ох, чёрт! угадайте кого избрали.
Реальность, на мой взгляд, такова,
что мы скоро снова с этим столкнёмся.
И как мне видится, одна из крупнейших,
самых влиятельных перемен в том, как мы живём,
в том, как мы обучаемся,
наверное, даже в том, как мы зарабатываем,
придёт не из ИИ,
не из-за полётов в космос или биотехнологий —
это всё очень важные изобретения будущего, —
но в ближайшие лет пять,
думаю, что перемены придут из видеоигр.
Согласен, это смелое заявление.
Вижу, что среди вас есть скептики.
Но если задуматься
и посмотреть, чем видеоигры становятся для нас уже сейчас
и что в скором времени станет возможно
благодаря лишь чуточке технического прогресса,
то прорыв в гейминге становится скорее неизбежностью.
Возможности открываются просто потрясающие.
Давайте на минутку задумаемся о масштабах.
Уже сегодня в видеоигры играют 2,6 миллиарда.
И это на миллиард больше, чем пять лет назад.
Миллиард людей за такой срок.
Ни одна религия, ни одно СМИ, ничто так быстро не распространялось.
И эта цифра увеличится ещё на миллиард,
когда в Африке и Индии появится необходимая инфраструктура
для того, чтобы в полной мере реализовать возможности гейминга.
Но вот что я нахожу действительно интригующим, зачастую шокирующим, —
средний возраст геймера; попробуйте угадать, подумайте.
Не шесть лет, не 18 и не 12.
А 34.
[Средний возраст американского геймера]
Старше меня.
И это кое о чём говорит: фактически это означает,
что гейминг перестал быть детской забавой.
Это уже искусство, как литература или нечто подобное,
становящееся неотъемлемой частью нашей жизни.
Мне особенно нравится информация, о том, что люди, увлёкшиеся геймингом
в последние лет 15–20,
обычно уже не перестают играть.
Что-то изменилось в том, как организован этот вид искусства.
Более того, согласитесь, что это уже вышло за рамки просто игры.
Вам уже доводилось слышать
о людях, зарабатывающих себе на жизнь игрой в видеоигры.
Причём нетривиальными способами.
Да, есть киберспорт, есть призы,
есть возможность заработать на соревнованиях.
Но есть люди, зарабатывающие модификацией игр, созданием контента
и даже искусства в самих играх.
Я хочу сказать, что на айфоне вашего ребёнка, сидящего в гостиной,
происходит нечто подобное итальянскому ренессансу.
И это просто игнорируется.
И ещё более интригующими видятся мне изменения в ближайшем будущем.
При мысли об играх
вы, вероятно, представляете себе
огромные и бесконечные миры,
но на самом деле
игры долгое время были сильно ограничены,
что мы как индустрия
старались замаскировать всевозможными трюками.
Позвольте мне побыть гиком
и использовать метафору, связанную с театром.
За последние 10 лет
в играх значительно развились визуальные эффекты,
уровень вовлечённости игрока и пользовательский интерфейс.
Но за кулисами
сама эмпирическая реальность игрового мира
осталась удручающе ограниченной.
Взглянем на это с другой стороны.
Я мог бы прямо сейчас уйти из этого театра,
мог бы разрисовать стены, подраться с кем-нибудь, влюбиться.
Возможно, потом именно это я и сделаю,
но суть в том, что у всего этого будут последствия.
Действия отразятся на реальности,
с которой все вы можете сразу столкнуться.
Они не пропадут.
Именно это свойство и определяет реальный мир.
В том, как делаются игры,
существует давнее ограничение.
Оно в том, что визуальные эффекты,
то есть информация, передаваемая между игроками и объектами игры
в одном игровом мире,
сильно ограничена тем,
что игры в большинстве случаев происходят на одном-единственном сервере
или на одном компьютере.
Даже «World of Warcraft» на самом деле — это тысячи маленьких миров.
Когда вы слышите о соглашениях в Fortnite,
на самом деле это тысячи маленьких соглашений.
Как раньше говорили,
на индивидуальных кострах и диванах.
Нет реальной возможности свести их всех вместе.
Давайте на минутку задумаемся, что же это значит.
Находясь в игре, вы видите красивые картинки,
события, происходящие у вас на глазах.
Но за кулисами онлайн-игры
это выглядит так.
Для компьютерщика
это лишь ограниченная информация,
которой обменивается горстка участников игры или объектов.
Возможно, вы думаете, что играли в бесконечном мире.
На самом деле вы скорее играли на беговой дорожке.
Пока вы идёте по этому миру,
мы хитро заставляем те его части, в которых вас нет, исчезать,
а части, где вы присутствуете, появляться.
Хороший трюк, но не основа для революции,
которую я вам обещал в начале этого выступления.
Но реальность такова, что и для тех из вас,
кто обожает играть и находится в предвкушении,
и для тех, кто боится и не особенно этого хочет,
скоро всё изменится.
Потому что наконец-то появилась технология,
позволяющая выйти за пределы виденного ранее.
Я посвятил этому свою карьеру,
многие другие работают в той же области,
так что это не только моя заслуга,
но сейчас мы находимся на том этапе, когда наконец-то
стало возможным сделать невероятно сложное
и связать воедино тысячи разрозненных компьютеров
в одну симуляцию способом,
достаточно удобным не только для единичного пользования,
но и доступным каждому.
И прийти к тому,
чтобы начать испытывать то, что мы пока ещё и не можем вообразить.
Давайте представим себе это на минутку.
Я говорю не об индивидуальных, маленьких симуляциях,
а об огромной возможности взаимодействия гигантских сетей,
в которых могут происходить огромные глобальные события.
Такие, которые даже в реальном мире
трудно претворить в жизнь в таком масштабе.
Я знаю, что многие из вас — геймеры,
так что покажу несколько видео от наших партнёров,
которые, я уверен, уже можно показывать.
Мы с TED на этот счёт договорились.
Мало кто видел раньше нечто подобное —
ставшие возможными благодаря этой технологии новые ощущения.
Покажу вам кое-что очень быстро.
Это — единый игровой мир
с тысячами людей, одновременно участвующих в военных действиях.
Там есть своя экосистема,
своя система «хищник-жертва».
Каждый объект, который вы видите, симулирован.
Одна из крупнейших компаний мира делает эту игру,
гигантская китайская компания NetEase.
И они создали помощник разработки симуляций,
в котором группы игроков на множестве устройств
могут совместно творить
в мире, который не исчезнет по окончанию игры.
Этот мир — для историй и приключений.
Симулируется даже погода.
И это весьма круто.
А это мой личный любимец.
Это группа первопроходцев из Берлина,
компания называется Klang Games,
они совершенно ненормальные, и им очень понравится такой мой отзыв.
Они нашли способ смоделировать, по сути, целую планету.
У них будет симуляция, где миллионы неигровых персонажей
смогут взаимодействовать с игроками.
Они заполучили Лоуренса Лессига,
чтобы он помог им понять политические хитросплетения мира,
который они создают.
Это поразительные ощущения
за гранью того, что мы могли себе представить,
ставшие теперь возможными.
И это лишь первый шаг в новой технологии.
Что же будет, когда мы продвинемся дальше?
Компьютерная наука обычно развивается экспоненциально,
стóит нам решить действительно сложные задачи.
И я уверен, что скоро
мы окажемся в ситуации,
где подобная вычислительная мощь будет казаться обыденной.
И когда это произойдёт, возможности...
Стóит потратить минуту на то, чтобы представить себе, о чём я говорю.
Сотни тысяч или миллионы людей,
способных сосуществовать в одном пространстве.
В последний раз у человеческого рода
возможность совместно что-то сделать или построить
с такой массой людей была в древности.
И обстоятельства там были, скажем так, не самые оптимальные.
В основном войны да постройка пирамид.
Не самое оптимальное времяпрепровождение.
Но если собрать вместе такую массу людей,
представьте общую реальность, которую это способно создать...
Мне кажется, что это — упражнение для социальных навыков,
которые мы утратили и позабыли.
Заглядывая ещё дальше,
задумайтесь, что это означает
для взаимоотношений, для личности.
Если мы сможем дарить друг другу миры и события такого масштаба,
что там можно проводить значительное количество времени,
то поменяется само понятие индивидуальности.
Мы можем перейти от одной личности
к набору разнообразных личностей.
Гендер, раса, черты характера, с которыми вы родились,
могут стать тем, с чем вам захочется поэкспериментировать;
возможно, вы захотите стать больше, чем одной личностью.
Все мы внутри представляем собой множество людей.
Нам редко выпадает возможность это проявить.
Также это поспособствует эмпатии.
У меня с бабушкой
практически нет ничего общего.
Я её очень люблю,
но все её рассказы начинаются в 1940 и заканчиваются где-то в 1950 году,
а все мои истории происходят лет на 50 позже.
Но если бы мы могли совместно
прожить и пережить что-то,
неограниченное физическими возможностями или нехваткой контекста,
если бы мы вместе создавали возможности,
у нас появились бы ещё дополнительные связи.
Меня поражает, как соцсети подчеркнули наши многочисленные различия
и усилили нашу индивидуальность в отношении с другими людьми.
Мне кажется, что игры смогут по-настоящему
напомнить нам о сопереживании.
Позволить разделить неудачи и везение.
Прямо сейчас, по статистике,
есть люди, находящиеся по разные стороны конфликта в реальной жизни,
которые, сами того не подозревая,
объединены в одну команду в игре.
Это потрясающая возможность изменить свои взгляды на мир.
Наконец, те из вас, кто смотрит на это скептически,
кто считает, что виртуальные миры, игры — это не ваше,
вам придётся смириться с новой реальностью,
а также с влиянием сказанного мной на экономику,
которое будет сильнейшим.
Прямо сейчас тысячи людей работают в гейминге.
Скоро таких будут миллионы.
Где есть мобильник, там будет работа.
Возможность для чего-то креативного и насыщенного,
приносящего доход независимо от страны, где вы находитесь,
вне зависимости от того, какие у вас есть навыки или возможности.
Вполне вероятно, что первый свой заработок
нынешние дети получат в игре.
Это придёт на смену разноске газет,
это будет новая возможность для первого
в чьей-то жизни заработка.
Так что я хотел бы завершить скорее призывом,
нежели мыслью.
Я думаю, что следует подойти к этой новой возможности
слегка по-другому, не так, как раньше.
Было бы лицемерием, если бы очередной технолог
заявил на сцене,
что будущее будет прекрасным и технология всё исправит.
На самом деле всё будет прямо наоборот.
Негативные моменты лишь усилятся,
если мы снова подойдём с цинизмом и насмешками
к открывшимся возможностям.
Самое худшее, что можно сделать, —
это позволить всё тем же четырём-пяти компаниям
доминировать ещё в одной смежной отрасли.
(Аплодисменты)
Потому что они не только определяют, кто и как будет получать с этого прибыль.
Речь идёт об определении нашего образа мышления,
правил в отношении индивидуальности и сотрудничества,
правил мира, в котором мы живём.
Это должно принадлежать всем,
мы должны созидать вместе.
Так что мой последний призыв относится скорее
к тем инженерам, учёным и художникам, которые находятся здесь в зрительном зале.
Может, кто-то из вас мечтал работать в космической индустрии.
Реальность такова, что есть миры, которые можно построить прямо здесь и сейчас,
которые изменят жизнь людей.
Ещё остались огромные технологические рубежи,
которые надо преодолеть,
наподобие тех, что были при создании интернета.
Технологии создания виртуальных миров другие.
И мой призыв таков:
не оставайтесь в стороне,
давайте попробуем сделать из этого нечто позитивное,
а не пассивно созерцать, как это делают другие.
Спасибо.
(Аплодисменты)